Падшие - Дэвид Балдаччи

— Она сидела без работы, но за квартиру исправно платила. У нее была машина. Еда на столе. И вы сами сказали, что она подсела на сильные обезболивающие. А это недешевое удовольствие.

— Ладно, подбрасывал я ей деньжат.

— Я думал, у вас нет денег.

— У меня нет кучи денег. Но кое-что есть. Вообще-то я не весь день храплю на диване. Действительно работаю. И кое-что за это получаю. И у меня есть кое-какие фамильные безделушки, которые при крайней нужде можно продать. На себя я практически ничего не трачу. Так что у меня была возможность ей помогать. И мне самому этого хотелось.

— Как благородно с вашей стороны.

— Она это заслужила. И для протокола: сильными обезболивающими она увлекалась в прошлом. Потом уже нет. Сумела слезть. Это было чертовски трудно, но ей удалось.

— С этим вы ей тоже помогли?

— А вам-то какая разница?

— При расследовании всеми силами стараешься получить полную картину того, что у тебя перед глазами. Такого рода подробности расставляют всё по своим местам. Помогают вычислить мотивацию, даже скрытую.

— Уж не про мотивы ли убийства вы тут толкуете? Я не убивал Джойс.

— Про мотивы других вещей.

— Например?

— Например, помощи другим наркоманам, даже торговцам наркотиками. Вроде Майкла Свенсона? Вы сказали, что не знакомы с ним, но я почти уверен, что он жил у вас в сарае для рассады.

Бэрона это откровение, похоже, ничуть не встревожило.

— Да ну? Не знал. Территория довольно большая. А кроме того, никакой рассады на наших землях уже несколько десятков лет и в глаза не видели.

— Так вы хотите сказать, что он шлялся туда-сюда в какой-то сотне ярдов от вашего дома, а вы и понятия об этом не имели?

— Вы сказали, «почти уверен» — следует понимать это так, что у вас нет никаких тому доказательств?

— То есть вы хотите сказать, что не заметили и намека на то, что кто-то мог незаконно поселиться в вашем сарае?

— «Кто-то» и «намек»… Довольно расплывчатые термины. Опять пытаетесь подловить меня на лжи?

— Если это у меня получится, то вас не ждет ничего хорошего.

Бэрон вскинул голову:

— Ваш тон становится все более и более серьезным.

— Я просто пытаюсь убедить вас, что федеральная тюрьма — это далеко не то место, в котором вы хотели бы оказаться.

Бэрон несколько секунд обдумывал эти слова, наблюдая за парящей в восходящих потоках птицей.

— Майк Свенсон был… неудачник во всех смыслах этого слова. И в этом мы в чем-то схожи. Я мог его понять. Но среди неудачников попадаются и очень плохие люди. Действительно очень плохие.

— Но Свенсон к таковым не относился?

— Он был просто дурачок. Но вполне симпатичный дурачок. Толкал травку. Толкал таблетки. Но в основном был вполне безобиден.

— И вы пустили его к себе на житье?

— Захожу как-то в сарай и вижу, что он храпит во всю носовую завертку. Его уже отовсюду выкинули, так что, судя по всему, он проехал на велике всю дорогу до поместья — только чтобы посмотреть, нельзя ли тут где-нибудь приткнуться. В итоге остался на подольше. Я не возражал. Чего-чего, а свободного места у меня хватает.

— Мы нашли его тайник в сарае. А там были не только травка и таблетки. Кое-что посерьезней. Вдобавок у него был ствол и толстенная пачка наличных.

Бэрон раскинул руки:

— Я этого не оправдываю. Но если б я выбрасывал из своих владений всех, кто торгует здесь наркотой, то остался бы в еще большем одиночестве, чем уже нахожусь сейчас, — если это не звучит полной бессмыслицей.

— Ладно, Свенсона и Тэннер вы все-таки знали — хоть и пытались меня уверить, что нет. Ну а Косту? Того банкира с фоткой вашей команды?

— Под страхом отправиться за лжесвидетельство в федеральную тюрягу ответственно заявляю: не знал. Все средства, которые у меня есть, я держу в наличных и прочих легко оборачиваемых активах и прячу в собственном доме.

— А это разумно?

— Не знаю. Но все равно так делаю. Когда нашему семейству потребовалась помощь, банки не слишком-то хорошо с нами обошлись. Не вижу смысла доверять им ту малость, которая у меня пока осталась.

— Так что вам не приходит в голову какой-либо причины, по которой Коста мог держать у себя дома фотографию с вами и вашей командой?

— Кроме его личной гордости в том, что мы выиграли чемпионат? Нет.

— А как насчет Тоби Бэббота?

Бэрон покачал головой.

— Не знаю такого.

— Инвалид. С металлической пластиной в черепе после какой-то производственной травмы. Жил в заброшенном трейлере, потому что не мог осилить что-нибудь поприличней.

— Не один он такой в Бэронвилле.

— Этот трейлер подожгли, когда мы с Джеймисон были внутри.

Глаза Бэрона сощурились.

— Кто-то пытался вас убить?

— Когда поджигаешь какое-то строение с людьми внутри, обычно преследуешь именно такую цель.

— Зачем кому-то это понадобилось?

— Может, это вы мне расскажете?

Джон задумался:

— Когда Бэббот получил эту производственную травму?

— Несколько лет назад.

— Здесь, в Бэронвилле?

— Угу.

— Странно.

— Почему странно?

— Потому что какое производство у нас на тот момент было, чтобы такую травму получить?

Теперь настал уже черед Декера удивляться:

— Верно подмечено! И вы только что намекнули мне, что именно следует проверить.

— И что же?

— Насколько широко трактуется термин «производственная».

Глава 39

«Вот ведь как чувствовал!»

Сидя в кухне Митчеллов, Декер уставился на лежащий перед ним полицейский рапорт о происшествии, в результате которого Тоби Бэббот обзавелся металлической пластиной в черепе.

«Производственную» травму тот получил, работая на строительстве ФЦ «Максус». Управлял самоходной подъемной люлькой и врезался в какой-то тяжелый строительный агрегат. Страховочной сбруи на нем не было, и его выбросило из люльки прямо на бетонный пол. В результате — повреждение головы.

Перелом костей черепа.

Расходы на лечение покрыла медицинская страховка, которую ему оформили при поступлении на работу. Но, судя по всему, на момент происшествия в крови у него обнаружили алкоголь, так что судиться с работодателем ему было бы крайне проблематично. Вдобавок компания на всякий случай подстраховалась — несколько месяцев подержала его на офисной работе перед тем, как выставить за ворота.

Декер услышал, как открылась дверь на крыльцо. Вскоре в кухне показалась Эмбер. Вид у нее был такой бледный и осунувшийся, что Амос не понимал, как она вообще еще держится на ногах.

— Не знаешь, где Зоя? — тут же спросила Эмбер.

— Алекс взяла ее с собой за покупками.

Она кивнула:

— Ты-то как сам?

Декера явно смутило, что в такой