Обратный отсчет - Кен Фоллетт

В 1956 году программа «Юпитер» обошлась государству в 40 миллионов долларов, в 1957 году – в 140 миллионов. Ожидается, что в 1958 году на нее уйдет не менее 300 миллионов долларов.

В номере, занятом Питом, Энтони нашел письменные принадлежности и конверты. Достав из кармана три сплющенные пули и три гильзы, положил их в конверт, тщательно запечатал и сунул в карман. От этих улик он избавится при первой же возможности.

Хотя времени было в обрез, прежде чем продолжать погоню, следовало тщательно замести следы. Кроме того, работа отвлекала Энтони от самобичевания, от которого горчило во рту.

В комнату, кипя от гнева, влетел дежурный администратор – маленький лысый человечек в строгом костюме.

– Присаживайтесь, пожалуйста, мистер Сушар, – пригласил Энтони и показал ему свое удостоверение.

– ЦРУ?! – воскликнул Сушар; гнев его заметно поубавился.

Энтони достал из бумажника визитную карточку.

– Здесь написано «Государственный департамент», но телефон мой. Можете звонить в любое время, если я вам зачем-нибудь понадоблюсь.

Сушар принял карточку так осторожно, словно она вот-вот взорвется у него в руках.

– Чем могу помочь, мистер Кэрролл? – поинтересовался он с легким акцентом, как показалось Энтони, швейцарским.

– Прежде всего я хочу извиниться за тот переполох, что мы здесь устроили.

Сушар чопорно кивнул. Ясно было, что ответа: «Не волнуйтесь, все в порядке!» от него не услышишь.

– По счастью, большинство наших гостей ничего не заметили. Лишь несколько официантов и работники кухни видели, как вы преследовали этого джентльмена.

– Что ж, приятно слышать, что даже проблемы государственной безопасности не нарушили работу вашего прекрасного отеля.

– Государственной безопасности? – поднял брови Сушар.

– Я не вправе посвящать вас в детали…

– О, конечно!

– Надеюсь, я могу положиться на ваше благоразумие?

Благоразумие у гостиничных работников считается первейшей добродетелью; и Сушар энергично кивнул.

– Разумеется, разумеется!

– Думаю, не стоит сообщать об этом инциденте вашему начальству.

– Как же…

Энтони извлек из бумажника пачку наличных.

– У Госдепартамента есть небольшой фонд, специально для возмещения ущерба в таких случаях. – С этими словами он вручил Сушару двадцать долларов. – А если кто-нибудь из персонала будет недоволен, то… – Он отсчитал и передал Сушару еще четыре двадцатки.

Для скромного гостиничного служащего сумма была огромная.

– Благодарю вас, сэр! – пылко воскликнул Сушар. – Уверен, мы вас не разочаруем!

– Если кто-нибудь будет расспрашивать, лучше всего отвечайте, что ничего не видели и не слышали.

– Конечно. – Сушар встал. – Но если что-нибудь…

– Если что – звоните мне.

Энтони кивнул, и Сушар исчез за дверью. Вместо него тут же появился Пит.

– Глава армейской службы безопасности на мысе Канаверал – полковник Билл Хайд, – сказал он. – Проживает в мотеле «Старлайт».

Пит протянул Энтони клочок бумаги с записанным на нем телефонным номером и снова скрылся за дверью.

Энтони набрал номер и попросил соединить его с полковником Хайдом.

– Энтони Кэрролл, ЦРУ, служба технического обеспечения, – представился он.

– Чему обязан, мистер Кэрролл? – поинтересовался Хайд. Язык у него слегка заплетался; полковник, должно быть, угостился рюмкой-другой виски или бренди.

– Я звоню по поводу доктора Люкаса.

– Вот как?

В голосе полковника послышалось недовольство, и Энтони решил его умаслить.

– Простите, что беспокою вас в такой поздний час, но не могли бы вы уделить мне минутку? Нам крайне необходим ваш совет.

– Разумеется, все, что смогу… – проговорил Хайд уже намного любезнее.

Так-то лучше!

– Вы, конечно, знаете, что доктор Люкас в последнее время ведет себя странно, а это повод для беспокойства, когда речь идет о человеке, имеющем доступ к секретной информации.

– Безусловно, безусловно…

– Что бы вы сказали о его психическом состоянии? – вкрадчиво поинтересовался Энтони.

– Ну, когда я его видел в последний раз, он был вполне нормальным. Однако несколько часов назад он сюда звонил и сказал, что потерял память.

– Могу многое добавить: он угнал машину, вломился в чужой дом, покалечил полицейского…

– Боже правый! Похоже, с головой у него еще хуже, чем я думал!

«Ага, купился!» – с облегчением отметил Энтони.

– Мы полагаем, что у него какие-то проблемы психического характера. Но вы знаете его лучше, чем мы. Как по-вашему, что с ним происходит?

Энтони затаил дыхание, надеясь на правильный ответ.

– Вот черт! Должно быть, у него нервный срыв.

Именно такой ответ и хотел услышать Энтони! А главное, полковник Хайд был уверен в том, что додумался до этого сам, – и теперь старался убедить в этом собеседника.

– Сами знаете, мистер Кэрролл, мы никогда не наняли бы для работы над сверхсекретным проектом какого-то психа. Так-то Люк совершенно нормальный человек, такой же, как вы и я. Видно, что-то выбило его из колеи.

– Похоже, он убежден, что против него организован заговор. Значит, вы считаете, это не стоит принимать на веру?

– Конечно нет!

– Тогда, наверное, мы спустим дело на тормозах. Я имею в виду, не стоит беспокоить по такому поводу Пентагон, верно?

– Господи, разумеется, нет! – встревоженно ответил Хайд. – Я, пожалуй, сам им позвоню и предупрежу, что у Люка шарики за ролики заехали.

– Как пожелаете.