Ученик - Микаэль Юрт

– Ну да, полицейскими могут быть не все, – произнес Себастиан, заходя в комнату.

Следом за ним вошла Ванья, которая кивнула Харальдссону в знак приветствия. Тот даже не обратил на это внимания. Что имел в виду Себастиан, говоря, что полицейскими могут быть не все? Почему, как он думает, Харальдссон тут находится?

– Где начальник учреждения? – спросил Себастиан, усаживаясь в одно из гостевых кресел.

– Что? – Теперь Харальдссон, если такое возможно, еще меньше понимал, что имеет в виду Себастиан. Он же сидит тут…

Ванья остановилась, поняв, что Себастиану никто не сообщил о том, что Тумас Харальдссон теперь начальник «Лёвхаги» и ему такое явно даже не приходит в голову. Это может быть интересно.

– А чем ты занимаешься? – спросил Себастиан, многозначительно кивая в сторону компьютера. – Смотришь порнуху, пользуясь его паролем? Это так им удалось тебя выставить из Вестероса?

Харальдссон совсем ничего не понимал. Тут, очевидно, какое-то недоразумение. Себастиан явно не знает, кто он или, вернее, какую он занимает должность.

– Я здесь работаю, – произнес Харальдссон с отчетливостью, способной обидеть пятилетнего ребенка.

– Да, ты говорил.

– Я здесь работаю. – Для большей убедительности Харальдссон постучал ладонями по письменному столу. – Это мой кабинет. Я начальник учреждения.

– Ты начальник учреждения?

– Да. Первую неделю.

– Как это получилось? Должность разыгрывалась в лотерею?

В высшей степени обоснованное удивление, на взгляд Ваньи, но хотя она была отнюдь не высокого мнения о Харальдссоне и его компетентности, она знала, что в его власти существенно затруднить им расследование. Теперь, когда она не сомневалась в том, что Хинде каким-то образом причастен к убийствам, это было последнее, чего ей хотелось. Однако, как и в прошлый раз, когда они работали вместе, Себастиан, казалось, совсем не чувствовал, с кем им надо поддерживать хорошие отношения. Увидев, как помрачнел Харальдссон при его последнем комментарии, она решила вмешаться и сменить тему, пока Себастиан не сказал чего-нибудь такого, что того всерьез оскорбит. Возможно, с опозданием.

– Мы только что разговаривали с Хинде, – сказала она, усаживаясь во второе кресло.

Она улыбнулась Харальдссону, когда тот переключил внимание на нее.

– Я знаю. Я дал добро на ваше посещение.

– Мы очень признательны, это значительно облегчило нам работу, но нам требуется немного больше информации о нем. – Ванья продолжала улыбаться Харальдссону и видела, как плечи сидящего за столом мужчины слегка опустились, когда он расслабился. Только бы Себастиану хватило ума молчать. Он, похоже, еще не оправился от шока.

– С этим мы можем помочь, – кивнул Харальдссон, – но тогда мне надо бы знать, что именно вы расследуете.

Он устремил на Ванью самый решительный взгляд, на какой был способен. Он не намеревался ставить Госкомиссии палки в колеса, но не собирался и позволять им обращаться с собой как с человеком, с мнением которого можно не считаться. Если в Вестеросе они еще могли так с ним поступать, то здесь нет.

Его учреждение, его правила.

«Нет, не надо, – подумала Ванья, продолжая улыбаться. – Тебе ни черта не надо знать». Она быстро перебрала в голове варианты. Либо она покидает «Лёвхагу» с нужной ей информацией, либо ей придется ходатайствовать о ее получении. Последний вариант потребует времени и вызовет ненужное раздражение. Ванья решила кое-что сообщить Харальдссону, проявить добрую волю.

– У нас есть основания полагать, что Хинде причастен к нескольким убийствам, которые мы расследуем. – Эту информацию она могла выдать спокойно. Она не сомневалась в том, что пресса все равно привяжет его к убийствам, это лишь вопрос времени.

– Как такое могло бы произойти? – На лице Харальдссона отразилось справедливое сомнение. – Он никогда не покидает своего отделения.

– Мы не сказали, что он их совершил, – сказал Себастиан, который пришел в себя после сюрприза и, к своей радости, осознал, что тот привел его в еще большее раздражение. Почти взбесил. Он почувствовал прилив чудесной энергии. – Мы сказали, что он причастен, а это не одно и то же.

– Можно спросить, почему вы так думаете?

– Да, но ответа не будет.

– Мы полагаем, что ему помогли извне, – сказала Ванья, сразу пойдя наперекор Себастиану. Она ощущала на себе взгляд коллеги. – Не вышел ли за последнее время на свободу кто-нибудь из друзей Хинде? – продолжила она, не обращая внимания на тяжелые, усталые вздохи Себастиана.

– Я не знаю.

– Ты знаешь, кого отсюда выпустили? – Себастиан встал, сильное раздражение не давало ему сидеть спокойно. – Какая у тебя должность, ты сказал? Начальник учреждения?

– Я здесь только первую неделю и еще не успел во все вникнуть, это совершенно естественно.

Харальдссон не закончил мысль. Он оправдывается, а у него на это нет никаких причин. Йенни ругала его за это, за его дурацкую привычку уходить в оборону каждый раз, когда его правоту подвергают сомнению. Лучше игнорировать этого неприятного психолога, от него Харальдссону все равно ничего не добиться. Харальдссон вновь обратился к Ванье.

– Я это узнаю.

Он достал телефон и набрал короткий номер. Себастиан принялся расхаживать по холодному полу, но вскоре ему это надоело. Харальдссон начал с кем-то разговаривать. Совершенно неинтересно. Себастиан направился к двери.

– Ты куда? – поинтересовалась Ванья.

Себастиан покинул кабинет, не ответив ей. Он вышел в маленькую приемную с диванами, кофейным автоматом и секретаршей Тумаса Харальдссона, представившейся им как Анника что-то там. Сейчас она подняла взгляд на Себастиана, слегка улыбнулась и вернулась к своим делам. Себастиан стал ее рассматривать. Около сорока лет, несколько лишних килограммов, особенно заметных благодаря облегающему джемперу и ремню на талии. Рыжеватые волосы, крашеные, у корней прямого пробора начинает давать себя знать исходный мышиный цвет. Скромный макияж на чуть кругловатом лице, кулон, висящий между грудями. На двух пальцах кольца, но обручального кольца нет. В виде исключения он не ощутил соблазна. В данный момент он никак не мог представить себе занятия сексом, как ни пытался.

– Могу ли я вам чем-нибудь помочь? – Анника подняла взгляд, вероятно, почувствовав, что он молча наблюдает за ней с тех пор, как вышел из кабинета Харальдссона. Который только что подтвердил справедливость распространенного тезиса о том, что большинство людей поднимается по карьерной лестнице на шаг или два выше, чем позволяет уровень их компетентности. В Себастиана вселился бес.

– Ваш начальник сказал, чтобы вы принесли ему кофе.

– Что?

– С молоком, без сахара, и просил побыстрее.

Себастиан видел, как это ее задело. Возможно, не сама просьба о кофе, а то, с какой скоростью его предписывалось принести. Она встала, сдерживая вздох, и подошла к стоящему между диванами автомату. Взяла пластиковый стаканчик. Себастиан решил добавить еще шаг.