Шкатулка Люцифера - Наталья Александрова

Дети полностью переселились в коридор, а также пускали кораблики в ванне, клеили велосипедную камеру на кухне и жгли соломенное чучело зимы на балконе.

Ануш целыми днями жарила-парила на кухне, занимая всю плиту. Конечно, к Агриппине она относилась по-прежнему хорошо, угощала ее приготовленными блюдами, но есть это было нельзя – все жутко переперчено, так что желудок огнем горел, хотелось вызвать пожарную команду.

После нескольких дней такой жизни Агриппина поймала себя на том, что вспоминает бабку Курослепову почти с нежностью – при той хоть после одиннадцати в квартире наступала тишина.

Однако она не стала живописать Старыгину все свои неприятности – еще не хватало, сама раньше справлялась и сейчас справится! Хотя временами накатывала жуткая тоска – жизнь проходит, а вдруг она так и останется навсегда в дремучей коммуналке. Наверняка те же Курослеповы или Стуковы тоже, въезжая сюда, думали, что это ненадолго. И вот сын у бабки вырос, и жену сюда же привел, и сыну уже пятнадцатый год… Хотя старуха старожил, она, кажется, и родилась в этой квартире, если ее в отдельную переселить, она же от скуки рехнется, некого воспитывать будет…

Дмитрий Алексеевич кое-что понял из ее тоскливого молчания.

– Вам надо развеяться, – решительно сказал он, – что-то мне ваше настроение не нравится.

Агриппина хотела резко оборвать его, сказать, что она сама знает, что ей надо делать, но в это время в коридоре один из мальчишек запустил игрушечную пожарную машину с сиреной, и у нее на миг заложило уши. А потом, когда звуки прорезались, было уже поздно устроить Старыгину строгую отповедь, время упущено.

– Мы с Василием приглашаем вас на ужин! – объявил Старыгин с тайной мыслью, что если она придет к нему домой, то можно будет поговорить о второй гравюре, которую прислали ему сегодня.

– Василий тоже присоединяется? – удивилась Агриппина. – По-моему, он меня недолюбливает…

– Что вы, он будет очень рад вас видеть! – легкомысленно заверил ее Старыгин. – И, если вы не хотите выходить из дома в такую метель, я могу заехать…

Она уловила легкое колебание в его голосе и великодушно сказала, что доберется сама. Потратив на сборы минут десять, она собралась уже выйти и напоследок поглядела на себя в зеркало. Она вообще редко в него заглядывала, и зеркало было старое, оставшееся от прежних жильцов. Отражение ничем не порадовало. Разлохмаченные волосы, тусклая кожа, ранние морщинки… Глаза, что ли, подвести… Все-таки в гости собирается…

Когда она нашла тушь в ящике стола, оказалось, что та безнадежно засохла. Помада оказалась какого-то морковного оттенка – неужели она сама ее купила когда-то? Агриппина решительно стерла помаду и высунула голову из дверей, готовясь нырнуть обратно при первых признаках опасности.

В прошлый раз милые детки играли в дартс. Они установили на входной двери мишень и метали дротики через весь коридор. Агриппина счастливо увернулась, папе Курослепову слегка попало по уху.

В коридоре ничего не было видно из-за мыльных пузырей, дети выдували их с огромным усердием. Что ж, хотя бы тихо…

Старыгин открыл ей дверь не сразу, пришлось долго звонить. Наконец дверь распахнулась, и Агриппина увидела мрачного хозяина квартиры. На животе у него был повязан дамский клетчатый фартучек, волосы всклокочены.

– Вы мне не рады? – Агриппина подняла брови. – Зачем тогда приглашали?

– Какое там! – невпопад ответил Старыгин. – Это все Василий…

Выяснилось, что в процессе приготовления ужина кот не придумал ничего лучше, чем разбить бутылку оливкового масла.

– Прыгнул на стол и поскользнулся, бегемот такой, – сокрушался Дмитрий Алексеевич, – всю кухню изгваздал, сам извозился, меня измазал…

Агриппина заглянула на кухню. Зрелище было неутешительное.

Посредине была огромная лужа масла, в ней валялись осколки бутылки, клочья рыжей шерсти и еще какие-то подозрительные ошметки. В комнату тянулись жирные следы лап. Шкафы были открыты, кухонные полотенца валялись на полу, табуретка перевернута, даже занавеска провисла.

– Мамай прошел, – констатировала она, – это же невозможно представить, чтобы такое обычный кот устроил!

– Василий – необычный кот, – тут же обиделся Старыгин, – он особенный…

– Я уж вижу, – вздохнула Агриппина. – А где виновник торжества?

Кота нашли в комнате на диване. Он невозмутимо умывался и на Агриппину поглядел с гордостью – знай, мол, наших! И она сразу поняла, что ничего Василий не поскользнулся, а специально прыгнул на стол и уронил бутылку с маслом на пол. Исключительно из хулиганских побуждений.

– Еще и плед весь жирный! – простонал Старыгин. – Вот что теперь делать?

– Вместе с пледом замочить кота в ванной, – предложила Агриппина, незаметно подмигнув Старыгину, – порошочком присыпать…

– А что, – задумчиво пробормотал Дмитрий Алексеевич, – сразу убьем двух зайцев – и плед будет чистый, и кот…

Василий, несомненно, понимал человеческую речь. Но был не настолько проницателен, чтобы сразу же определить розыгрыш.

– Вы заходите с той стороны, – скомандовала Агриппина, – сразу в плед его закатаем… ой!

Кот вообразил, что с ним не шутят, и в панике взвился на книжный шкаф, на самую верхотуру. То есть хотел это сделать. Но промахнулся, не допрыгнул, проехался когтями по стеклянной дверце, с ужасающим скрипом сполз вниз, оттолкнулся задними лапами от бронзовой ручки и долетел-таки до верха, оставив на стенке красного дерева глубокие царапины от когтей.

– Ну что это такое, – расстроился Старыгин, – этак он всю мебель перепортит…

Кот свесился со шкафа и злобно мяукнул.

– Вот-вот, остынь там, – посоветовал Старыгин, – и мы тут без тебя отдохнем…

Коту очень не понравилось это «мы», он понял, что с маслом перегнул палку. Но было поздно.

– Надо же, сам пригласил вас на ужин, а есть нечего, – сокрушался Старыгин, в то время как они дружно убирали на кухне, – хотел приготовить салат с теплым козьим сыром…

– Слушайте, дорогой мой. – Агриппина разогнулась, потрясая половой тряпкой, и поправила локтем сбившуюся на глаза прядь, – хватит строить из себя небожителя. Вы же живете один, ни за что не поверю, что нет у вас в холодильнике про запас пачки пельменей.

– Никогда! – Старыгин негодующе выпрямился. – Никогда не ел магазинных пельменей!

– Ну-ну, не стройте из себя невесть кого… – усмехнулась Агриппина, – колитесь, а то я сама посмотрю…

Выяснилось, что пельмени действительно отсутствуют. Как и замороженные котлеты. Зато есть целая упаковка готовых свиных отбивных, их надо только разогреть.

– Масла больше нету, – огорчался Старыгин, – заправки к салату не сделать… Для этого надо смешать оливковое масло с бальзамическим уксусом, добавить немножко соли, мелко-мелко нарезать зелень…