Контракт с коротышкой - Элмор Леонард

Чили понесло. Ему почему-то было жаль этого бугая в гавайской рубашке.

– В каких фильмах ты снимался, вдруг я видел?

Медведь медлил, как будто пытался вспомнить названия. Но, как оказалось, думал он совсем о другом.

– Я должен попросить тебя вернуть ключ.

– О чем ты?

– Ключ от ячейки.

– Я знаю, какой ключ ты имеешь в виду, но не могу поверить, что ты меня просишь об этом. Подстава не сработала, и я должен отдать тебе ключ?

– Кэтлетт сказал, что, если ты не открываешь ячейку, сделка автоматически аннулируется.

– Ты серьезно? Так вот вы как делами занимаетесь? Непонятно и почему вы еще живы.

Медведь молча воззрился на него.

– Слушай, ты знаешь, и я знаю, что я не отдам тебе ключ, если, конечно, ты не приставишь мне к башке ствол. Только тогда я вынужден буду обсудить эту проблему всерьез. А сейчас… пожалуйста, отойди от машины.

– Пистолет мне не нужен, – пробурчал Медведь. – Где ключ? Если не у тебя, значит, где-то рядом.

Чили покачал головой, разговор его утомил, но ему все еще было жалко парня. Медведь, как ему показалось, действовал без души, просто выполнял указания. Чили с задумчивым видом посмотрел куда-то в сторону, потом быстро повернулся к Медведю и изо всех сил лягнул его в левую коленку. Медведь пошатнулся и сгорбился. Обеими руками Чили схватил его за волосы, пригнул голову и ударил коленом в лицо. Медведь выпрямился, и он врезал ему под ребра. Медведь беспомощно ловил воздух ртом. Ему явно было больно. Чили взял его за руку и посоветовал:

– Ложись на спину, так дышать будет легче.

Он уложил Медведя на бетонный пол, встал над ним, широко расставив ноги, и приподнял за пояс штанов, тех самых, голубых, в которых Медведь был вчера.

– Глубоко вдыхай через рот, медленно выдыхай… Вот так.

Скоро Медведь задышал нормально и принялся ощупывать зубы и нос.

– Эй, – окликнул Чили. – Посмотри на меня.

Медведь подчинился.

– Передай своему боссу, что я больше не желаю его видеть. Он заключил с Гарри сделку, что не, сделка есть сделка. Нам нужно было достать из ячейки деньги. Не удалось. Сделка аннулирована. Но мне очень не хочется с ним встречаться. Понимаешь? Передашь ему?

Медведь кивнул, закрыв и открыв глаза.

– И почему ты связался с таким мудаком? Снимался в кино, был каскадером. А он что сделал в жизни? Парень использует тебя, и ты это допускаешь. Как себя чувствуешь?

– Вполне.

– Последствий после падения с лестницы не было?

Медведь прикоснулся к левому бедру:

– Кажется, потянул четырехглавую мышцу.

– На твоем месте, – сказал Чили, – я бы послал этого парня, и чем быстрее, тем лучше. Но сначала я спустил бы его с лестницы, пускай узнает, каково это.

Медведь ничего не ответил, но по его взгляду Чили определил, что он серьезно обдумывает такую возможность.

– Сколько фильмов ты сделал?

– Около шестидесяти.

– Ни фига себе. Назови хоть несколько.

* * *

Ключ от ячейки лежал на первом этаже гаража, в щели между бетонным столбом и полом. Чили, прежде чем взять его, убедился, что рядом никого нет.

Он вернул «тойоту» в «Авис», затем перешел в «Нейшнл» и взял напрокат «кадиллак-седан-девиль», черный. Осторожность тут была ни при чем – просто ему показалось, что «кадиллак» он заслужил. Если у него была такая машина дома, значит, должна быть и здесь. По крайней мере «кадиллак». По пути из аэропорта, следуя по четыреста пятому шоссе, он подумал, что, если деньги забрать из ячейки все-таки удастся, нужно потребовать с Гарри десять процентов комиссионных, сдать «кадиллак» и взять «мерседес» или дорогой «БМВ». Карен говорила, что сейчас самые крутые агенты и администраторы ездят на «БМВ». А еще сказала, что «роллс» – это слишком претенциозно, признак дурного вкуса. И следовало запомнить вот что: «у меня встреча» больше не говорят, говорят «у меня в два-тридцать в „Тауэре“». Если студия отвергает сценарий, никто не говорит «Прощай, Нью-Йорк», это высказывание вышло из моды, не успев даже прижиться. А если заявляют, что фильм – «для подготовленной аудитории» или сценарий – «для определенного состава исполнителей», это называется «отлуп». Илейн Левин высказала по поводу «Лавджоя» «мягкий отлуп», значит, сценарий можно спасти. В этом деле, в отличие от ростовщичества, ему предстояло выучить много новых слов. В прежней жизни достаточно было сказать: «А ну, гони бабки!» Карен он позвонит позже, после разговора с Гарри.

Въехав на стоянку «Сансет Маркиз», он подумал, а не сменить ли отель. Правда, здесь ему нравилось. Персонал был спокойным, дружелюбным. Бесплатно давали шампунь, масло для загара, увлажняющий крем. Кормили неплохо. При желании еду можно было готовить в номере. Пепельницы стояли везде, куда ни посмотришь. Даже у лифта. Кстати, эту пепельницу можно было легко спереть, когда выезжаешь, если, конечно, забыл прихватить такую же из номера.

Чили открыл дверь с цифрами «325», вошел и ничуть не удивился, увидев мигающую на телефоне лампочку. Наверное, Гарри не терпится узнать, как все прошло. Бедный Гарри, у него совсем сдали нервы. Чили скажет, что деньги еще можно забрать, но сделать это будет нелегко. Сначала он докажет Гарри, что тот по-прежнему в нем нуждается, потом выяснит отношения по поводу лимузинщиков и велит держаться от них подальше. Чили снял пиджак, собирался уже повесить его на один из стульев у стойки, как вдруг понял, что в номере кто-то побывал.

Не горничная, кто-то другой. Горничная еще не убирала. Газеты лежат на диване, полная окурков пепельница стоит у телефона…

Внимание его привлекли приоткрытые дверцы буфета на кухне. Именно приоткрытые, не распахнутые настежь и не закрытые плотно. Хотя он буфет закрывал. А ящик стола, напротив, был закрыт, тогда как Чили оставил щель ровно в дюйм. Некоторые ящики комода в спальне он задвинул до конца, а некоторые чуть выдвинул – немного нервничал, после того как Медведь побывал в номере и не оставил никаких следов. Последний визитер либо не умел заметать следы, либо ему было наплевать. Медведь не взял из чемодана десять штук, но этот парень вел себя по-другому, этот парень…

Чили уже собирался было войти в спальню, но вдруг подумал: «Погоди-ка. А если он еще там?» Он обмозговывал эту идею и смотрел через зал на дверь ванной и дверь спальни, что находились в конце холла. Боунс. Никаких сомнений. К нему наведался этот сучий Боунс. А может, он и сейчас здесь. В спальне.

Однако существовал только один способ убедиться в этом. Правда, Чили очень не хотелось идти туда и пугать Боунса, хотя тот, если он, конечно, в спальне, наверняка слышал хлопанье входной двери. Только в случае с Боунсом ни в чем нельзя быть уверенным. Этот тип либо слишком тупой, либо напрочь чокнутый, чтобы поступать так, как все нормальные люди.