Жизнь за бессмертие - Борис Бабкин

— Да ничего, — качнул головой Прошин. — И хорош на меня…

— Тебя шлепнут, придурок, — остановил его тесть. — Алуев за каким-то алмазом погнался, вот и словил пулю. Ты следующий.

— Чего? — наливая водки, уставился на него Прошин. — Ты это…

— Водку не проливай, — фыркнул тесть. Прошин поспешно выпрямил бутылку. На столе осталась небольшая лужица водки.

— Ты говоришь, что меня убить могут? — хрипловато спросил зять.

— Запросто, — усмехнулся тесть. — Ты что-то знаешь и что-то делал для Алуева. Поэтому он тебе должок и простил. Поэтому лучше скажи — что, — посоветовал он.

— Кому? — сипло выдавил из себя Прошин.

— Мне, — кивнул тесть. — А я передам твои слова кому надо. Меня как человека, которого уважают, и попросили с тобой почирикать. Так что давай рожай, — хмыкнул он.

— Да в общем-то ничего такого особенного, — помолчав, качнул головой Прошин. — Он за фельдшера нашего интересовался.

— И что ты ему сказал? — спросил Антон Васильевич.

— Да ничего конкретного, — ответил Прошин. — А чего я ему скажу? — вздохнул он. — Работает, приехала откуда-то из Сибири. Ну и жила у Богатыревых. И замуж за Веньку, этого придурка, вышла. Собственно, деваха она клевая, — усмехнулся он.

— Ну гляди, если пургу гонишь, пожалеешь. И я уже не помогу, — качнул головой Кедров.

— А чего мне врать-то? — вздохнул зять.

— Что-то ты хитришь, зятек! — усмехнувшись, тесть встал. — Ну, потом не говори, что не предупреждал.

— Чего-то с зятьком приключилось, — качнул головой Кедров. — Заявился, подарков навез, угощений разных. Что-то, видно, приключилось, и ему снова папа-мент понадобился.

— Да перестань ты, — отмахнулась жена. — Просто, видно, понял, что…

— Нет, Машенька, — усмехнулся участковый. — Точно тебе говорю, что-то приключилось. Видела, как он нас приветствовал? И навез всего. Помнишь, когда он бизнес свой начал, с рыбы, — проговорил Кедров, — а на него…

— Тогда и время было такое, — вздохнула Мария. — Он молоденький был и знал, что и как. Не к бандитам же ему идти было.

— Да, — вздохнул Кедров. — Время было, прямо скажем, лихое. Но помяни мое слово — что-то Мишке понадобилось. Вот увидишь. Если не прав, Восьмого марта все по дому делать я буду.

— Так до Восьмого марта еще дожить надо, — вздохнула Мария и весело рассмеялась. — А я буду в твоей фуражке ходить и пьяных мужиков останавливать, чтоб не дрались. Нет, Антон, ты уж сам порядок наводи. А мне, если я права, просто разрешишь на выходные к Алке в город съездить.

— Годится, — кивнул Кедров.

— Да все путем будет, — приглушенно сообщил в сотовый муж Аллы. — Я, можно сказать, купил тещу, она мне все выложит. Кедров-то с ней обо всем говорит.

Ярославль

— Непонятно, — вздохнул Ахануш. Замолчав, вслушался в голос говорившего. Посмотрел на вошедшего Ночного Дождя. — В Москве убиты…

— Знаю, — кивнул тот. — По телевизору показывали, я и узнал. Они погибли как воины, — усмехнулся он. — Трое не могли справиться с одним в квартире, — тут же довольно зло проговорил он. — И в перестрелке не убили тех, кто остановил их. Видно, забыли, как воевать, — снова усмехнулся он. — Поэтому и погибли. Повелитель очень недоволен, — добавил он.

— А нам что делать? — спросил Ахануш.

— Пока ничего, — ответил Ночной Дождь. — Старайтесь не выходить. Потому что убийство в Москве могут связать и с Ярославлем. Так что пока ничего, — повторил он.

— А как может полиция связать убийство в Москве? — удивился Рахун.

— Вопросы задает только глупый, — спокойно проговорил Ночной Дождь. — Вы мне вот что поясните, — осмотрел он по очереди всех троих. — Одинокий Путник серьезно хочет захватить наши камушки бессмертия?

— Да, — кратко ответил Ахануш. — Он предлагал и нам…

— Почему вы сразу не убили его? — перебил Ночной Дождь.

— Мы сообщили повелителю, — спокойно ответил Ахануш. — И он запретил нам карать предателя. Странно, что ты не знаешь об этом.

— Теперь знаю, — улыбнулся Ночной Дождь. — Но и вы должны знать, что предательство нельзя прощать. А кара предателю — смерть. Вот именно это мы и сделаем. Как и когда, скажу позже. А сейчас никуда не выходите, — напомнил он. — С хозяином жилища каковы условия?

— Квартиру нам предоставил Одинокий Путник, — ответил Ахануш.

— Значит, все по-старому, — довольно пробормотал Ночной Дождь. — Надеюсь, вы меня поняли и будете делать, как сказал я.

— Что по Алуеву? — спросил в сотовый Пончиков.

— Ничего, — прозвучал ответ. — Нет ни подозреваемых, ни причины, по которой его могли убить. Просто у меня была мысль, что это женушка заказала Алуева. Но Людмилу проверили и…

— А ты идиот, Косин, — усмехнулся Пончиков. — Подумать на Людку! Ты действительно чокнутый, Косин. Надо проверить по партнерам фирмы.

— Там он намутил водички, — усмехнулся абонент. — Но его убивать им даже невыгодно. Большие деньги теряют. А у Алуева было что взять. А с трупа…

— Как только за что-то уцепишься, — попросил Пончиков, — сразу со мной свяжись.

— Хорошо, Валерий Аркадьевич, — пообещал Косин.

— Действуй, Костя, — сказал Пончиков.

— Зачем тебе это, Валера? — прикурив, спросила полнотелая женщина.

— Знаешь, Леся, — усмехнулся Пончиков, — как говорят, много будешь знать, скоро состаришься. А есть еще более точное выражение. Кто много узнает, тот долго не живет, — уже серьезно закончил он.

— Подумаешь, секрет, — недовольно проворчала Леся.

— Ты мне вот что скажи, — налив в бокалы шампанского, подошел и отдал ей один Валерий. — Какие у тебя отношения с Людкой Алуевой? Раньше вы вроде как подругами были. А сейчас?

— Да и сейчас не враги, — недовольно отозвалась Леся. — А чего это ты начал Людкой интересоваться? — тут же спросила она. — Или решил приударить?

— А если да, — отпив глоток, улыбнулся он, — отравишь?

— Не тот ты человек, чтобы бабами просто так интересоваться, — усмехнулась Леся. — Просто я вспомнила, как ты пришел из бара и ворчал, что много наболтал Алуеву про…

— Забудь! — резко бросил Валерий. — Извини… — Опомнившись и наклонившись, он коснулся губами ее щеки. — Не надо так даже думать, — сумел пояснить он свою резкость. — А насчет Людмилы… было бы неплохо, чтобы ты проведала ее. Ну, там, по-женски посочувствовать. Может, что и узнаешь от нее насчет муженька убиенного, — усмехнулся он. — Ведь не просто так его угрохали.

— Хорошо, — прильнув к нему, согласилась Леся.

— А ты лучше стала водить, — зевнув, проговорил сидевший на заднем сиденье Белов. — В общем, я немного подремлю. Если что случится, буди.