Дело Бенсона - Стивен Ван Дайн

Приско: Я принес ему лед, а он лежал в постели и попросил меня положить лед в графин в его гостиной. Пока я это делал, он окликнул меня и попросил посмотреть на часы на камине. Он сказал, что его наручные часы остановились и он хочет поставить на них точное время.

Ванс: Что он сказал потом?

Приско: Больше ничего. Он предупредил, чтобы я не звонил ему, кто бы его ни спрашивал. Он сказал, что устал, хочет выспаться и не хочет, чтобы ему мешали.

Ванс: Он подчеркнул это?

Приско: Во всяком случае, он так сказал.

Ванс: Он сказал что-нибудь еще?

Приско: Нет, сэр. Только пожелал спокойной ночи и погасил свет, когда я уходил.

Ванс: Какой свет он выключил?

Приско: В спальне.

Ванс: Из гостиной вы могли видеть его в спальне?

Приско: Нет, вход в спальню из холла.

Ванс: Откуда же вы знаете, что он погасил в спальне свет?

Приско: Дверь в спальню была открыта и в холл падал свет.

Ванс: При уходе вы прошли мимо двери спальни?

Приско: Конечно.

Ванс И дверь была открыта?

Приско: Да.

Ванс: Это единственная дверь в спальню?

Приско: Да.

Ванс: Где был майор, когда вы вошли в его квартиру?

Приско: В постели.

Ванс: Откуда вы знаете?

Приско (с легким негодованием): Я видел его.

Ванс (после паузы): Вм вполне уверены, что он больше не спускался вниз?

Приско: Я же сказал вам, что увидел бы его.

Ванс: А он не мог незаметно для вас спуститься по лестнице, пока вн поднимали кого-нибудь на лифте?

Приско: Конечно, мог. Но после того, как я отнес лед, я никого не поднимал до половины третьего, пока не пришел мистер Монтегю.

Ванс: Значит, от момента вашего появления у майора и до половины третьего вы никого на лифте не поднимали?

Приско: Никого, сэр.

Ванс: И за это время вы не покидали холл?

Приско: Нет, сэр, я все время сидел здесь.

Ванс: Значит, в последний раз вы видели его в постели в половине первого?

Приско: Да, а потом рано утром ему позвонила какая-то дама и сообщила об убийстве брата и через десять минут появился он сам.

Ванс (протягивая ему доллар): Это все. Но не вздумайте кому-либо сболтнуть о нашем визите сюда, иначе у вас будут крупные неприятности. Надеюсь, вам это ясно? А теперь марш на работу.

Когда юноша ушел, Ванс повернулся к Маркхэму.

– А теперь, старина, ради защиты общества и из высоких соображений справедливости и pro bono publico[64]и так далее, вы должны совершить проступок, противный вашим убеждениям, или как вы там их еще называете. Дело в том, что я хочу осмотреть квартиру майора Бенсона.

– Зачем? – пгютестующе воскликнул Маркхэм. – Неужели вы совсем потеряли рассудок? Вы ведь только что прослушали показания этого парня. Хорошо, пусть я слабоумный, но, черт возьми, я же вижу, когда свидетель врет, а когда нет.

– Конечно, он рассказал нам правду, – серьезно сказал Ванс. – Поэтому я и хочу попасть туда. Пошли, Маркхэм. Нет никакой опасности, что майор вернется в такой час домой. И не забудьте, – улыбнувшись добавил Ванс, – что вы обещали мне любую помощь.

Маркхэм был в бешенстве, но, как и раньше, Ванс победил. Вскоре мы вошли в квартиру майора Бенсона.

Единственная дверь вела из общего холла в узкий коридор и далее в гостиную. Справа от входа находилась дверь в спальню.

Ванс прошел прямо в гостиную. Справа был камин, на каминной полке стояли старинные часы из красного дерева. В углу неподалеку от камина стоял небольшой столик, а на нем на серебряном подносе небольшой графин и шесть таких же бокалов.

– Вот эти часы, – сказал Ванс, – а вот графин, в который парень положил лед. Имитация шеффилдского серебра.

Подойдя к окну, он поглядел на улицу. До земли было двадцать пять или тридцать футов.

– Майор определенно не мог выйти через окно, – заметил он. Он повернулся и некоторое время разглядывал коридор.

– Да, парень легко мог видеть свет из спальни, если дверь была открыта, – сказал он и направился в спальню.

Напротив двери была небольшая кровать с пологом, рядом с ней стоял ночной столик с электрической лампой.

Ванс сел на постель, оглянулся, потом включил настольную лампу и посмотрел на Маркхэма.

– Вы понимаете, Маркхэм, каким образом майор вышел отсюда в ту ночь без ведома мальчишки?

– С помощью левитации, очевидно.

– Нет, иначе. Но придумано дьявольски изобретательно… Послушайте, Маркхэм! В половине первого майор позвонил и попросил принести лед. Парень лед принес и, входя сюда, через дверь в спальню видел майора в постели. Майор попросил его положить лед в графин. Парень прошел по коридору и пересек гостиную, чтобы положить лед в графин. Тогда майор попросил его взглянуть на часы на камине. Тот посмотрел и увидел, что часы показывают половину первого. Майор попросил, чтобы его не беспокоили, пожелал спокойной ночи, выключил свет на ночном столике, выскочил из постели – он, конечно, был одет – и успел выбежать в общий холл раньше, чем парень, который засовывал лед в графин. Майор оказался на улице раньше, чем парень спустился вниз. А тот при выходе все равно не мог бы заметить, лежит майор в постели или нет, так как в спальне было темно. Умно придумано, не так ли?

– Да, это вполне возможно, – согласился Маркхэм. – Но ваше блестящее воображение не учло, что ему еще надо было вернуться обратно.

– Ну, это самая простейшая часть плана. Он, очевидно, стоял на противоположной стороне улицы и ждал, пока в дом кто-нибудь войдет. Парень сказал, что в половине третьего вернулся мистер Монтегю. Значит, майору оставалось подождать, пока лифт исчезнет, вбежать в дом и подняться по лестнице.

Маркхэм только улыбнулся и ничего не сказал.

– Вы понимаете, что такой план должен быть продуман заранее, – продолжал Ванс, – с точностью до минуты, и даже встреча с мальчишкой входила в него. Парень показал – головная боль, неудачный день. Почему неудачный? Ну конечно же, тринадцатое число. Но для парня удачный. Пригоршня монет. Способ дать чаевые? Но долларовая бумажка была бы забыта.

Маркхэм нахмурился.

– Я предпочитаю ваше обвинение в адрес миссис Платц, – сказал он.

– Ах, но я еще не закончил, – сказал Ванс. – Я хочу найти оружие.

Маркхэм недоверчиво уставился на него.

– Это, конечно, важный фактор… Но вы действительно надеетесь найти его?