Моя шоколадная беби - Ольга Степнова

– А в Москве ты кинулся грабить банки!

– Нет, поступил в технический вуз.

Катерина так хлестнула его веником, что он заорал:

– Правда, беби! МФТИ – это тебе не шутка! Я закончил его, и у меня диплом с отличием! Ты не представляешь, как хочется остаться в столице, когда вырос на урановых рудниках! Я просто обалдел от свободы и перспектив!

– И подался в разбойники! Сизому понадобился дипломированный специалист?

– Нет, беби, это Сизый понадобился мне. – Мат-Мат вдруг резко поднялся, сел, и похлопал себя по голым бокам, словно в поисках пачки сигарет. – Выпусти, жарко! Я не негр, у меня другой температурный режим!

– И я не негр, – надулась Катя. – Быстрей рассказывай, и вместе выйдем отсюда.

– Я могу наврать, беби! – Мат-Мат вытер пот, заливавший глаза.

– Только посмей. Ты обещал рассказать мне всю правду.

– Ну, чёрт с тобой, слушай. После института я устроился на одно производство, и мне дали комнату в общежитии. Чтобы скрасить свои холостяцкие вечера, я стал играть в карты с соседом по комнате. Сначала играли на интерес, потом на деньги. Появилась компания таких же «увлечённых», как мы. Я то проигрывал, то выигрывал, и мне хватало сначала зарплаты, чтобы отдавать свои карточные долги, но… как водится, однажды я проигрался по-крупному. Десять тысяч баксов! Мне таких денег было не заработать. Парень, которому я проиграл, был не из приятных. Он пригрозил мне расправой и включил так называемый «счётчик», когда я вовремя не отдал деньги. Я был почти в панике, когда другой пацан, тоже из нашей компании, предложил мне поучаствовать в одном «дельце». Мне предложили машину и попросили подогнать её в определённое место, в определённое время. Это потом я узнал, что они грабанули инкассаторскую машину, а я выполнил для них роль шофёра. Они приехали в назначенное место на битой «шестёрке» с тугим мешком денег, подожгли машину, и уехали на «японке», за рулём которой сидел я.

В общем, долг я отдал. С процентами. И у меня даже остались ещё деньги. Тогда всё прошло чисто. И я понял, что значит – не считать копейки. Сизый – тот самый, которому я проиграл – оказался талантливым организатором. У каждого в банде была хорошо отработанная роль. Я к этому времени поменял роль шофёра на непосредственного участника операции. Сизый говорил, что никогда не пойдёт на «мокрое» дело, потому что люди с удовольствием отдадут чужие деньги в обмен на свою жизнь. Оружие мы брали с собой только для устрашения и подстраховки. Поэтому, когда они начали стрелять в людей, я возмутился, беби! Грабитель – это одно, убийца – совсем другое! Они пальнули мне в брюхо, но я добрался вместе со всеми до машины. А там потерял сознание. Вырубился так, что они приняли меня за труп. И когда пересаживались в другую машину, бросили меня в УАЗике. Дальше ты знаешь, беби. Ну, как тебе моя история?!

Катерина пожала плечами. Бред, а не история. Мат-Мат – инженер, от безденежья подавшийся в гангстеры? Бандит, не лишённый принципов? Человек из провинции, променявший скучную жизнь обывателя на разбойничью романтику?

«Чушь собачья», – подумала Катерина, но вслух этого не сказала. Вряд ли можно заставить человека говорить правду, если он этого не хочет.

– Жарко, беби, – пожаловался Мат-Мат. – Пойдём на улицу!

– А как тебя звали в детстве? Мотя?

– Почему Мотя? Бабуля даже маленького звала меня только Матвей Арсеньевич! «Матвей Арсеньевич, на горшок пожалуйте! Матвей Арсеньевич, пойдите спать, пожалуйста!» Друзья меня тоже по имени-отчеству звали. Дать мне прозвище удалось только тебе!

Катерина рассмеялась. Пожалуй, это была единственная правда из его биографии.

– Говори, что ты там замутил с Майклом! Какая такая математика?

– Обыкновенная математика. Я что, дурак, отказываться от заработка? Его бабка мне платит сто долларов за два часа!

– Кто такой Фёдорыч?!

– Что-о?!

– Я слышала твой разговор с неким Фёдорычем по телефону! Ты обещал ему довести до конца какое-то дело!

Мат-Мат вдруг сорвался с полки, промчался мимо Катерины, и, чуть не сбив её с ног, вылетел во двор.

– А-а-а!!! – заорал он, кинулся плашмя в холодную сырую траву и начал по ней кататься.

– А-а-а! – заорал истошный голос со стороны огорода.

– А-а-а! – с перепугу заорала и Катерина.

Они замолкли все трое одновременно, уставившись в полутьме друг на друга.

В предрассветных сумерках Катерина узнала в огромной бабе, стоявшей посреди огорода, Парамоновну.

– Ах, это вы, Селеночка, – воскликнула Парамоновна с явным облегчением. – А я в туалет пошла, вижу – баня топится, решила посмотреть, кто это тут, что это тут… а это вы, Селеночка… А где Роберт Иванович? А… кто это?..

Мат-Мат успел нырнуть в баню и натянуть свою юбку.

Катерина поняла, что врать придётся быстро и голышом.

– Роберт Иванович убит, – быстро сказала она.

– А-а-а! – истошно откликнулась Парамоновна.

Мат-Мат выкинул из предбанника красный сарафан. Катя поймала его на лету и наспех напялила задом наперёд.

– Да. И я его наследница.

– А-а-а?! – сменила интонацию тётка.

– А это… это… это… следователь! – брякнула вдруг она, указав на Мат-Мата. – Он приехал расследовать обстоятельства жизни и смерти Роберта Ивановича. И вот… захотел помыться!

– Да, я следователь, – подтвердил Мат-Мат почему-то женским вариантом голоса. Но тут же исправился и басом добавил: – И захотел помыться.

– О-о-о, – протянула Парамоновна, и было непонятно, что она имеет в виду. – А? – она ткнула пальцем в юбку Мат-Мата.

– Пройдёмте, гражданочка! – казённым голосом приказал Мат-Мат и указал на дверь в дом.

– Фу-у!!! – обессиленно выдохнула Катерина и потащилась за ними.

Что делать? Как спасать ситуацию? Они специально приехали в ночь, чтобы не очень светиться в деревне. Она ненадолго задержалась в сенях, стараясь унять дрожь в руках и коленях.

В комнате она застала странную картину. Мат-Мат мерил шагами расстояние от стенки до стенки, а Парамоновна с видом примерной ученицы сидела на краешке стула. Катерина, стоя у неё за спиной, и обращаясь к Мат-Мату, покрутила у виска пальцем.

– Катерина Ивановна, выйдите из помещения, у меня допрос!

От неожиданности Катя кивнула и громко сказала:

– Как скажете, гражданин начальник!

Она вышла на улицу, присела на прохладные ступеньки крыльца и захохотала беззвучно, уткнувшись в колени.

Что принесёт новый день?

Рассвет с каждой минутой набирал силу.

Через час на крыльце появился Мат-Мат, потирая довольно руки. За минуту до этого из дома вышмыгнула Парамоновна и огородами умчалась к себе.