Фермуар последней фрейлины - Наталья Александрова

Перед ней, как уже было сказано, стоял железный сундучок размером с дорожный саквояж. Сундучок этот был покрыт слоем ржавчины и каким-то зеленоватым налетом, — долгие годы, проведенные в кладбищенском тайнике, не прошли даром. В верхней части сундучка, рядом с ручкой, находился сложный замок. Вся поверхность сундучка была покрыта изящными узорами, на верхней его части эти узоры складывались в слова, выписанные затейливой славянской вязью и складывающиеся в едва различимые стихотворные строки.

Настя успела не без труда разобрать первые две строки:

Вложи три камня, как Фома

Вложил персты в святые раны…

Продолжение этой надписи скрывалось под слоем ржавчины и плесени.

Настя задумалась.

Вот она и раскрыла секрет покойной фрейлины, нашла клад, который та спрятала сто лет назад, тайну которого пронесла через пламя Гражданской войны и сберегла в далекой Черногории. Перед ней стоит сундучок, в котором наверняка спрятаны драгоценности, собранные людьми, верными последнему императору России.

И что же ей теперь делать с этой тайной? И что делать с этим кладом?

Сундучок был слишком большим и тяжелым, сама она не смогла бы дотащить его даже до кладбищенских ворот. Да и что делать с ним потом?

Нет, нужно спрятать сундучок обратно, в тайник, закрыть этот тайник, а потом связаться с капитаном Ненароковым и вернуться сюда вместе с ним. Все же он — представитель компетентных органов, а больше никого знакомого у Насти в этих органах и нет…

Настя взялась за ручку сундучка, чтобы поставить его обратно — как вдруг за спиной у нее раздался хриплый голос:

— Не трожь! Отойди в сторону!

Настя вздрогнула и обернулась.

За спиной у нее стояли три человека — два огромных чернобородых громилы, один был тот самый, от которого она с трудом смогла сбежать в недостроенном доме, второй — точная его копия, прямо клон.

Третьим был ее бывший муж Сергей.

Лицо Сергея было испуганным и виноватым, глаза его бегали, губы дрожали.

— Это ты? — изумленно спросила Настя. — Ты с ними?

Нельзя сказать, что у нее открылись глаза, собственно, она чувствовала, что с Сергеем что-то не так, точнее, все не так. Но все ее естество противилось этим мыслям. Неужели он пришел к ней как вор, как лазутчик, нанятый бандитами? Но за что? Что она сделала ему плохого?

— Настя, делай, как он сказал! — проговорил Сергей дрожащим голосом. — Отойди от могилы, тогда они тебя не тронут!

— Слушай, что тебе муж говорит! — прохрипел один из чернобородых. — Жена должна слушаться мужа!

— Какой он мне муж! — презрительно ответила Настя. — Он — жалкий трус и предатель!

— Настя, ты все неправильно поняла… — проблеял Сергей. — Меня заставили… я не хотел…

— Да заткнись ты! — Настя отвернулась, до того противно было на него смотреть.

Бородач усмехнулся, оттолкнул Настю и взялся за ручку сундука.

И в этот момент прогремел выстрел.

То есть Настя не сразу поняла, что это был выстрел, — из кустов полыхнуло, потом что-то грохнуло, и бородач, который только что пытался поднять сундук с сокровищами, покачнулся и упал лицом на надгробие князя Облонского. Ноги его судорожно дернулись, и тело замерло, не подавая больше никаких признаков жизни.

Второй бородач метнулся в сторону с неожиданной ловкостью, схватил Сергея за плечи и развернул его так, чтобы заслониться им от следующего выстрела.

А из кустов, откуда только что стреляли, выскользнул молодой светловолосый мужчина, в котором Настя узнала того человека, который неделю назад представился ей лейтенантом полиции Крошечкиным. В руке у фальшивого полицейского был пистолет.

Бородач оттолкнул Сергея и прыгнул на убийцу своего брата. В руке у него блеснул нож.

Однако липовый полицейский отличался завидной ловкостью: он упал на землю, перекатился и тут же вскочил, оказавшись за спиной бородача. Пистолет в его руке снова полыхнул, прежде чем убийца успел встать на ноги, но на этот раз пуля попала в ногу бородача. Тот вскрикнул и опустился на колено. Фальшивый полицейский снова вскинул пистолет, но не успел выстрелить: за его спиной прогремел усиленный мегафоном голос:

— Положить оружие! Поднять руки! Вы окружены!

Лицо фальшивого полицейского перекосилось. Он оглянулся, увидел вооруженных людей, поднял руки и выкрикнул:

— Не стреляйте, ребята! Я свой, я полицейский!..

— Знаю я, какой ты полицейский! — проговорил, подходя к нему, невысокий широкоплечий мужчина с широким простоватым лицом и растрепанными русыми волосами. — Привет, Книголюб! Я тебя второй год разыскиваю — и вот наконец нашел!.. Скользкий ты тип, ловко дела свои обделываешь, следов не оставляешь, но вот теперь с поличным тебя мы взяли, не отвертишься…

Настя, которая до этого момента взволнованно следила за развитием событий, услышала сбоку от себя какой-то шорох. Она увидела, как Сергей, схватив кованый сундучок, нырнул в кусты.

— Стой! — крикнула она, но Сергея уже и след простыл, только кусты шуршали.

— Остановите его! — повернулась она к полицейскому.

— Задержать! — бросил капитан Ненароков (а это, разумеется, был он) двум парням в пятнистых комбинезонах.

Те бросились за Сергеем, но меньше чем через минуту вернулись, разочарованные.

— Ушел! — доложил один из них капитану. — В какой-то старый склеп юркнул и пропал. Там, наверное, подземный ход, но мы не нашли, нужно как следует обыскать…

— Сбежал! — горестно воскликнула Настя, повернувшись к капитану Ненарокову.

— Ничего, — ответил тот, надевая наручники на Книголюба. — Далеко не убежит… И вообще, меня сейчас больше этот гражданин интересует, на нем несколько убийств висит. Да и к тому бородатому мордовороту тоже немало вопросов накопилось… они с братом тоже давно в розыске…

— Но он же унес сундук! — взволнованно проговорила Настя. — Сундук с драгоценностями!

— Сундук? — Капитан бросил на Настю быстрый внимательный взгляд. — Что же вы раньше мне ничего не рассказали? И вообще, зачем вы сюда приехали? Я же просил вас сидеть дома… между прочим, для вашей же пользы…

— Я что — уже и шагу не могу ступить без вашего разрешения? — выпалила Настя, почувствовав обиду на этого типа, самоуверенного, как все мужчины.

Убийцу он, видите ли, взял — и доволен! А что в сундуке ценностей, может, на огромные миллионы — это его не касается! Надо же, сто лет хранились, и теперь, из-за того, что полиция работает из рук вон плохо, все пропадет!

Тут Настя сообразила, что ругать в данном случае следует только себя, и замолчала.

— Нет, ну все же, надо немножко головой думать! — нахмурился капитан, тут же смутился и пробормотал: — Извините, конечно, но вы и правда очень неосторожны… Вас совсем недавно похитили, вы чудом спаслись, за вами охотятся какие-то подозрительные люди, а вы вдруг отправляетесь в такое опасное место…