Брак со стихийным бедствием - Елена Логунова

– На ходу разматывая за собой шнур, как фронтовой телефонист? – снова съязвила я.

– А, вот ты о чем! – Вадик весело засмеялся. – Подруга, ты отстала от жизни! Наш главный и любимый инженер сегодня заменил старый телефонный аппарат в редакторской на новый, беспроводной. Знаешь, что это такое?

– Знаю, не совсем темная!

– У нас новая модель! – похвастался Вадик. – Трубку можно удалить от базы на сто пятьдесят метров!

– Ух ты! – Я сочла правильным разделить радость коллеги, хотя сама не имею обыкновения бегать с телефонной трубкой по коридорам и дворам. – Ой! Вадька, спасибо! Ты не представляешь, как мне помог!

Вадик забубнил что-то в том духе, что он очень даже хорошо представляет, как он мне помог, и закономерно рассчитывает на адекватное вознаграждение в виде… В каком именно виде друг-товарищ рассчитывает получить с меня вознаграждение, я не услышала. Я уже заводила машину, прикидывая, по какому маршруту проехать к ближайшему магазину бытовой техники и электроники.

Минут через двадцать улыбчивый консультант торгового дома «Мишень» водил меня с экскурсией между двух бесконечных прилавков и, приговаривая: «Посмотрите направо, посмотрите налево…», обстоятельно рассказывал о достоинствах современных средств связи.

– Молодой человек, покажите мне, пожалуйста, беспроводные телефонные аппараты, – нетерпеливо вставила я, с трудом обнаружив достаточно продолжительную паузу в отработанной речи консультанта. – Меня интересует модель с максимальным радиусом действия.

– Вот, например, прекрасный аппарат! Трубку можно гарантированно дистанцировать от базы на триста метров!

– Триста метров – это примерно полтора стандартных городских квартала? – прикинула я. – Пожалуй, достаточно.

– Будете брать? – обрадовался консультант.

– А больше, чем триста метров, бывает?

– В принципе, да, радиус приема может быть и триста пятьдесят метров, даже четыреста, но в данный момент у нас в продаже таких аппаратов нет, – закручинился юноша.

– Нет так нет! – я развела руками.

В отличие от консультанта, я была очень довольна результатами нашей беседы. Теперь я знала, как именно Сергей Трофимов мог обмануть автоматическую телефонную станцию отеля. Как сказал бы своему туповатому напарнику Шерлок Холмс – «Элементарно, Ватсон»!

Трофимов просто-напросто привез с собой современный беспроводной аппарат и на два дня заменил им шнуровой телефон в номере. Подключенный к внутренней телефонной сети, для отеля этот аппарат стал «родным». Трофимов мог носить трубку в кармане и звонить дежурной хоть с набережной, АТС все равно распознавала звонок как внутренний, поступивший из двадцать четвертого номера.

Итак, если не все, то очень многое стало понятно. В том числе прояснились вероятные мотивы покушения на Ирку и меня саму. Если Трофимов узнал, что мы субботне-воскресной ночью побывали в его номере, он мог желать нам смерти как ненужным свидетельницам, разрушающим его алиби. А вот знал ли славный парень Сережа о нашей ночной эскападе?

Когда моя правая рука временно освободилась от рычага переключения скоростей, я сильно потерла лоб. Вспомнить бы, что я сама рассказывала Трофимову в телефонном разговоре перед собачьими крестинами? О том, что приревновала мужа к посторонней блондинке, я сказала, это точно. Что видела, как она с улыбкой на устах ускакала к морю, тоже выболтала. А про ночное проникновение в двадцать четвертый номер Сереже вполне могла сказать Ирка! Она ведь тоже разговаривала с ним, сразу после меня, причем Трофимов сам позвонил моей подружке и буквально напросился в гости… Кстати, в гости он не пошел, развернулся с полпути…

– Потому что я упомянула нашего друга капитана Лазарчука! – Все той же правой я звонко хлопнула себя по лбу. – Общаться лишний раз с опером преступнику совсем не хотелось!

Я катила по городу, не вполне соображая, куда держу путь, и очнулась только на подъезде к Первой городской больнице. Значит, мое подсознание все это время беспокоилось об Ирке.

Я оставила машину на больничной стоянке, поднялась по знакомой лестнице к закрытым дверям реанимационного отделения и деликатно поскреблась в филенку скрученной в трубочку сторублевкой. Выглянувшая на шорох медсестричка приняла денежное подношение и по моей просьбе узнала, в каком состоянии находится пациентка Максимова. Ирке полегчало, она уже приходила в себя, но в данный момент снова спит.

– В принципе, я могу вас к ней провести, – предложила медсестричка, с намеком поглядев на кошелек, который я позабыла убрать в сумку и держала в руке.

У меня были при себе свободные деньги, но я решила не беспокоить подружку. Пусть отдыхает, ей здорово досталось, чуть на тот свет не отправилась, бедная!

«А все потому, что кто-то слишком много ест! – подумалось мне, когда я спускалась по лестнице. – Не накинулась бы наша Ирина Иннокентьевна на шоколадный батончик сомнительного происхождения, не лежала бы сейчас в реанимации!»

Тут же я подумала, что винить ее в случившемся несправедливо. У нее непреодолимая тяга к сладкому, а какая-то сволочь этим воспользовалась, подбросив отравленный батончик!

– Какая-то? – снова пробормотала я вслух. – Я знаю имя этой сволочи: Сергей Трофимов!

Я села в машину, но поворачивать ключ в замке зажигания медлила. Признаться, я совершенно не представляла, что делать со всей той информацией, которую я накопала, хотя меня никто об этом не просил, наоборот, кое-кто очень даже пытался моим раскопкам воспрепятствовать! А делать что-то было нужно, потому что преступник, трижды потерпев неудачу с покушениями на меня и мою подругу, мог на этом не остановиться. Неписаное правило «Бог троицу любит» данному случаю не соответствовало, убийство – дело отнюдь не богоугодное.

Поразмыслив, я решила сдать Трофимова Лазарчуку. Попыталась, не откладывая в долгий ящик, позвонить другу-сыщику, но не преуспела. Служебный телефон капитана отвечал длинными гудками, к домашнему подошла какая-то незнакомая косноязычная фифа с заспанным голосом, а по мобильнику другая фифа, уже с хорошей дикцией, сказала, что абонент находится вне зоны действия сети.

Я побарабанила пальцами по оплетке руля, а потом сходным образом застучала по кнопкам сотового, вызывая последовательно: а) старшего лейтенанта Петеньку Белова; б) собственного супруга; в) Моржика. Все они были недоступны, как сквозь землю провалились оптом!

– Если выяснится, что мужики дружной компанией сидят в каком-нибудь винном погребе, я их убью! – проворчала я.

Такая история однажды уже имела место. Колян, Моржик и Лазарчук с Беловым втихую закатились на экскурсию с дегустацией в катакомбы винодельческого хозяйства, а мы с Иркой оборвали все телефоны, разыскивая супругов!

Меж тем мне очень хотелось поделиться с кем-нибудь своими знаниями. Хотя бы на тот случай, если неугомонный и изобретательный Трофимов все-таки сумеет меня устранить. Я решительно не желала, чтобы моя смерть осталась не отмщенной! Правда, еще меньше я желала, чтобы моя смерть вообще состоялась.