Вспомнить себя - Фридрих Незнанский

— Ну, ты хитра, Спай…

«Спай?! — совсем ведь забыл Антон ник Милы. — Спай, значит… И Спайдер… Вон оно что… Долго же до тебя доходит, Антоша, друг любезный…» — сказал сам себе Плетнев. И подумал, что Сашка, кажется, это уже давно просек, а он… вопросы у себя спрашивает… Чудило…

— Ох, Шпионка, — ухмыльнулся Число, — что-то ты задумала, определенно. Ну, молчи, молчи, я ведь не любопытный, ты знаешь, но за своих, как говорится, пасть порву…

— Я поэтому и обращаюсь к тебе… А у меня, чтоб ты не мучился, просто маленькая мстя, сечешь? Ты только посмотри, за какую машину она сядет.

— И фильтры отключить? — улыбнулся «сисадмин».

— Разумеется, — подмигнула ему Мила.

— Ох, Шпионка, только ради тебя… Ну, договорились. Действуем… А где? — он вопросительно взглянул на Антона, и тот широким жестом указал на приближающегося бармена с подносом.

— А вот!.. Мила, а ты что хочешь? Коньячок? Вино? Кофе-какаву? Чай зеленый?

— А пожалуй, чайку, — улыбнулась она. — Хочу, чтоб голова была чистой.

И Плетнев сделал жест в сторону бармена, который услышал заказ…

Александр неторопливо поднимался по горбатой улочке. Сегодня тетка, кажется, в первый раз отнеслась к поступку племянника если не с одобрением, — как же, дождешься от нее! — то хотя бы с пониманием.

— К доктору? — спросила она, словно бы между делом.

— Ага, — ответил он так же небрежно. — Посоветоваться надо. Насчет дальнейшего лечения.

— Пожалел бы женщину, — с укором сказала тетка и, увидев искреннее изумление на его лице, добавила: — Рабочий-то день давно кончился, а ты не хочешь дать трудовому человеку отдохнуть! Истинно прохиндей, одно слово!

— Так я ж… — даже растерялся Александр. — Я ж как раз и хочу это… пожалеть. Неужели не понимаешь? Ой, тетка, стареешь, что ли? А еще замуж собралась! Сереж, — повернулся он к будущему супругу, — хоть бы ты, что ли, напомнил невесте, чем нормальные люди после трудового дня занимаются! Ведь вот так при посторонних ляпнет, ты ж потом стыда не оберешься!

Сергей Иванович захохотал, засмеялась и тетка.

— Ты ж знаешь, дурачок, — ласково сказала она племяннику, — что я об тебе же в первую очередь и думаю… Эх, молодежь! А ты чего лыбишься? — накинулась она на Сергея. — Все бы им хихиканьки… А еще мужики!.. Я к чему говорю-то… Эти твои сотрудники, они как, снова тут ночевать, что ли, останутся?

— Нет, с чего ты взяла? Мила домой собиралась, у нас еще завтра работа предстоит. А Антон, он же должен в гостиницу свою поехать. Зачем номер-то снимал? Ну а как уж они между собой решат, я не знаю. Да и не интересовался. А что, надоели уже?

— Дак нет, — как-то странно ответила тетка. — Просто я подумала, что было бы неплохо, наверное, с доктором-то мне проконсультироваться. Про лекарства уточнить, от вас разве дождешься? Да и поужинать бы одинокой женщине…

— Знаешь, тетка, я теперь понимаю, почему любил тебя всю прошлую жизнь…

— Так она ж еще не кончилась! Ты что несешь, охальник?

— Ты не поняла… Или я не так выразился, — засмеялся Александр. — Не прошлую, конечно, а пройденную до сегодняшнего дня. Потому что начиная с этого момента я тебя еще и глубоко уважаю как самую умную и понимающую на свете женщину.

— Ну вот, удостоилась, стало быть! — передразнила она Сергея. — А раз понял, так позвони да поезжай. Я что, сама в девках не бегала? А ты не смотри, не смотри! — строго прикрикнула она на жениха. — Ишь, моду взяли, смотреть с укоризной! Давай, Сашка, действуй, а мы тут приготовим чего-нибудь да посидим ладком.

— Ох хитра! Консультация ей нужна! Что ж, я думаю, доктор не откажет. А вот Антону я позвоню, что машина мне сегодня больше не понадобится, так надо понимать?

— Вот! А говорит, что я хитра! А сам-то, как та лиса! Дай только лапку положить, а там уж и весь в сани забрался… Да конечно, куда по ночам-то бродить, когда вон места сколько угодно, а, Сереж?

— Правильно. Чего от добра добра искать. Только ты уж, Сашок, того, не подведи мужской род!

— Ах, ты! А вот я тебя! — тетка замахнулась на жениха. — Рода он мужского!..

Так и ушел Турецкий, слыша за спиной веселый смех…

Он позвонил Антону, и тот его понял, сказал, что задержится, наверное, надолго, да и в гостинице нужно порядок навести, так что ждать его не надо. А Лину Александр попросил захватить с собой все, что ей понадобится завтра на работе, поймать такси и ехать ему навстречу. Лина сперва не поняла сути предложения, но потом до нее дошло, и она удивилась, с чего бы это, мол? И Турецкий просто объяснил ей, что разговоры могут затянуться, тетка вроде тоже посоветоваться хотела, а потом уже поздно, куда торопиться?

Поняла. Помолчала и спросила:

— А Валентина Денисовна?

— Так она ж и предложила. Тем более что никого чужих, все свои, а нападение не предвидится, хотя… Но это уж как камень ляжет.

— Ну, встречай, — задумчиво сказала Лина.

Они встретились. В полутьме салона ее глаза поблескивали странно. Заманчиво. Но Турецкий старательно сдерживал себя и говорил только о делах.

— Я сегодня выступление нашего мэра по городскому телевидению слышала. Он с этаким пафосом, — Лина улыбнулась, — говорил, что авария никому даром не пройдет. Словно угрожал неизвестным лицам.

— С чего бы это? — деланно удивился Турецкий.

— А вот не знаю… А еще сказал, что у нас сейчас работает московская бригада следователей, на счету которой сотни сложнейших раскрытых дел, а наше дело для них, мол, как семечки. Самоуверенно так заявил. Впрочем, я и не удивилась. Я же знаю, что работают, — она прижалась к Александру.

— Особенно сейчас, — усмехнулся Турецкий. И, помолчав, добавил: — А я тебе не говорил, что он нам здорово помог, нет?

— Это как? — она слегка отстранилась.

— Самым натуральным образом. По сути, назвал имя главного виновника. Ни больше ни меньше. Вот так, дорогая. Поэтому у него есть все основания. Не испугался.

— Вон как… Я начинаю его всерьез уважать… А у него были причины?

— Для испуга? А как же. Я ж рассказывал тебе сегодня.

— Да ну тебя!.. — и Лина засмеялась, решив, что все это Сашины розыгрыши, приколы.

Пока доктор и пациентка, удалившись в дом, занимались своими лечебными делами, Александр вместе с Сергеем нажарили на летней кухне мяса и залили его остатками кетчупа. А потом отправились не под яблоню, а на веранду, где поставили стол на четверых — свои же, и принялись ужинать.

Саша с помощью Сергея, который добавлял смешные подробности, рассказал, уже не второпях, о происшествии прошлой ночью, как-никак оба участники, и за столом снова стоял сплошной хохот. Только что не сквозь слезы. Хотя даже драматические моменты они ловко обыгрывали, особенно когда Хонин прыгнул с ножом на спину Сереже, но получил стволами под дых и потом долго икал, не понимая, что произошло.