Стечение обстоятельств - Александра Маринина

– Пошел, – сообщили Гордееву.

Тот мысленно благословил Настю и быстро побежал по длиннымкоридорам здания на Петровке вниз, к машине.

* * *

Когда раздался звонок в дверь, Настя словно очнулась.Внутренняя дрожь утихла, ладони из ледяных мгновенно сделались горячими. Онауверенно пошла к двери.

– Кто?

– Лариса? – послышался приятный баритон. –Откройте, пожалуйста. Я от Александра Евгеньевича.

Щелкнул замок, Настя впустила гостя. Перед ней стоял мужчиначуть выше ее ростом, с застенчивым лицом и обаятельной улыбкой. Он был похож настарательного бухгалтера. Через плечо – темно-синяя мужская сумка на длинномремне.

– Я никого не жду от Александра Евгеньевича, –недовольно сказала она. – Мы должны с ним созвониться завтра. Что заспешка?

– Где можно помыть руки? – не обращая внимания наее слова, спросил Галл. – В вашем доме очень грязные перила.

– Проходите, – сухо сказала Настя, провожая его вванную.

В ванной Галл быстрым движением повернул обе рукоятки,открыв воду на полную мощность, ловко развернулся, схватив Настю за запястье, иона в мгновение ока оказалась прижатой спиной к раковине. Справа была ванна,слева – стиральная машина, впереди – убийца.

Держа ее одной рукой за кисть, другой – за плечи, Галлприблизил губы к ее уху.

– Ну, здравствуй, красавица, – тихо сказал он.

«Как в страшном сне, – подумала Настя. – И никакойнадежды проснуться».

– А почему шепотом? – громко спросила она.

Пальцы на ее запястье сжались сильнее, от боли выступилислезы.

– Потому что ты слишком умна, чтобы быть дурой, –не повышая голоса, ответил Галл. – Если ты работаешь на легавых, у тебя вквартире может быть полно микрофонов. А если ты настоящая журналистка инастоящая шантажистка, у тебя всегда под рукой есть диктофон, чтобы записатьчто-нибудь интересное. Я правильно рассуждаю?

– Правильно. Дальше что? – Настя постаралась,чтобы ее голос звучал вызывающе.

– Поэтому мы с тобой поговорим здесь.

* * *

Гордеев вытер о брюки вспотевшие от напряжения ладони.

– Ну, что там? – нетерпеливо спросил он.

– В ванной включена вода. Слышно только, что дваголоса, но слов не разобрать.

– Ребята готовы?

– Готовы.

– Без моей команды не начинать.

* * *

– Ну что ж, давай поговорим. – Она легко перешлана «ты». – Тебя правда Павлов прислал?

– А кто же еще?

– Откуда я знаю? Может, ты из милиции. Вдруг наш бравыйполковник ни в чем не замешан и заявил на меня.

– А в чем он замешан? Ну-ка расскажи.

– Пошел бы ты знаешь куда? – выразительно прошепталаНастя и уже громче добавила: – Так вас и тянет все узнать за бесплатно.Запомни, ты, шустрый, я свой язык распускаю только за деньги. Говори быстрей,зачем пришел, мне стоять надоело. Но сначала докажи мне, что ты не из милиции.Тогда и поговорим.

– А если я из милиции, что ты сделаешь?

– Ничего не сделаю. Но разговор у нас с тобой неполучится. А завтра телегу на тебя накатаю, что ты, представившись работникоммилиции, проник в квартиру и пытался меня изнасиловать. Или ограбить. Я еще нерешила. Пока оправдываться будешь – поседеешь.

– Шантажируешь?

– А как же. Я больше ничего не умею.

– Ладно, кончай дурака валять. Павлов приготовилденьги, но он тебе не доверяет. Поэтому завтра мы с тобой поедем на встречу сним. Ты ему – рукопись и информацию, он тебе – сто сорок штук, и разбежались.

– А ты-то тут при чем? Деньги будешь считать? Кассир наобщественных началах! – фыркнула Настя.

– Посмейся у меня, – с угрозой сказал Галл и опятьсжал ей кисть. – Досмеешься. Я пробуду здесь до утра. За это время ядолжен убедиться, что тебе можно верить.

– Врешь ты все, – неожиданно громко сказалаона. – Убедиться в этом невозможно.

– Тихо!

– В этом невозможно убедиться, – понизив голос,повторила Настя. – Надо быть круглым идиотом, чтобы для этого прийти сюда.Говори, зачем пришел?

– Убить тебя.

* * *

– Голосов не слышно, – донесся из рациивстревоженный возглас лейтенанта Шестака. – Только шум воды.

– Приготовиться, – скомандовал Гордеев. Емухотелось бежать впереди машины.

В сорок девятой квартире бесшумно приоткрылась дверь. Ещедва человека появились на лестничной площадке между этажами.

* * *

Женщина обмякла в руках Галла. На лице ее был неподдельныйстрах.

– За что? – едва слышно прошептала она.

– За то самое. Ты влезла в чужую игру. Меня наняли тебяубить. Я лично к тебе никаких претензий не имею. Будешь умницей – останешьсяжива. Поняла?

– Мне плохо, – простонала она, едва шевеляпобелевшими губами. – Дай мне сесть куда-нибудь.

Галл посторонился и усадил ее на край ванны, продолжаякрепко держать обеими руками.

– Теперь слушай, – сказал он. – У меня сПавловым свои дела. Мне нужна эта рукопись, но заплатить за нее сейчас я немогу, у меня нет таких денег. Завтра ты пойдешь со мной, я получу гонорар затвое убийство и из этих денег с тобой расплачусь. Будешь меня слушаться – и всепройдет хорошо.

Настя молча кивнула.

– Сейчас мы выйдем отсюда и будем вести себя какприличные люди. Язычок придержи. Одно неосторожное слово – и я могу подумать,что квартира прослушивается ментами. Я, знаешь ли, очень подозрительный и юморплохо понимаю. Ты умрешь задолго до того, как сюда успеют прибежать твоидружки, даже если они засели в соседней квартире. Ну, признайся, есть тамзасада?

* * *

– Есть голос, – сообщил Шестак. – Но толькоодин, мужской. Они все еще в ванной.

– Посторонних звуков нет? Шума борьбы?

– Нет, не слышно.

– Ждем еще тридцать секунд. Если через тридцать секундона не заговорит – начнем.

Командир группы захвата взглянул на секундную стрелку.

* * *

Насте казалось, что аналитическая машина у нее в головеработает оглушительно громко. Надо немедленно что-то сказать, все равно что,любую чушь, только бы подать голос. Иначе ворвутся в квартиру и все испортят.Галла ни в коем случае нельзя брать сейчас, пока она не поймет, что он задумал.Какая-то хитрая игра с Павловым… Что он спросил? Есть ли в соседней квартирезасада?