Искатель,1994 №1 - Дональд Уэстлейк

Скрестив руки, он смотрел то на небо, то на море.

Васкес тем временем ушел на несколько шагов вперед, а затем и Дэвис последовал за ним вдоль берега.

Вдруг он споткнулся о какой-то предмет, наполовину засыпанный песком, при ударе раздался металлический звук. Нагнувшись, он увидел ящик, в котором хранился судовой запас пороха для ружей и двух каропад — ими «Сентыори» подавал сигналы.

— Это нам ни к чему, — сказал Дэвис. — Вот если бы можно было зажечь порох в трюме шхуны, которая несет этих бандитов!

— Незачем об этом думать, — покачав головой, ответил Васкес. — Но все равно возьмем его с собой и спрячем в гроте.

Они продолжали спускаться по берегу к мысу, хотя в это время наивысшего прилива не могли пройти его до конца — слишком сильно бились о него волны. Дойдя до рифов, Васкес заметил в углублении скалы маленькую пушечку, которая откатилась на лафете после гибели «Сентыори».

— Это ваше, — сказал он Дэвису. — Это и еще вот эти несколько ядер, которые забросило сюда.

И, как в первый раз, Дэвис повторил:

— Нам это ни к чему!

— Кто знает? — возразил Васкес. — Раз у нас есть чем зарядить эту пушку, может быть, нам удастся и выстрелить из нее…

— Сомневаюсь, — ответил его спутник.

— Почему, Дэвис? Маяк не горит, и, если ночью подойдет судно, как тогда «Сентьюри», мы сможем обозначить берег пушечным выстрелом.

Джон Дэвис со странной пристальностью смотрел на товарища. Казалось, у него рождается совсем другая мысль. Но он ограничился вопросом:

— Это то, что вы придумали, Васкес?

— Да, Джон. По-моему, мысль неплохая. Выстрелы, конечно, будут слышны и в глубине залива. Они выдадут наше присутствие в этой части острова… Бандиты станут пас искать… Может быть, они найдут нас, и это будет стоить нам жизни!.. Но сколько жизней мы спасем в обмен на свои… и в конце концов выполним свой долг!

— Может быть, есть и другой способ исполнить долг, — пробормотал Дэвис. Он больше не стал возражать, и пушку, как хотел Васкес, перетащили к гроту. Затем туда же перенесли лафет, ядра и ящик с порохом. Это была очень тяжелая работа, она отняла много времени. Когда Васкес и Дэвис вернулись в пещеру позавтракать, было десять часов.

Как только они скрылись, из-за скалы показались Конгре, Каркайте и плотник Варгас. Шлюпку было бы слишком трудно вести против ветра и начавшегося прилива, и они пришли пешком вдоль берега. Но на этот раз не для того, чтобы грабить: они хотели взглянуть с мыса на небо и на море после утреннего улучшения погоды.

Васкес и Дэвис не сводили с пиратов глаз все те полчаса, что они провели за наблюдениями. Наконец бандиты ушли, но продолжали часто оборачиваться, оживленно жестикулируя. Затем свернули к маяку и скрылись за скалами.

— Они ушли, — сказал Васкес. — Тысяча миллионов миллиардов против одного, что в ближайшие дни они еще вернутся посмотреть на море у берегов острова!

Джон Дэвис только покачал головой. Ему было ясно, что буря кончится в ближайшие двое суток.

Большую часть дня наши друзья провели на берегу, наблюдая за тем, как продолжает меняться погода. Вечером они вернулись в пещеру. Поев солонины с сухарями и запив их водой, смешанной с бренди, Васкес уже собрался завернуться в одеяло, как вдруг Дэвис остановил его:

— Прежде чем заснуть, Васкес, выслушайте мое предложение.

— Говорите, Дэвис!

— Васкес, я обязан вам жизнью и не хочу делать ничего без вашего одобрения. Я хочу, чтобы вы обдумали мое предложение и ответили, не боясь меня обидеть.

— Слушаю вас.

— Погода меняется, буря утихла, море успокаивается. Я думаю, что шхуна снимется с якоря самое позднее через сорок восемь часов.

— К несчастью, весьма вероятно, — ответил Васкес, безнадежно махнув рукой.

— Да, через два дня она покажется у выхода из залива, выйдет, обогнет мыс, скроется на западе, уйдет через пролив, и мы больше не увидим ее и не сможем отомстить за ваших товарищей, Васкес, и за моего капитана, и за команду «Сентьюри».

Васкес опустил голову, затем, снова подняв ее, посмотрел на Джона Дэвиса.

Тот продолжил:

— У нас есть только один способ помешать шхуне уйти — по крайней мере до возвращения авизо: повредить ее и заставить вернуться на стоянку. У нас есть пушка, порох, ядра… Поставим эту пушку на лафете за поворотом скалы, зарядим и, когда шхуна пойдет мимо, выстрелим ей в борт. Может быть, она и не потонет, но пираты не решатся с пробоиной на долгий переход… Они вынуждены будут вернуться к маяку, чтобы заделать дыру. Придется разгрузить шхуну. Это может занять неделю… А за это время «Санта-Фе»…

Джон Дэвис умолк и, взяв руку своего товарища, сжал ее.

Васкес без колебаний произнес только одно слово:

— Согласен!

В тот день, 25 февраля, было решено, что шхуна выйдет в море; Конгре хотел сняться с якоря во второй половине дня. Похоже было, что солнце разгонит туман, поднявшийся на восходе. В шесть часов начнется отлив, он облегчит выход из залива Эльгора. К семи шхуна (теперь она называлась «Каркайте*) будет у мыса Сан-Хуан, и долгие сумерки этих широт позволят ей обогнуть его до темноты.

К шести часам Конгре и почти все его люди были на борту. Шлюпка перевезла тех, кто еще оставался на маяке, затем ее подняли.

Море медленно отступало. Уже скрылось место, где лежала «Мауле» во время ремонта. У другого берега залива показались острые верхушки рифов. Между скалами пробирался ветер, и легкий прибой угасал на берегу.

Настал час отплытия. Конгре приказал поднять якорь. Цепь натянулась, заскрежетала о клюз; выбрав всю цепь, якорь закрепили для долгого перехода. Паруса поставили под ветер, и шхуна под фоком, марселем, брамселем и кливерами правым галсом пошла к морю, набирая ход. Ветер был восточно-юго-восточный, и шхуна легко обогнула мыс Сан-Хуан. Впрочем, этот отвесный берег был совершенно безопасен.

Конгре знал это, он хорошо изучил залив. Стоя у штурвала, он уверенно изменил курс на один румб, чтобы предельно увеличить скорость. Шхуна шла, обгоняя отлив, за ее кормой оставалась ровная струя, что предвещало хороший исход плавания.

К половине седьмого Конгре всего одной мили не дошел до края мыса. Перед ним до самого горизонта расстилалось море. Солнце садилось, горизонт темнел, на небе вскоре зажгутся звезды. Еще сорок метров, и они обогнут скалу. Конгре сможет отпустить руль и взять курс на север.

В это время раздался резкий свист, и корпус шхуны вздрогнул от удара,