Охота на Хемингуэя - Дайана Мэдсен

— Обслуживание здания, — ответил усталый мужской голос. — Рикмен слушает.

— Здравствуйте, мистер Рикмен. Это Мэри Спенс, секретарь мистера Поста. Если помните, мы на следующей неделе въезжаем к вам в пустующий офис.

— Ди Ди, не надо… — заикнулся было Барри. Я шикнула на него.

— Да-да, номер 1702, правильно. Я почему звоню: у мистера Поста пунктик по части уборки помещений. Ему ничего не стоит устроить целую бучу из-за скрепки, найденной на полу. Все должно быть на местах и так далее. Какая клининговая компания обслуживает ваше здание?

— Так, понятно — вы работаете с ними много лет и никаких жалоб. Все иммигранты из Боснии, говорите? Ну, не знаю. Они хоть по-английски понимают? Как, правда? Совершенно согласна. Да, конечно. Да, спасибо большое. Увидимся на следующей неделе, до свидания.

— Что за цирк? — вскинулся Барри. — Кто такие эти Мэри Спенс и мистер Пост, о которых ты говорила?

— Забудь, иногда приходится идти на подобные вещи. Ты платишь мне за расследование, вот я и расследую.

— Ди Ди, ты говоришь на боснийском? — поинтересовался Митч.

— А мне нет нужды.

— Но как ты намерена вытянуть что-то из этих людей, не зная языка? — не унимался Барри. — Насколько я понимаю, в тех краях существуют три или четыре местных диалекта, смешанных с сербо-хорватским. Это одна из причин тамошнего раздора.

— Знаю. Экономика балканских стран в развале, а из-за всех этих войн большинство умных и высокообразованных боснийцев перебрались в США, где вынуждены работать уборщиками, — пояснила я, тем временем набирая телефон, данный мистером Рикменом. — Эта профессия подчас единственная для них по причине языкового барьера. По крайней мере в нашем офисном здании это так.

— Ди Ди, ты воистину очень подозрительна, — заметил Митч. — Но тут есть резон, Барри. Этим парням не составит труда запустить одну из наших машин, и если они хорошо подкованы, то запросто могут переслать программу по Интернету. Думаю, Ди Ди правильно предположила, что утечка произошла с этого компьютера.

— Именно, — кивнула я. — Вот почему в списке телефонных переговоров ничего нет. Боснийцы пересылали все нужное через Интернет, после чего стирали все следы выхода в сеть.

После третьего гудка в трубке раздался женский голос.

— «Кисс-Клининг», отправьте воздушный поцелуй своему мусору. Могу я чем-то помочь вам?

— Очень на это рассчитываю. Мой босс требует, чтобы в офисе проводилась ежедневная уборка, а мистер Рикмен настойчиво рекомендовал вашу компанию.

— Одну минуточку, я соединю вас с Лью, нашим главным менеджером.

Вскоре на другом конце послышался приятный мужской голос.

— Алло, что я могу для вас сделать?

— Ну, я не вполне уверена…

— Не беспокойтесь, мы можем все. Просто скажите, что нужно.

— У меня большая проблема — мой босс. Он такой придирчивый, и кого бы я ни наняла, никто его не устраивает. Он разогнал последнюю фирму, и теперь моя работа тоже на волоске. Мистер Рикмен из «Кеммер-билдинг» сказал, что вы лучшие из всех, кто у него работал, и с вами никогда не возникало проблем.

— Да, у него трудится наша лучшая бригада, все верно.

— Но разве рабочие не все из Боснии?

— Верно, но старший бегло говорит по-английски.

— О, это замечательно, потому что босс сможет давать им указания. Можем мы заключить с вами контракт на эту самую бригаду?

— Без проблем, — жизнерадостно воскликнул Лью. — Бригадира зовут Хрис, это лучший среди наших людей. Вы не поверите, но у себя в Сараево он был профессором. Настоящее сокровище. Сумел сколотить из хорватов настоящую команду. Они постоянно тараторят по-своему, но работают как черти. К тому же Хрис очень талантлив, на пианино играет как виртуоз. Вам понравится, гарантию даю.

— Судя по всему, да. Убедили. Я переговорю с боссом и перезвоню, чтобы на следующей неделе вы внесли нас в план.

— В любое время, — сказал Лью. — Просто сообщите мне свое имя и название фирмы…

Я повесила трубку и пересказала разговор с Лью.

— Это ни о чем не говорит, Ди Ди, — протянул Барри. — Этот тип может оказаться профессором литературы или истории.

— Барри, ты просил меня разобраться с твоей проблемой. Сказал, что я одна на это способна. И судя по всему, я справилась. Сам этот профессор или кто-то из его команды шарит в компьютерах, вдобавок он нелегал и не может получить хорошую работу. Поверь, такое случается сплошь и рядом.

— Полагаю, мы должны прислушаться, Барри, — вмешался Митч. — Возможно, она говорит дело.

— Не знаю, Ди Ди, мне кажется ты раздуваешь из мухи слона, — упрямо покачал головой Барри.

— Эх, не хотела этого делать, но придется. — И я вытащила «Кейкетчер», установленный в клавиатуре компьютера Барри.

— Ты засунула шпиона в мою клавиатуру? — Барри чуть не поперхнулся.

— Ты хотел доказательств. Вот они. А что до Гилкреста и Стрэттона, то теперь пришло их время, — добавила я. — Это те самые парни, которые умеют ставить точки над «и» и перекрестья над «т». Назови им имя того парня, скажи «фас» и все. Посмотрим, что получится. Готова поспорить, что решение твоей проблемы кроется именно здесь, и принцип бритвы Оккама, суть которого в том, что самое простое объяснение оказывается зачастую самым правильным, обычно срабатывает.

— Думаю, так надо и поступить, — сказал Митч.

— А пока гони эту клининговую компанию прочь отсюда. Пусть вернут ключи от кабинетов до конца рабочего дня. Потом смени замки и смело выпускай свою новую программу на рынок. Именно в таком порядке. — Я изобразила на лице гримасу, способную, по моим представлениям, сойти за улыбку сфинкса. — Загадка решена.

Пока они приходили к решению, я питала надежду, что продемонстрированная мной уверенность даст плоды и окажется уместна. Отслеживатель клавиатуры убедит Барри и Германа, а Митч, похоже, и так уже на моей стороне.

— О'кей, о'кей, — капитулировал наконец Барри. — Вижу, что оказался в меньшинстве. Мы последуем твоему совету, Ди Ди, за исключением того, что погодим выпускать новую версию программы до тех пор, пока Гилкрест и Стрэттон не сообщат нам что-нибудь.

Я знала, что победила, но не была уверена, удовлетворяет или расстраивает меня этот компромисс.