Дядя Леша - Елена Милкова

Бракосочетание Валерии Бабенко и Вадима Воронова проходило в лучших традициях торжественных мероприятий такого рода. Ничего не было упущено. Вадим последние трое суток почти не спал, подгоняемый невестой, которая постоянно давала ему срочные и ответственные поручения, которые ни в коем случае нельзя было отложить. Нонна Анатольевна, заразившись предсвадебной лихорадкой, постоянно боялась забыть что-то важное, то, и дело хваталась за сердце и пила корвалол. В самом начале приготовлений Владимир Вадимович попытался было высказать предложение отметить это событие в тесном семейном кругу.

— И чего вам дался этот ресторан, — добродушно заметил он сыну и будущей невестке. — Там все так холодно, по-казенному. Лучше собраться дома. Квартира у нас не маленькая.

Вадим слегка растерянно перевел взгляд с отца на Валерию, которая даже не ответила, а только выразительно пожала плечами и сверкнула на будущего мужа глазами.

— Папа, мы же говорили, что будет много гостей, у нас дома все не поместятся. И потом хочется, чтоб все было на уровне. В конце концов, в кои-то веки ваш единственный сын женится.

— Да я не возражаю. — Владимир Вадимович пошел на попятную. — Это вам решать.

В результате был заказан зал в «Невском паласе» и составлен список гостей на сорок человек. Вадим не ломал голову, кого пригласить: конечно, друзья по спортивному клубу, тренер Ник-Саныч, ну и родня по отцовской и материнской линии, тетушки, дядюшки, двоюродные братья и сестры. Гриша Проценко был приглашен свидетелем жениха. Лера Гришу недолюбливала, но до поры до времени своих антипатий не высказывала, и Вадим пребывал в полной уверенности, что его красавица невеста преисполнена доброты и дружелюбия ко всем окружающим.

Самой Валерии решить, кого позвать на свадьбу, было не столь просто. Близких подруг у нее практически не было, а родственников с Украины она особо видеть не жаждала. В то же время она сочла бы себя ущемленной, если бы гостей с ее стороны на свадьбе было бы меньше, чем со стороны Вадима. Поэтому Лера решила позвать людей, с которыми ее связывали деловые интересы и которые могли быть ей полезны в будущем. Роль свидетельницы исполняла Алина Лисовская, ближайшая приятельница Валерии. Она недолгое время работала барменшей в том же казино, что и Валерия, а потом вышла замуж за Жору Лисовского, который был партнером Валентина Эдуардовича в одном из его многочисленных предприятий. Алина относилась к Лере неплохо и часто приглашала на светские мероприятия, но при этом всячески подчеркивала разницу в их социальном положении. Так что для Леры было большим удовольствием пригласить Алину с Жорой на свое бракосочетание с теннисной знаменитостью и на банкет.

Накануне торжественного события Валерия позвонила Вадиму и слегка дрожащим голосом сообщила, что родители не смогут прибыть на свадьбу:

— Позвонил мой папа и сказал, что мать позавчера поскользнулась на лестнице и сломала ногу. Сейчас лежит в гипсе, ехать никуда не может, а отец за ней ухаживает.

— Мне очень жаль, — искренне расстроился Вадим. — Как это некстати. Но, надеюсь, перелом не очень сложный?

— Да нет, обычный перелом.

— Что же теперь делать… У нас все назначено. Надо перенести….

— Даже не думай об этом. Мама с папой в один голос умоляли нас ничего не переносить и не отменять. Они нам шлют самые лучшие пожелания и так далее, ну ты же знаешь не хуже меня, чего желают родители. А мы им потом фотографии отправим.

Разумеется, она убедила и успокоила своего жениха. Простодушный Вадим даже не обратил внимания на то, что число приглашенных на банкет не изменилось: количество гостей со стороны невесты полностью соответствовало квоте, которую Валерия с самого начала для себя определила.

Когда Вадим с букетом белых роз вошел в квартирку своей невесты, чтобы ехать во Дворец бракосочетания, он застыл на пороге. Платье из какого-то бело-серебристого материала, воздушного, но не прозрачного, плотно охватывало стройную фигуру Валерии, которая казалась еще выше в белых туфельках на тонком каблуке. Валерия отвергла традиционную фату, и на ее густые черные волосы, уложенные в пышную прическу, была надета изящная белая шляпка. Глубокие черные глаза смотрели на Вадима загадочно и призывно. «Вы сгубили меня, очи черные, — вдруг вспомнилось ему. — Как люблю я вас, как боюсь я вас». Вадим усмехнулся: обычный мандраж холостяка, который идет к венцу. Сколько раз Вадим наблюдал такое состояние на свадьбах своих приятелей, сколько раз добродушно над ними подшучивал. И вот теперь то же самое происходит с ним самим. Через какой-нибудь час эта черноокая фея станет Валерией Вороновой, его женой.

Свадебные мероприятия разворачивались в полном соответствии с установленным на этот предмет протоколом. Гости постепенно собирались на подступах к тому помещению, где через некоторое время их ожидает радость присутствовать при кульминации матримониального действа. Поблизости толпились группами незнакомые соседи по очереди за свидетельством о безоблачном семейном счастье и их болельщики. Команда Вороновых проходила третьими, во-о-он за теми (пухленькой подержанной блондинкой лет тридцати пяти и худощавым жгучим брюнетом с пронзительными глазами навыкате).

Пока же под доносившиеся звуки чужих Мендельсонов гости кучковались по принципу знакомства и переговаривались вполголоса. Мужчины подходили к Вадиму, похлопывали по плечу, поздравляли, совершенно искренне отмечали исключительные внешние данные невесты и вполне убедительно говорили о ее добродетели и высоких душевных качествах, а некоторые указывали и на редкий ум. Женщины тяготели более к флангу невесты и также выражали свое ободрение и одобрение. Все были довольно скованны, многие волновались, некоторые переживали.