Берег скелетов - Борис Бабкин

— Это твое, — лысый поставил кейс на стол, — давай сюда бумаги. И напоследок забудьте обо всем, иначе смерть!

Он вышел. Автоматчики, сунув оружие в сумки, последовали за ним.

— Хорошо, — кивнул инспектор. — Это нарушение инструкции, но…

— Об этом никто не узнает, — сказал Корни. — Якобы случайно я попал в камеру к человеку, точнее, к бешеному волку, который убил мою женщину. Я обещал ему отомстить, а если не исполню обещание, убью себя сам. Понимаешь, Суржат?

— Да. Сержант! — крикнул инспектор. — Отведи его в камеру к Фунджаку. А то он соскучился без общества.

— Пусть к тебе будут благосклонны боги, — Корни низко поклонился, — и чтобы счастье не обходило твой дом стороной.

— Пошли, — поторопил его явившийся на зов инспектора полицейский.

Корни вышел.

— Как ты мне помог, друг! — засмеялся Суржат. — Я получу деньги за смерть Фунджака. Ты появился очень вовремя, Корни! — Он набрал номер, но сразу отключил телефон. — Подожду, когда он его убьет.

— Ты кто? — спросил сидящий на циновке Фунджак.

— А вы и тут, господин Фунджак, чувствуете себя уютно, — усмехнулся Корни.

— Глупец, — высокомерно произнес Фунджак, — ты не знаешь, кто перед тобой? Я Фунджак. А ты кто, глупый сын ослицы?

— Не лейте слезы по убитой, — спокойно заговорил Корни. — Пусть смерть оплакивают женщины. Счастливый миг пришел, посмотри в глаза убийцы твоей любви, так и не родившей тебе наследника. Помнишь конец этой клятвы?

— Корни… — Фунджак отступил и, прижимаясь спиной к решетчатой стене, заорал: — Помогите! Он убьет меня! Помо…

Удар ребром ладони по кадыку прервал его крик. Фунджак, всхрипнув, попытался поднять руки к горлу. Корни ударил его кулаком в лоб и в горло. Из открытого рта Фунджака хлынула кровь. Он упал на пол.

— Фунджак убит! — закричали из камеры напротив. По коридору бежали трое полицейских. Корни, придавив шею Фунджака, поднял руки.

— Я отомстил, любимая! — крикнул он. — Душа твоя взлетит на небеса. Ты отомщена!

Полицейские, не решаясь войти в камеру, смотрели на Корни сквозь решетку. К ним подбежал Суржат.

— Корни, — он вошел в камеру, — оставь его. Ты исполнил клятву. Отдай нам тело. Тебя никто не тронет, а суд…

— Забери эту падаль! — плюнул на убитого Корни. — А суд, настоящий суд, вершится там! — Он кивнул вверх. — Нет безгрешных людей на земле. И те, кто судит, грешны уже этим! — Он засмеялся.

— За убийство ты получишь не меньше пятнадцати. — Суржат проводил взглядом вытаскивающих тело Фунджака полицейских.

— И это справедливо? — насмешливо спросил Корни.

— Ты лишил правосудие ответов на вопросы к Фунджаку, — засмеялся инспектор. — Тебя никто не будет трогать, пока ты здесь.

— А мне уже все равно, я выполнил то, в чем поклялся перед богами и своими товарищами.

— Фунджак мертв, — торжествуя, сообщил по телефону прокурор. — И мы ни при чем. Маршу не тронем, она будет нам полезна. Даже больше, чем Фунджак. Женщина у руля — раздолье команде.

— И беда судну, — прозвучал ответ. — Но трогать ее не надо. А кто убил Фунджака?

— Мститель за свою убитую людьми Фунджака любовь.

— Мужской поступок. Для него можно что-то сделать?

— Зачем? Он напал на полицейских, чтобы попасть в тюрьму и убить Фунджака. Нам повезло. В участке был знакомый этого мстителя, наш человек, он посадил его в камеру к Фунджаку. Через семь минут вынесли труп.

— Инспектора надо отблагодарить.

— И Тину, — усмехнулся полный.

— А мы ее уже отблагодарили, не тронули Перса. Он ее часто навещает. Кстати, он может нам пригодиться.

— А с делом Умы и Ратхи что? И с исчезновением деда?

— Они убили одна другую в драке. Деда Ашоку, судя по всему, увез Шакур и убил. Его сейчас разыскивают.