С неба женщина упала - Лариса Ильина

— Эх, ты! — Я, символически шлепнув по чемодану рукой, вытащила его наружу. — Мог бы и предупредить!

Чемодан, конечно, промолчал, но я все равно была очень рада встрече с ним. Покопавшись в его внутренностях, я извлекла оттуда свою ночную сорочку и отправилась в душ.

«Если уж сейчас ночь, то я ложусь спать!» — решила я и юркнула под легчайшее одеяло.

Я открыла глаза и потянулась. Впервые за долгое время у меня ничего не болело, не ныло и не зудело. Аккуратно проведя рукой по лбу, почувствовала, что кожа, по крайней мере на ощупь, не напоминает наждак.

— И прекрасно! — пропела я, сбрасывая ноги с кровати. И тут же наткнулась взглядом на сидящего напротив меня в кресле Расула. — Ой!

Мне он, как всегда, не ответил, поднялся, не забыв разглядеть все, что я не успела прикрыть одеялом, и вышел.

— Стучаться надо! — крикнула я ему вслед и погрозила кулаком. О нашей вчерашней встрече остались какие-то расплывчатые воспоминания, но я твердо помнила, что на него сердита.

Посидев еще немного и поразмышляв над загадками судьбы, поняла, что ровным счетом ничего не понимаю, вздохнула и на том успокоилась. В доме было совершенно тихо, меня никто не беспокоил, я рассудила, что имею полное права принять душ.

Обернув одним полотенцем мокрые волосы, а второе небрежно накинув на плечи, я вошла в комнату и едва не сшибла с ног ввозившего сервировочный столик Блина. В первое мгновение мы оба растерялись, спохватившись, я быстро передернула полотенце вниз и не рассчитала, дернув слишком сильно. Оно едва не упало на пол, но я, перехватив его, словно жонглер, в последнюю секунду, сумела-таки пристроить его в подходящее место. Блин, видно, и по жизни был человеком веселым, а тут уж его просто разобрало, и сразу было понятно, что все это ему очень понравилось. Он оскалился, что жеребец в цирке, но заржать не успел, потому как мне происходящее понравилось гораздо меньше. Смешного, по крайней мере, я ничего не увидела. И, набрав полную грудь воздуха, я заорала:

— Ах ты, козел!

Блин себя козлом не считал, это стало ясно сразу. Лицо его покрылось пятнами, глаза блеснули дурью, а кулаки сжались. «Мама, — подумала я с ужасом, — вот сейчас он и...» Но Блин клацнул зубами, да и сник вдруг, не только не двинувшись ко мне, но и не раскрыв рта.

«Эка!» — изумилась я, и мне, как всегда, пришла в голову одна идея, из тех, что сначала сделаешь, а потом думаешь о последствиях. Схватив с кровати маленькую атласную подушку, я, особо не целясь, запустила ее в сторону парня, но меткостью я отличалась с детства, поэтому аккуратно снесла

со столика практически все, что на нем было. Блин потерял дар речи, с изумлением разглядывая то растекающееся месиво, то меня.

— Стучаться надо! —. Успев после снайперского броска натянуть халат, я стояла возле кровати, гордо подняв голову и уперев в бока руки.

— Ты че, блин... Ну, вот, — тонким голосом пропищал он, — теперь осталась без завтрака...

— Ну да, — перебила его я, — я хочу нормальный завтрак, а не это дерьмо! Вопросы есть?

Блин глянул на меня как-то затравленно и выкатился вместе с тележкой. Я победно прошлась по комнате, размахивая полотенцем, но внутри что-то тоненько екало: а не переборщила ли я? Сейчас распахнется дверь и ввалятся три здоровых мордоворота... Или два... Однако мои размышления довольно скоро прервал посторонний звук за дверью.

«Господа, неужели вы будете нас бить?» — подумала я, взобралась на кровать и на всякий случай поджала под себя ноги. Звук вскоре стал шуршанием ключа в замке, и передо мной вновь появился Блин с завтраком. Я так ему обрадовалась, что едва не вскочила навстречу. Парень меж тем подкатил столик к кровати. Было видно, что он дуется, потому как глаза прятал и хмурился.

— Ладно тебе, — сказала я примирительно и улыбнулась. Улыбаться я уже не боялась, с лицом был полный порядок, я здорово выспалась и даже порозовела. — Чего, обиделся, что ли?

Блин едва заметно хрюкнул и на меня покосился.

— Ну, чего ты тут мне привез? — заворковала я, с восторгом разглядывая содержимое подноса, причем для этого мне даже не пришлось притворяться: пахло еще лучше, чем выглядело.

Кормилец мой немного расслабился, а я, чтобы закрепить пройденный материал, улыбнулась ему еще шире и похлопала ресницами:

— Чемодан мой ты принес? — Судя по его растерянному взгляду, не он. Но я, не дав вставить ему ни слова, продолжила,— Спасибо большое, я, правда, тебе очень благодарна. А где твой друг?

Блин, снова растерялся:

— Друг? Это какой? Дохлый, что ли?

— Дохлый? — обрадовалась я и засмеялась. — Ну да, Дохлый!

— Ну, нет его... Уехал пока. Да он мне не друг, так, знакомый... А ты, че, его знаешь, что ли?

— Да нет, просто спросила. Вы с ним мне больше понравились. А то таскаются тут два каких-то козла... лысый такой и еще один, как его... Расул! Шибко веселый.

— Лысый? Расул? — протянул Блин и неожиданно со мной согласился: — Да уж, этот мало кому понравится...

Кого именно из этих двоих он имел в виду, я уточнять не стала, но подумала, что в своих ощущениях не ошиблась. Оба они возбуждали безотчетное чувство тревоги, который больше, сразу и не скажешь.

— А тебя как зовут? — с аппетитом хрумкая поджаренным ломтиком хлеба с маслом, поинтересовалась я. — Не хочешь со мной позавтракать?

— Не, спасибо, — неожиданно вежливо отказался мой гость, — Кирилл.

— Кирилл? — восхитилась я. — Классно! А я — Алевтина!

Я энергично протянула ему ладонь, и отказаться ее пожать Кирилл не сумел. После этого он принялся топтаться, а я поинтересовалась:

— Кирилл, а почему здесь телевизора нет? Денег, что ли, не хватило?

Он воззрился на меня с изумлением:

— Как это нет?

Я пожала плечами:

— Ну уж не знаю, как...

Кирилл молча сгреб с тумбочки пульт, качая головой и бросая на меня пренебрежительные взгляды.

— А это что?

Панель на противоположной стене вдруг плавно поползла вправо. Вот, елки-палки, думала, что это украшение... Моему взгляду представилось нечто, что я сразу не решилась назвать телевизором.

— Э-э! — начала я догадываться, но Кирилл меня перебил:

— Вот тебе и э-э! Телевизора тут нету! Деревня...

— А это точно телевизор? — робко переспросила я. чтобы сделать парню приятное.

— Телевизор! — фыркнул он. — Панель это плазменная, ясно?

— А! Где-то я про такое слышала! — закивала я головой. — Здорово!

Кирилл еще продолжал бубнить, несказанно удивляясь

моей отсталости. Я старательно прятала улыбку, выжидая момент, когда же смогу приступить к тому, что меня больше всего интересовало, — к расспросам.