Не говори ни слова - Сандра Браун

Приоткрыв один глаз, она увидела, что Дрейк лежит, вытянувшись на одеяле таким образом, что его тело было направлено в противоположную от нее сторону – только их головы находились рядом. Вот он протянул руку и слегка поправил воротник ее клетчатой ковбойки, обеспечивая себе более свободный доступ к ее шее и ключицам, и Лори сделала непроизвольное движение головой, словно приглашая его поскорее обследовать заманчивые пространства, начинавшиеся ниже межключичной ямки и постепенно повышавшиеся по направлению к грудям. Дрейк не заставил просить себя дважды и отдался этому делу с энтузиазмом первооткрывателя. Наконец он приподнял голову и посмотрел на нее сверху вниз.

– Ага, проснулась! – с удовлетворением констатировал он. – Между прочим, я бужу тебя уже не в первый раз, и это настолько приятно, что может легко превратиться в привычку. Кстати, даже вверх ногами ты выглядишь совершенно потрясающе.

– Во-первых, это ты вверх ногами, а не я, – отозвалась она.

– А во-вторых? – осведомился он.

– А во-вторых, ты лжешь. Я выгляжу ужасно и прекрасно это знаю. Когда я только проснусь, я всегда выгляжу, гм-м… не лучшим образом.

– Это не так, поверь моему слову, – вкрадчиво проговорил он. – Уж не знаю, кто сказал тебе эту глупость, но… По-моему, ты всегда выглядишь великолепно. Я понял это еще тогда, когда увидел тебя в первый раз – ты стояла над осколками разбитой вазы, и вид у тебя был испуганный и воинственный одновременно.

Это напоминание об их первой встрече заставило Лори рассмеяться.

– А ты… Ты в тот раз довольно круто обошелся с… с Лу? Так ее звали?.. – Дрейк кивнул. – Ты заявил, что от нее пахнет анчоусами. По-моему, это было просто жестоко!

– Ничего такого я не говорил! – с негодованием отмел обвинение Дрейк. – Я просто не мог сказать такое женщине.

– Нет, говорил!.. – упрямо возразила Лори. – Мюррею даже пришлось… – Увидев его смеющийся взгляд, она поняла, что Дрейк ее дразнит. – Ах ты, противный! – воскликнула она, и оба рассмеялись. Наконец Лори сказала: – Теперь я понимаю, как это, наверное, трудно – целовать человека, который тебе не нравится. А ведь нужно, чтобы на экране все выглядело по-настоящему! Просто не представляю, как актерам удается…

– На самом деле все очень просто, – ухмыльнулся Дрейк. – Поцелуям учат в школе актерского мастерства. Это один из основных учебных курсов, он так и называется – «Сто один поцелуй».

– Не может быть! Ты опять шутишь?! – недоверчиво воскликнула Лори.

– Нисколько, – хвастливо ответил он. – Честное благородное слово! – Он стукнул себя в грудь. – Сядь-ка на минуточку, я тебе покажу.

Лори послушно села, так что они оказались лицом к лицу.

– Итак, – проговорил Дрейк скучным, назидательным тоном, словно пародируя кого-то из своих преподавателей, – начнем с самого простого, самого элементарного поцелуя. Таким небрежным, рассеянным поцелуем муж обычно одаривает жену, с которой прожил уже много лет. Данный поцелуй… – тут он поправил воображаемые очки, – осуществляется обычно в щеку или в висок и почти не требует физического контакта. – И Дрейк наглядно продемонстрировал свои слова, звонко чмокнув воздух в районе виска Лори. – Такой поцелуй может использоваться также при встрече с незамужней теткой, неожиданно приехавшей на семейное торжество из провинции, или с давним другом семьи. В последних двух случаях, однако, следует вложить в поцелуй несколько больше чувства. Делается это примерно так… – И Дрейк легко коснулся сухими губами ее щеки.

– Слушай, это на самом деле так, или ты меня разыгрываешь? – все еще не верила Лори.

– Это абсолютная правда. Мы даже сдавали соответствующие экзамены.

– Экзамены по поцелуям?! – пораженно переспросила она.

– Ну да. Я, между прочим, получил отличную оценку. – Дрейк улыбнулся, сверкнув безупречными зубами.

– В этом я ничуточки не сомневаюсь.

– Ну что, продолжим урок? – с надеждой спросил он, и Лори кивнула. – Поцелуй быстрый и грубый обычно применяется в обстоятельствах, когда необходимо продемонстрировать публике какие-то сильные эмоции: гнев, отчаяние, страх и так далее… Осуществляется он следующим образом… – Дрейк схватил Лори обеими руками за плечи, рванул к себе и с силой впился губами в ее губы. Мгновение – и он уже отстранил ее от себя, и все же она почувствовала себя потрясенной.

– Надеюсь, вам ясно? – с интонациями педанта и зануды осведомился он. – Еще одно замечание: при этом поцелуе рот должен всегда оставаться закрытым.

– Спасибо тебе, боже, за твои маленькие милости… – пробормотала Лори, озабоченно трогая языком изрядно саднящие губы.

– Сложнее всего, разумеется, демонстрировать поцелуй любовников, – невозмутимо продолжал Дрейк. – Чтобы довести его до совершенства, требуются многие часы тренировок и внеклассной работы. Следует отметить, что поцелуй двух любящих сердец должен выглядеть на экране абсолютно достоверно и убедительно, чтобы зрители могли сами ощутить этот поцелуй. Делается это следующим образом. Как правило, главный герой должен обнять партнершу вот так… – Дрейк нежно обхватил Лори обеими руками и привлек к себе. – При этом его губы на несколько мгновений как бы зависают в воздухе – это необходимо, чтобы заставить зрителей предвкушать сам момент физического контакта. Затем главный герой… – Дрейк не закончил, поскольку его губы слились с ее, и Лори, помимо своей воли, увлекшаяся этой игрой, подалась ему навстречу и обхватила руками за шею. Губы Дрейка слегка приоткрылись, но, к ее удивлению и некоторому разочарованию, продолжения не последовало. Напротив, Дрейк слегка отстранился и посмотрел ей прямо в глаза.

– Таков поцелуй, которым актеры обмениваются перед камерой, начиная, наверное, еще со времен Кларка Гейбла и Вивьен Ли, – проговорил он несколько хриплым голосом. – А вот поцелуй, – быстро добавил Дрейк, – который прямо и недвусмысленно говорит: «Хватит заниматься ерундой, пора переходить к делу»…

Не успела Лори сообразить, что к чему, как он буквально набросился на нее и с такой силой толкнул плечом, что она снова повалилась на одеяло. Не давая опомниться, Дрейк крепко прижал ее своей мускулистой грудью, в то время как его язык уже щекотал уголки ее рта и двигался вдоль контура губ. А еще мгновение спустя он уже ворвался внутрь, с жадностью исследуя влажную розовую пещеру ее рта. В какой-то момент они столкнулись зубами – не сильно, но с отчетливым костяным звуком, и это словно послужило Лори сигналом. Отбросив всякую сдержанность, она ответила на поцелуй с не меньшей страстью, дразня и лаская его своим язычком до тех пор, пока, задохнувшись, оба не отпрянули друг от друга в поисках глотка воздуха.

– Ты… ты не просто с отличием закончил курс поцелуев, – прошептала наконец Лори. – Я думаю, ты мог бы сам преподавать…

– Только талантливым ученицам, – усмехнулся он.

– А у тебя их было много? – ревниво спросила она, играя прядями его пепельно-русых волос.

– Несколько сотен, я думаю. Или даже несколько тысяч, – небрежно отозвался он и, дразня, провел кончиком пальца по ее губам. – Когда Сьюзен брала уроки актерского мастерства… – Он осекся, и его палец тоже остановился, прекратив свое мучительно-сладкое движение. Имя Сьюзен повисло между ними, подобно холодной грозовой туче, готовой пролиться градом и ледяным дождем. Зеленые глаза Дрейка – только что теплые, живые, ласковые – сделались холодными и чужими. Еще несколько мгновений он и Лори лежали совершенно неподвижно, скованные охватившим их напряжением, потом Дрейк слегка пошевелился.