Венец карьеры пахана - Евгений Сухов

Оперативное чутье, выработанное за время работы, подсказывало Виктору Яковлеву, что алмазное дело перспективное, но как к нему подступиться половчее, он пока не представлял. Но ясно одно, такое огромное количество бриллиантов не могло пропасть бесследно. Драгоценные камни так устроены, что обладают способностью просачиваться сквозь пальцы и появляются в самых неожиданных местах: в украшениях жен влиятельных чиновников, в перстнях уголовных авторитетов, в ювелирных изделиях, предназначенных для глав зарубежных государств.

Яковлев с улыбкой подумал о том, что быть генералом занятие во многих отношениях благодарное. Как правило, распоряжения генерала выполняются незамедлительно. Взять хотя бы выписку по тем же самым алмазам с Вишеры. Будь он каким-нибудь капитаном, так ему пришлось бы месяц дожидаться результатов. А тут достаточно поднять трубку, сделать короткое распоряжение, как тотчас включается рабочий механизм, который мгновенно мобилизует все уровни аппарата. И он получает на стол уже, так сказать, годный к употреблению продукт.

Внимание Яковлева привлекла сводка происшествий, за последний период в ней докладывалось, что в одной из квартир в новом доме обнаружили труп пожилого мужчины без явных признаков насильственной смерти. Однако при осмотре квартиры был обнаружен крупный необработанный алмаз.

Яковлев мысленно поблагодарил секретаря, который доставлял ему весь материал, связанный с драгоценными камнями. Кражей драгоценных металлов и камней в ФСБ занималось отдельное подразделение, а потому каждый камушек, выловленный «на стороне», должен представлять для них прямой интерес.

Откуда столь крупный необработанный камень появился у обычного пенсионера?

Нажав на кнопку коммутатора, генерал сказал откликнувшемуся дежурному:

— Вот что, принеси-ка мне дело номер триста четырнадцать.

— Слушаюсь, товарищ генерал-майор.

Уже через десять минут на столе Яковлева лежала тонкая папка, содержащая несколько листков бумаги и пять фотографий. На трех из них был сфотографирован покойник, на четвертой — общий план комнаты, а вот на пятой запечатлен крупный алмаз в виде небольшой пирамидки, на гранях характерная тонкая штриховка. Фотография была выполнена мастерски и сумела передать даже цветовую гамму, зародившуюся в центре кристалла. О том, что это сильная настоящая вещь, можно было судить даже по его размерам. Рядом для сравнения стоял спичечный коробок, и камень не затерялся на его фоне. Сколько же в нем может быть каратов? Семь? А может быть, девять? А это еще что за листочек?

Яковлев увидел спектрограмму алмаза. В некоторой степени спектрограмма является паспортом кристалла. Каждый спектральный рисунок индивидуален, они разнятся между собой, как отпечатки пальцев, но вместе с тем указывают на некоторый набор общих черт, которые позволяют отнести камень к тому или иному конкретному местонахождению.

Сопоставив между собой спектрограммы камней из Западной Европы и алмаза из квартиры пенсионера, Яковлев увидел, что они совпадают. Если в них и наблюдались некоторые различия, то они были настолько несущественны, что ими можно было пренебречь. Следовательно, все эти кристаллы были собраны в одном месте, а именно на реке Вишере. Добыча алмазов на берегах Вишеры велась и в настоящее время. Там же добывалось и золотишко, причем весьма серьезной промышленной пробы. Но на него никто не зарился, и даже в самые смутные времена хитники старались держаться подальше от золотого шлиха. В любой момент за спиной хитника мог появиться человек с ружьем и потребовать для анализа намытый грунт. Если в нем оказывалось золото, то старателя тотчас паковали и, совершив скорый, но справедливый суд, запирали топтать зону лет на восемь.

Считалось, что алмазы на Вишере редки, а потому к контролю за их несанкционированной добычей относились менее строго. Но Яковлеву было известно, что даже туристы не раз находили на берегу реки весьма неплохие кристаллы алмазов. Не исключено, что где-нибудь на ручье работает продуктивный отряд хитников, который успешно разрабатывает гнездо с алмазами.

Яковлев услышал за дверью шорох. И невольно усмехнулся, это у порога маялся секретарь. Парень молодой, не обременен семьей и наверняка имел на вечер определенные планы. И вот сейчас все мероприятия срываются только потому, что хозяин не спешит покидать кабинет. Причем сегодняшний день не единственный. Если так пойдет и дальше, то секретарю придется провести ночь на кушетке. Покидать рабочее место раньше шефа не полагалось, а потому, не зная, чем себя занять, он шатался по кабинету и пролистывал периодику.

Парня придется нагрузить работенкой, ведь близость к начальству подразумевает не только преимущества, но и немалые обязанности.

Дверь слегка приоткрылась. Видимо, секретарь определяет, насколько начальство погружено в работу. Яковлев невольно усмехнулся. Тебе придется подождать, парень, работа в самом разгаре.

Сняв трубку, генерал набрал номер начальника третьего отдела. И тотчас услышал, как раздался щелчок. Полковник Лысенков был на месте.

— Здравия желаю, товарищ генерал-майор, — услышал он бодрый голос начальника отдела.

— О деле Зиновьева Павла Александровича слышал?

— Слышал. Это тот самый убитый старик, у которого нашли крупный алмаз? — уточнил Лысенков.

Яковлев уже давно обратил внимание на то, что Лысенков мгновенно вникал во всякое сложное дело. Для него не существовало второстепенных деталей, а это один из главных признаков профессионализма. Причем погружался полковник в дело, как правило, глубоко.

— Он самый. Меня очень интересует этот старик. Нужно узнать, кто он такой. Где прежде работал, чем занимался до того, как его убили? Каким образом в его квартире оказался алмаз? Может, это классический случай подпольного миллионера?

— Я вас понял, товарищ генерал-майор. Нас это тоже очень заинтересовало, — бойко ответил полковник. — Мы уже пытались выяснить его личность. С ним не совсем пока все ясно. Имеются кое-какие проблемы, которые мы пытаемся разрешить. Но могу с достоверностью сказать, что этот старик совсем не тот, за кого он себя выдавал.

Нечто подобное генерал-майор предполагал, и сейчас остался доволен, что интуиция его не подвела.

— Что ты имеешь в виду?

— В его биографии имеются кое-какие пробелы. Мы подозреваем, что в прошлом у него было не все в порядке с законом. Пытаемся делать запросы по его личному делу, но все материалы из архива уничтожены.

— Вот оно, значит, как… — протянул Яковлев.

— Так точно, товарищ генерал майор. Очень напоминает некую предусмотрительность. Честно говоря, за долгие годы работы я перестал верить во всякие случайности. Коли документы пропали, значит, это было кому-то выгодно. А выгодно это могло быть только одному человеку — этому самому покойному старику!

— Давай сделай вот что, возьми это дело под свой личный контроль. И сообщишь мне о результатах через пару дней.

— Это могут быть только предварительные результаты, — осторожно заметил полковник. — Дело, похоже, очень непростое.