Тихушник и Fantomas - Александр Федорович Бабин

назвав подснежниками трупы. Слово «подснежники» в обиходе оперов. — Оружие в Крузаке заберём, братве сдам в оружейку. Времена неспокойные, хохлы по России разъезжают, как у себя дома, вот вам, ‒ показав фигу в сторону трупов. — Подошёл к Кирпичу, из кармана брюк достал телефон, взяв его за штанину, поволок к машине. Оставив труп, вернулся. ‒ Этих боровов вдвоём надо нести, ‒ попросил помощи у Ефимова.

Трупы сносили к машине. Титов из багажника достал два автомата Калашникова и десять гранат. Сходил за канистрой бензина. Трупы сложили в салон Крузака, облив их бензином, подожгли.

‒ Борис, спасибо тебе за доставленное удовольствие! ‒ пошутил Ефимов, глядя, как огонь от Крузака взвился пионерским костром. Титов, слушая слова тёзки, подумал: блатным в России скоро жизни не будет. Вернутся с фронта мужики вот такие отчаянные, как мой тёзка, постоят не только за себя, но и за других людей. Они ‒ те же полицейские, только круче, пулю в лоб и весь их базар. Им штраф не выпишешь. А если попадут в зону, всех блатных загонят под шконку. И не вылезешь.

Выехав из леса на трассу, Титов первым заговорил, обращаясь к Ефимову:

‒ Борь, ты в чертей веришь?

‒ Ты говоришь о тех, что показывают в мультиках? Конечно, верю, «Чертёнок под номером тринадцать» ‒ мой любимый мультик. Кого должен любить чёрт? Себя! ‒ назвав советский мультфильм, процентировал фразу учителя чертей.

‒ Про настоящих чертей говорю, ‒ сказал Титов серьёзным тоном и перекрестился.

‒ Ты что всё время крестишься, объясни толком. На лужайке крестился, сейчас в машине продолжаешь? ‒ недоуменно спросил Ефимов.

‒ Смеяться не будешь? Никому не расскажешь, а то моя братва узнает, что тебе расскажу, на смех подымет.

Ефимов, крестясь, ответил:

‒ Вот те крест!

‒ Ну вот, я серьезно говорю. Ты фильм американский видел «Приведение»? Если не ошибаюсь, так он называется.

‒ Это где одного парня убил его друг? Бабу они не поделили. Покойник вернулся с того света приведением. Негритянку напугал, она приведения не видела, только слышала его голос. Хочешь сказать, ты воочию, как в том фильме, на лужайке видел чертей?

‒ Вот, как тебя! Думал, черти меня утащат под землю вместе с бандеровцами, ‒ Титов снова перекрестился.

Ефимов молчал, вспомнил окопы Донбасса, сослуживцы рассказывали, что когда убиваешь хохла, то из-под земли выползают тени, похожие на чертей, и забирают их души с собой. На войне у солдата психика сломлена, вот и чудятся черти. Сам ни разу чертей не видел, но сейчас, когда Титов рассказал о них, не поверить ему нельзя. Своими глазами видел испуганное лицо Бориса, оно было чернее сажи. И он пятился назад от трупов, как чёрт от ладана, побросав пистолеты.

‒ Борь, честно скажу, я чертей не вижу. Но приходилось на войне видеть другой феномен, не знаю, как правильно его назвать. Особенно ночью, а на войне ночные бои обычное дело, враги к нам ползут в окопы, мы к ним ползём. В рукопашную ‒ это как за пивом сходить. Когда на твоих глазах погибает товарищ, то из его тела светящаяся золотая струйка поднимается ввысь. Видел не раз, говорят, эта душа покойника или ещё что. Я не учёный и не священник, с точки зрения науки объяснить не могу, ‒ признался Ефимов.

‒ Ты упомянул священника, мой духовник рассказывал, на небесах тоже идёт война добра со злом. Бог и его светлые ангелы воюют с Сатаной, а у него армия из чертей. Судя по тому, что я видел чертей на лужайке в окружении хохлов, стало быть, они воюют на стороне дьявола. А русские солдаты на стороне светлых сил.

‒ А в этом никто из нормальных людей и не сомневается. Ты не был на войне и не видел глаза врага. В них пустота и злоба. Знаешь, нам с тобой повезло остаться живыми, благодаря Николаю, выдали его глаза, он шёл нас убивать, а не помочь пожарить шашлыки. Кто воевал, в их глазах отпечаток войны остаётся на всю оставшуюся жизнь, ‒ с грустью рассказывал Ефимов.

‒ У воров тоже глаз намётам, не были бы мы ворами! ‒ Титов решил вставить в разговор свои три копейки.

‒ Борис, решаем так, сотовые телефоны я забираю себе, ‒ Ефимов сказал командирским голосом. — Информацию с них перенесу на другой носитель, телефоны выброшу в реку, а то Фантомас по геолокации выйдет на нас. Смартфон для человека ‒ путеводитель для органов. Идя к тебе, свой телефон оставил дома. Теперь по нашему алиби поговорим. Полиция нас вычислит. Если верить Кирпичу, за хохлами работали органы, не знаю, милиция или ФСБ, без разницы, мы попали в кадр объектива. Уехали от гостиницы две машины, вернулась одна твоя. Крузак с трупами по любому найдут, может, уже нашли, те же лесники сообщили пожарным, а они в полицию. Вот ты взял автоматы, гранаты, два пистолета. Лучше от них избавиться, ты же не знаешь, что из этого оружия не убивали людей. Зачем тебе лишний раз встречаться с полицией.

‒ Я об этом уже подумал, надо было оружие оставить в Крузаке. Приеду в город, решу с ним вопрос, ‒ ответил Титов.

‒ Один пистолет отдашь мне, из которого Кирпичу выписал билет в один конец. Есть у меня одна задумка. Тебе о ней знать не надо, касается лично меня.

‒ Забирай хоть все стволы. У меня от хохлов подарок остался ‒ четыре ракеты. Выставлю их на Авито, бабок срублю и поеду в Сочи отдыхать, ‒ радуясь, что остался живой, назвал одну из электронных площадок по продаже товара.

‒ Тебе и одной ракеты хватит продать, чтобы по-барски покуражиться со всей братвой. Цена этому оружию ‒ мешок денег!

Титов думал, что сказать Ермакову, ведь все свои действия должен согласовывать с ним. Сел бы в моё кресло да покрутился, как белка в колесе. Остался живой, благодаря Семёнову, дав мне в помощь нового охранника. Сейчас бы со своими качками догорал в БМВ. Что мешало Ермакову арестовать хохлов в гостинице, наверное, побоялся, что у них оружие, пострадают невинные люди. Гражданин полковник, непрофессионально работаешь! Вот Борис, в отличие от вас, милиционеров, девять месяцев не ждёт, когда женщина родит. Хохлам сделал «аборт» в считанные секунды, и вопрос решён положительно!

‒ О чём думаешь? ‒ нарушил молчание Ефимов.

‒ Думаю на время уехать из города, так по дороге менты поймают. Буду ждать, куда кривая выведет. Интуиция мне подсказывает, поживу я еще некоторое время на