Ледяной дождь - Стюарт Макбрайд

Вечер прошел совсем не так, как Логан планировал. Когда он наконец добрался до паба, констебль Джеки Ватсон еще была там и все еще переживала из-за полученного выговора. А может быть, от него все еще разило Труповозом, хотя возвращался он с опущенными стеклами.

– Ах, как ужасно от тебя воняет…

Либо то, либо другое, но весь вечер она провела, болтая с Саймоном Ренни и еще каким-то констеблем, которого Логан не знал. Никто ему не грубил, но никто и не выпрыгнул из штанов, чтобы броситься ему навстречу и самым сердечным образом поприветствовать. А подразумевалось, что вечеринка в его честь! Ведь это он нашел Ричарда Эрскина. Живого!

Пропустив всего пару пинт, Логан решил, что пора сваливать, и пошел домой, по дороге заглянув в ближайшую круглосуточную забегаловку.

Он не заметил темно-серый «мерседес», стоявший напротив его дома, вдали от света уличных фонарей. Не увидел крепкого мужчину, который открыл дверь со стороны водителя, вышел из машины и натянул пару черных кожаных перчаток. И не услышал, как тот похрустел пальцами, пока он удерживал остывающую рыбу с жареной картошкой на одной руке, пытаясь другой нащупать в кармане ключи.

– Ты не позвонил.

Логан чуть не выронил свой ужин.

Резко повернулся и увидел Колина Миллера, стоявшего, скрестив руки на груди, рядом с очень дорогой машиной.

– Я ждал твоего звонка в полчетвертого. – Слова вылетали из его рта вместе с облачками пара. – Ты не позвонил.

Логан застонал. Он хотел поговорить с инспектором Иншем, но все как-то не получалось.

– Ну да… – произнес он наконец. – Я говорил с инспектором… Он сказал, что, по его мнению, нам это не очень подходит.

Это была наглая ложь, но Миллер ведь этого не знал. По крайней мере, выглядело так, как будто он пытался.

– Не очень подходит? – переспросил репортер.

– Он решил, что на этой неделе мне известности уже вполне достаточно, – сказал Логан, подумав, что за такое вранье вешать надо. – Ты же знаешь, какой он…

И пожал плечами.

– Не очень подходит? – Миллер нахмурился. – Я ему покажу, мать его, что значит не очень подходит.

Вынул из кармана коммуникатор и что-то в нем записал.

Следующее утро началось с десятка аварий на улицах города. Везде обошлось без жертв; все пеняли на пятисантиметровый слой снега, выпавшего за ночь.

К половине восьмого утра облака приобрели серовато-стальной оттенок; они низко висели над городом, казалось, до них можно дотянуться рукой. Крошечные белые хлопья плавно падали на Гранитный город и мгновенно таяли, коснувшись дорог и тротуаров. Пахло снегом. В воздухе ощущался резковатый металлический привкус, и было понятно, что настоящий снегопад не за горами.

Утренний выпуск «Пресс энд Джорнэл» хлопнулся о порог квартиры Логана, как надгробная плита. Правда, на этот раз хоронили не его самого. Это были похороны его ошибки. В центре первой страницы газеты красовалась фотография детектива-инспектора Инша в костюме злодея из рождественской пантомимы. Это была фотография с рекламной афиши представления, и оскал Инша на ней был по-настоящему зловещим. «Пока наши дети умирают, детектив-инспектор валяет дурака» – гласил заголовок.

– О господи!

Подпись под фотографией вторила заголовку: «Что важнее – играть в рождественской пантомиме или ловить педофила-убийцу, разгуливающего по нашим улицам?»

Колин Миллер нанес еще один удар.

Стоя перед умывальником, он прочитал, что инспектор «скакал по сцене как полоумный, в то время как местный герой полицейский Логан Макрай на улицах города искал пропавшего малыша Ричарда Эрскина». И вся статья в том же духе. Миллер провел первоклассную атаку на инспектора Инша. Он представил всеми уважаемого старшего офицера полиции в образе бесчувственного урода. И еще там была процитирована фраза главного суперинтенданта, сказавшего, что «дело это очень серьезное и будет подвергнуто тщательной проверке».

– О господи…

Заметка «Работник муниципальной службы подвергся нападению обеспокоенных родителей» была едва видна на второй странице.

Во время утреннего совещания Инш был в отвратительном настроении, и все прилагали неимоверные усилия, чтобы не сказать или не сделать чего-то, что могло бы вывести его из себя. Это был не тот день, когда можно было нечаянно облажаться.

Как только совещание закончилось, Логан быстро прошел в свой крошечный кабинет, стараясь выглядеть не очень виноватым. Сегодня ему помогала только одна женщина-констебль: она отвечала на телефонные звонки. Все оставшиеся в его распоряжении полисмены были отправлены на поиски несчастного Питера Ламли. Иншу в зад сунули ракету, и он горел желанием поделиться своими ощущениями со всеми. Значит, в офисе сегодня будет Логан, женщина-констебль и список имен, которые надо отработать.

Команда, которую Логан отрядил для работы с социальной службой, вернулась ни с чем. Все маленькие девочки находились там, где они должны были быть. Некоторые «подходили к двери», а одна даже «упала с лестницы, обжегшись утюгом». Но тем не менее все были живы-здоровы. Против пары родителей возбудят дела.

Но не только это тревожило сейчас Логана. Ему казалось, что оказание помощи детективу-инспектору Стил в расследовании убийства Джорди Стефенсона сводилось к тому, что инспектор Стил выкуривала еще больше сигарет, а он выполнял всю основную работу.

К стене была прикреплена еще одна карта Абердина. Она была утыкана иголками с синими и зелеными головками, обозначавшими каждую букмекерскую контору в городе. Иголки с синими головками обозначали «безопасные» конторы – в том смысле, что там вам не отрубят коленные чашечки, если вы не смогли расплатиться. Ну а зеленые головки – это была территория коленных чашечек. «Терф'н Трэк» он пометил иголкой с красной головкой. Так же была помечена гавань, откуда было выловлено тело. Рядом была пришпилена фотография Джорди Стефенсона, сделанная в морге.

Сейчас ничто в его облике не обращало на себя внимания. Парень был мертв. Пышно взбитый кок прилип к черепу, прилизанные при жизни черные усики в стиле звезды порнофильмов топорщились и резко выделялись на фоне восковой кожи. Когда Логан смотрел на фотографию мертвеца, у него появлялось странное ощущение, как будто он его уже где-то видел.

Судя по информации, полученной из «Лотиэн энд Бодерз», Джорди Стефенсон в молодости не раз привлекался к суду. В основном за нападение с применением физического насилия. Вышибал деньги для криминальных авторитетов местного разлива. Взлом и проникновение. Кому по лбу дать, где дверь сломать. А закрывать его перестали с тех пор, как начал работать на Молка-Ножа. Молк обращал особое внимание на то, чтобы его наемные работники не попадали за решетку.