Прочитавшему — смерть - Рекс Стаут

Вульф не обратил на него никакого внимания. Он посмотрел куда-то поверх голов адвокатов и вдруг спросил;

— Кто из вас, дамы, мисс Дондеро?

Я вытянул шею. Сью сидела в числе четырех на диване.

— Я, — удивленно уставилась она на Вульфа. Лицо у нее порозовело, она сделалась хорошенькой, как на картинке.

— Вы секретарь мистера Фелпса?

— Да.

— В позапрошлую субботу, девять дней назад, мистер Фелпс продиктовал вам письмо, адресованное мне, которое должен был доставить курьер. К нему прилагались взятые из архива бумаги, написанные Леонардом Дайксом, в том числе и заявление об уходе с работы, которое он написал еще в июле. Вы помните это событие?

— Да. Конечно.

— Мне известно, что полиция недавно расспрашивала вас об этом, что вам показали заявление Дайкса и обратили ваше внимание на пометку «Пс. 145–3», сделанною карандашом на уголке страницы почерком, напоминающим почерк Корригана, и что вы решительно заявили, что утром в субботу, когда письмо было отправлено мне, никакой пометки не было. Правильно?

— Да, — твердо отозвалась Сью.

— Вы уверены, что когда вы клали заявление вместе с другими материалами в конверт, пометки на нем не было?

— Да

— Вы человек, уверенный в себе, не так ли, мисс Дондеро?

— Как сказать. Я знаю то, что видела и что не видела.

— Сформулировано как нельзя лучше. — Вульф говорил отрывисто, но без неприязни. — Немногие из нас сумеют так сформулировать свою убежденность и отстаивать ее. На скольких машинках вы печатали в то утро?

— Я не понимаю, о чем вы говорите. Я всегда работаю на одной и той же машинке. На своей.

— Мистер Фелпс продиктовал письмо ко мне, и вы перепечатали его на своей машинке, правильно?

— Да.

— Вы убеждены в этом?

— Абсолютно убеждена.

— Существует ли вероятность того, что по какой-то причине, неважно какой, вы, печатая адрес на конверте, сели за другую машинку?

— Ни в коем случае. Я сидела у себя за столом и напечатала адрес на конверте сразу же вслед за письмом. Я всегда так делаю.

— Тогда перед вами встает проблема. — Вульф выдвинул ящик своего письменного стола и вынул оттуда листок бумаги и конверт, стараясь обращаться с ним деликатно и держа его за уголок. — Вот это письмо и конверт. Мы с мистером Гудвином готовы подтвердить их получение. Невооруженным взглядом видна разница в том, что текст на них напечатан на разных машинках. Кроме того, я разглядывал текст через лупу.

— Я не могу этому поверить! — воскликнула Сью.

— Подойдите сюда и убедитесь. Нет, пожалуйста, только мисс Дондеро. Конверт трогать нельзя.

Я освободил ей дорогу. Она подошла к столу и наклонилась, чтобы рассмотреть получше.

— Это другой конверт, — выпрямилась она. — И печатала не я. Я обычно пишу слово «курьером» с заглавной буквы и подчеркиваю его. А здесь оно все напечатано заглавными буквами и не подчеркнуто. Где вы это взяли?

— Пожалуйста, мисс Дондеро, займите свое место. — Еле дотронувшись до конверта, Вульф положил письмо и конверт обратно в ящик, подождал, пока Сью сядет на место, и, когда она повернулась к нему лицом, сказал: — Благодарю вас за то, что вы, не сомневаясь, помогли мне. Но уверены ли вы, что положили письмо и другие бумаги в тот конверт, на котором напечатали мой адрес?

— Да.

— И заклеили его?

— Да.

— И оставили у себя на столе или в корзинке?

— Нет, не оставила, Его должен был унести курьер, поэтому я послала за курьером. А сама прошла в приемную, положила письмо на стол Бланш и попросила ее отдать курьеру, как только он придет.

— А кто Бланш?

— Она работает у нас в приемной. Мисс Дьюк.

Вульф перевел взгляд.

— Кто из вас мисс Дьюк?

Бланш подняла руку вверх.

— Я. И я понимаю, в чем дело. Я неплохо соображаю. Вы хотите спросить у меня, не переложила ли я письмо в другой конверт. Нет, не переложила. И я не знаю, кто это сделал. Но заходил мистер О′Мэлли и, сказав, что о чем-то позабыли упомянуть, ушел, забрав конверт с собой.

— Мистер О′Мэлли?

— Да.

— Он принес письмо обратно?

— Да.

— Как скоро? Сколько времени он отсутствовал?

— Не знаю. Минуты три-четыре. Во всяком случае, он принес письмо обратно, и, когда пришел курьер, я отдала письмо ему.

— Вы не обратили внимание, оно было в том же конверте?

— О Господи, конечно, не обратила.

— Это очень важный момент, мисс Дьюк. Готовы ли вы засвидетельствовать, что мистер О′Мэлли взял у вас со стола письмо, унес его и вскоре принес либо в том же, либо в похожем на предыдущий конверте?

— Что значит готова? Я свидетельствую.

Взгляд Вульфа, оторвавшись от нее, метнулся вправо, а потом назад, по-прежнему над головой адвокатов.

— По-видимому, нам удается решить нашу проблему, — заметил он. — Нужна еще одна деталь Теперь стало ясно, что мистер О′Мэлли напечатал мой адрес на другом конверте и переложил туда весь материал. Если это так, то вполне возможно, что кто-нибудь из вас, дамы, видел, как он это делал, хотя я, к сожалению, не знаю, как у вас в офисе размещены машинки. Что скажете? В субботу утром, девять дней назад, никому из вас не довелось видеть, как мистер О′Мэлли печатал адрес на конверте?

Все молчали, не сводя с Вульфа глаз.

— Насколько я понимаю, — кивнул Вульф, — он должен был воспользоваться машинкой, которая вам не видна. Следует также расспросить тех сотрудников, которые сейчас здесь отсутствуют, может, кто-нибудь из них видел его? Но мне хотелось бы убедиться, что вы все понимаете ситуацию. Этот конверт — веская улика. Если мистер О′Мэлли держал его в руках и печатал на нем адрес, на конверте, по всей вероятности, остались отпечатки его пальцев, ибо я не думаю, что он в то утро в офисе был в перчатках. Кроме того, довольно легко будет определить, на какой машинке он печатал. Если таковой окажется машинка, стоящая на столе одной из вас, дамы, и вы были на месте в то утро, а мистер О′Мэлли решит отрицать, что он ею пользовался, вы можете оказаться в весьма затруднительном положении. Полиция, возможно, заинтересуется.

— Это моя машинка, — мрачно пробормотал кто-то, причем так тихо, что я едва расслышал сказанное — и, кем бы вы думали? — красавицей Элинор.

— Ага. Разрешите узнать ваше имя.

— Элинор Грубер, — неохотно произнесла она.

— Пожалуйста, поведайте нам об этом, мисс Грубер.

— Я рылась в шкафу с архивами, когда он спросил, можно ли…