Операция «Арлекин» - Александр Афанасьев

— Проходи, Боб, присаживайся.

Гейтс принял приглашение, на ходу рассматривая присутствующих. Вице-президент США. Командующий силами НАТО в Европе. Как минимум двое командующих родами войск — пехотой и ВВС. Наконец, генерал-майор Гарриссон, командующий оперативной группой Дельта^[86].

Весьма интересное сочетание: вице-президент и армейское командование.

— Боб работает в ЦРУ и имеет прямое отношение к этой истории с Арлекином…

Гейтс вздрогнул. Господи, если вице-президент с такой легкостью обсуждает агента такого уровня, и более того называет его псевдоним — стоит ли удивляться утечке информации?

Вице-президент, видимо, заметил помрачневшего Гейтса и поспешно сказал:

— Боб, здесь собрались люди в звании не ниже генерал-майора и с допусками. Вряд ли среди них может быть крот.

— Сэр, теперь Арлекин является действующим агентом со всеми вытекающими. Любая информация о нем является государственной тайной.

— Если Половцев провалился, его надо вытащить любой ценой, если он еще жив, — сказал офицер в полевой форме со знаками различия трехзвездного генерала

— Сэр! — повысил голос Гейтс. — Я не желаю больше обсуждать ничего, что связано с указанной персоной, и не хотел бы чтобы вы это обсуждали, иначе это будет нарушение закона.

— Боб, — сказал вице-президент, — мы, между прочим, пытаемся решить вашу же проблему. И не забывайте, что я был директором Агентства. Теперь мы должны исходить из того, что русские знают или подозревают о том, кто такой Половцев. В вашем ведомстве, которое совсем недавно было и моим, его защищать не будут, они будут защищать собственную задницу. Выяснять, кто виновен в провале, и я не исключаю, что им окажешься ты. Арлекин будет не первым агентом, про кого скажут — «как жаль, но такое случается». Но он нужен этим военным. Причем очень нужен. Защищать его уже поздно, его надо вытаскивать. Кстати, это генерал Глен Оттис, командующий Армией США в Европе.

— Половцев, — сказал генерал Отис, — главный планировщик Западной группы войск, по крайней мере, он им был совсем недавно. Ему известны все оперативные планы русских на европейском ТВД, потому что он их и разрабатывал. Более того, он носитель русского стратегического мышления. Если он уйдет, русские могут в какой-то степени переделать свои планы войны в Европе, но изменить свое мышление они не в состоянии. Если мы сможем заполучить его, мы сможем понять образ мыслей русских и получить преимущество над ними. Если он готов уйти с нами, я готов ради этого пожертвовать любыми своими солдатами. Все равно, в войне с русскими, к которой мы должны быть готовы в любую минуту, их погибнет намного больше.

Гейтс покачал головой.

— Вы не представляете, о чем говорите. Если Арлекин провалился — его нельзя вытащить, это невозможно. Даже если вас ни в чем не подозревают, если вы простой гражданин, турист, попасть в СССР сложно, а выбраться из него — еще сложнее. Попасть в СССР группой сложнее на порядок. Но если вы хотите войти в контакт с опальным генералом, которого КГБ подозревает в предательстве — это невыполнимая задача. Вас просто арестуют еще на подходе. И никакое количество солдат, брошенное вами для выполнения задачи, вам не поможет — у русских солдат все равно больше. На русской улице стукач — каждый четвертый, а вокруг этого генерала будут одни стукачи. И если мы попытаемся, то русские окончательно убедятся в том, что это наш человек. Мы его не только не спасем — но и окажем медвежью услугу.

Пока Гейтс произносил этот спич, генералы смотрели на него. Потом один из них, как потом оказалось именно Гаррисон — сказал:

— Вот с такими вот разведданными мы и имели дело во Вьетнаме.

— Тихо! — пристрожил Буш, высокий, худой техасец в армейской куртке, уже примеряющий Белый дом на себя. — Боб, послушай меня. Ты — профессионал. И должен понимать: в том, что сейчас происходит с Арлекином, есть и ваша доля вины. Я и представить себе не мог, что вы скрываете такого агента. Мы ему помочь не сможем. А армия — сможет. Здесь сидят несколько обеспокоенных людей, которые вынуждены будут первыми принять на себя удар, если Советская армия перейдет в наступление. И ради того, чтобы дать шанс себе и своим солдатам — они готовы на все. Ты понимаешь это? Не время для ссор.

Гейтс медленно кивнул.

— Да, сэр. Я все это понимаю…