Конец игры - Дэниел Коул

— Если он все еще жив, — заметил Сондерс, поедая еду, которую оставил Джо.

— Если он все еще жив, — согласился Эдмундс. — Не говоря уже о том, что, если Кристиан до этого не знал, что кто-то еще выбрался из пожара, он определенно знает это сейчас, и он знает, что мы будем его искать; посему мы должны учитывать, что Кейн и его люди также ищут его. Вопрос состоит лишь в том, кто найдет Кендрика первым.

Когда собрание закончилось, Эдмундс присел к Бакстер, все еще бесстыдно поправляющей свой бюстгальтер.

— Кажется, у тебя сегодня какие-то проблемы, — тактично сказал он, убедившись, что Джо не подсматривает с другого конца бара.

— Тебе не кажется, что они выросли? — спросила она.

Эдмундс решительно поддерживал зрительный контакт:

— Без понятия.

— Ты даже не посмотрел!

Тяжело вздохнув, он опустил взгляд на ее грудь.

— По-моему, они выглядят как обычно… Ты не будешь это есть? — спросил он про ее нетронутый тост, желая сменить тему.

— Нет, — сказала она, показав некоторое отвращение к завтраку. — Он отвратительно пахнет, как по мне.

Взяв тост с ее тарелки, Эдмундс понюхал его, затем немного откусил.

— Тебе нужна сегодня помощь? — спросила она.

— Конечно, — ответил он с набитым ртом. — И по пути нужно будет захватить пару вещей для Лейлы.

* * *

В магазине «Бутс» закончились малиновые и гранатовые смузи.

Это реально взбесило Бакстер.

Прыщавый молодой человек, выкладывающий товар в холодильники, вероятно, не совсем заслужил концентрированный гневный выплеск ее дурного настроения или очень публичной лекции по теме спроса и предложения. В этой лекции она объясняла, что если в каждом магазине этой долбанной страны каждый божий день заканчиваются малиновые и гранатовые смузи, то может быть, только может быть, кому-то с богоподобными силами принимать столь важные решения стоит возможно, вероятно, тщательно обдумать идею хранения больших запасов. Однако ей стало не по себе, когда его верхняя губа задрожала и он убежал хорошенько прорыдаться в кладовой, отчего зарыдала и она, ожидая, пока Эдмундс закупится.

Немного погодя он появился в конце прохода и, увидев плачущую подругу, кинулся с обеспокоенным выражением лица к ней.

— Бакстер? Что произошло?

— Ничего… Я просто… Прости.

— Не извиняйся. Это я виноват. Мне не стоило уходить… всего-то вот туда.

— Что со мной не так? — засмеялась она, вытирая глаза.

Эдмундс открыл рот… посмотрел на пачку одноразовых подгузников в руках… а затем поднял вопросительный взор на Бакстер.

— Что? — не поняла она.

Ему было слегка неловко.

— Что?!

— Э-эмм. Чувствуешь себя усталой?

— Всегда.

— А как чувствуются сейчас сиськи?

— Странно.

— Помимо того тоста, в последнее время у тебя вызывали отвращение другие продукты?

— Возможно.

— Готова опять разрыдаться посреди магазина?

— Вполне вероятно.

— Мои поздравления.

И, протянув ей упаковку подгузников, Эдмундс поспешил прочь.