Алекс, или Девушки любят негодяев - Марина Крамер

— Однако… — пробормотал удивленный Алекс и пошел наверх.

Дверь в комнату Мэри оказалась заперта — ничего удивительного, в последнее время она всегда запиралась на ключ, как будто боялась, что он войдет и застанет ее за чем-то неприличным. Алекс постучал, и музыка оборвалась. Щелкнул замок, и на пороге возникла Мэри в обтягивающем комбинезоне, теплых гетрах и старых разбитых туфлях. Рыжие волосы мокрыми сосульками свисали на лицо, прерывистое неровное дыхание выдавало тяжелую нагрузку.

— Чего тебе? — неласково спросила она, убирая челку со лба.

— Хотел посмотреть, как ты танцуешь.

— Я не хочу.

— Почему?

— Потому что танго не танцуют в одиночку.

— Я мог бы составить тебе компанию, — улыбнулся он, и Мэри вздернула брови:

— Что? Ты?

— Хочешь проверить?

— Было бы любопытно.

— Собирайся, — он взглянул на часы. — Мы еще успеем в магазин за туфлями и потом в клуб.

Мэри удивленно хлопала глазами, но не двигалась с места.

— Что замерла? Поехали.

— Ты шутишь?

— Дорогая, я никогда прежде не был так серьезен, — заверил Алекс, разворачивая ее и легко подталкивая в спину: — Шевелись, иди в душ и одевайся.

Он привез ее в большой танцевальный магазин, уселся в кресло с чашкой кофе и с удовольствием наблюдал за тем, как долго и придирчиво Мэри выбирает туфли. Она перебирала пару за парой, выгибала их так и этак, пробовала какие-то шаги, сбрасывала и брала другие. Алекс поражался долготерпению продавца — тот без тени эмоций приносил все новые модели, убирал то, что Мэри отбросила, и пытался давать какие-то советы.

— Не трудитесь, она не понимает по-французски, — сжалился Алекс над несчастным парнем, когда Мэри в очередной раз окатила того ледяным взглядом.

— Ваша девушка очень придирчива, — заметил продавец осторожно, и Алекс сразу стал жестким:

— Моя девушка профессиональная танцовщица.

— Простите, мсье, я так и подумал, — пробормотал парень и отошел.

— Вот эти, — определилась с выбором Мэри, держа в руках черные лодочки с кристаллами на пряжках.

— Прекрасно. Я думал, мы никогда не закончим, — Алекс встал и протянул Мэри руку: — Идем.

Танго танцевать он умел. Возможно, делал это не так профессионально, как привыкла Мэри, но вполне на уровне. В небольшом клубе танго на окраине Цюриха он ухитрился выкупить на час зал, и они провели время с удовольствием. Мэри показывала ему нехитрые вариации, он старался повторить, что-то даже получалось. Мэри, уже успевшая забыть, что такое паркет и танец, с наслаждением отдавалась теперь музыке и ритму, почти не обращая внимания на того, с кем танцует. Она и прежде очень мало реагировала на партнера, за что ее часто упрекали тренера. «Лащенко, тебя в паре так много, что непонятно, для чего тебе партнер», — всплыли в памяти слова последнего тренера, и Мэри улыбнулась. Не будучи особенно эмоциональной, в танго она преображалась. Все остальные танцы не будили в ней таких чувств, разве что румба, и она танцевала их так, как положено — будучи ведомой и «украшающей пару», как принято говорить о партнерше. Но в танго ничего не могла с собой поделать, перетанцовывала Ивана по всем параметрам.

Алекс, видя счастливое, но какое-то отрешенное лицо Мэри, старался не мешать ей. Интуитивно подстраивался под ее шаги, вел в нужном направлении, но искренне не понимал, что с ней происходит.

— А ты способный, — заметила она с улыбкой, когда они решили сделать перерыв.

— Ты мне льстишь, — Алекс расстегнул мокрую черную рубаху и тяжело дышал, чувствуя, как колотится сердце.

— Была нужда! — фыркнула Мэри, садясь на пол и вытягивая ноги. — Я никогда не льщу мужчинам.

Он опустился рядом с ней и неожиданно для себя положил голову ей на колени.

— Мэри, почему ты такая?

— Какая? — Она машинально пробежала пальцами по его волосам, он перехватил ее руку и прижал к губам.

— Почему ты отталкиваешь меня?

— Ты сам не хочешь приблизиться. Тебе кажется, что ты открыт, готов меня любить и все такое, но ведь это же неправда, Алекс.

Он перевернулся на спину, чтобы видеть ее лицо:

— Очень интересно. Продолжай.

Мэри усмехнулась, погладила его по щеке:

— Я никак не могу тебя понять. Такое впечатление, что ты искренне веришь в то, что можешь кого-то любить. А ведь это неправда. Не можешь ты любить, тебе просто нечем. Ты другой, Алекс, тебе никто не нужен. Ты пытаешься создать иллюзию прежде всего для себя — мол, вот захочу — и буду. Но ты и себя обманываешь.

— Ты хоть слышишь, что говоришь? — возмущенно спросил он, не двигаясь, однако.

Мэри рассмеялась совсем невесело, откинулась на стену, забросила руки за голову:

— Давай начистоту. В твоей жизни может быть только одна женщина. И ты прекрасно знаешь, как ее зовут. А я никогда не претендую на чужое место. Просто знаю себе цену и знаю, какое место — мое. Так всегда было.

Алекс поднялся, сунул руки в карманы брюк и, раскачиваясь с пяток на носок, посмотрел на Мэри сверху вниз:

— У тебя есть удивительная особенность. Ты умеешь убить и испортить абсолютно все. Я пляшу перед тобой как дрессированный пудель, но чтобы ты это оценила — куда мне!

— Не пляши, не заставляю. — Она встала. — Едем домой, мне расхотелось танцевать.

И надо же было случиться именно этому… Алекс проклял все, когда на выходе из клуба столкнулся нос к носу с одной из бывших приятельниц Марго. Откуда здесь возникла эта девка, с которой он как-то успел переспать на скорую руку, как вообще на небесах организовываются подобные глупые и отвратительные по сути случайности? Именно в этот день, в момент, когда у них с Мэри и так все пошло наперекосяк! Он хотел пройти мимо, но девица его узнала, остановилась. Пришлось здороваться.

— Ты все так же хорош, — заметила она, целуя его в щеку и одновременно разглядывая остановившуюся в двух шагах Мэри. — Смотрю, не скучаешь, нашел новую замену Маргоше? Надолго или как всегда — на пару раз?

Алекс не успел сказать ни слова — Мэри повернулась и быстро пошла в сторону метро.

— Ты как была дешевка, так и осталась, — бросил он довольной девице и кинулся за стремительно удаляющейся Мэри.

Та, услышав шаги, побежала, свернула за угол и, когда он добежал, то увидел только задние фары удаляющегося такси.

Алекс бросился назад, к машине, и только на парковке понял, что попал в ловушку — ключи и бумажник он, войдя в клуб, бросил в сумку Мэри, и теперь не может ни сесть в собственную машину, ни взять такси.

— Черт! — зарычал он, изо всех сил пнув ботинком колесо. — Откуда взялась эта дура?! Откуда они вообще берутся?!