Хозяин города - Владимир Колычев

– Почему с пустыми руками? – спросила она, отпуская сцепление.

Лада тоже хотела казаться непринужденно раскрепощенной, поэтому первую скорость включила с небрежностью бывалого водителя, но машину стронула рывками. Не смогла поймать момент между сцеплением и «газом». Но ничего, «девятка» все равно поехала. А Богдан сделал вид, что ничего не заметил.

– А что у меня в руках должно быть?

– Ну преступник… – сказала она, стараясь замять неприятный момент.

– Так сейчас закон новый вышел. Задерживаешь преступника, выписываешь ему повестку, и на следующий день он сам приходит в отдел. Сутки ему даются, чтобы с родными и близкими попрощаться, сухарей насушить…

Какое-то время Лада обдумывала его слова, затем уличающе улыбнулась.

– Шутишь!

– Да нет, просто мечтаю вслух. Представляешь, как было бы здорово? Находишь подозреваемого, объясняешь ему свою версию преступления, и если в ней есть логика, он с тобой соглашается и признает себя виновным. Как у Агаты Кристи. А на следующий день еще и с вещами к тебе приходит.

– Размечтался…

– Вот я и о том же.

– А где твой боевой «Москвич»?

– Не такой уж он и боевой.

– Почему?

– Боевая машина пехоты должна выдерживать автоматный огонь. А мой «Москвич» не выдержал.

– По твоей машине стреляли?

– Стреляли по мне. А попали в нее.

– Из автомата?

Богдан громко вздохнул. Пули вытащили, железную плоть подлатали, какое-то время после этого машина ездила, а вчера вдруг сломалась. Что-то с проводкой. Сегодня вечером обещали сделать. А пока приходится ходить пешком.

– Веселая у тебя работа.

– Да как обычно… У тебя как дела?

– Ну, если мне сухари сушить не придется, то все в порядке…

– Если насчет Вадима Ивченко, то к тебе претензий уже нет.

Так что Лада могла высадить его из машины прямо сейчас. Бояться ей больше нечего и заискивать перед Богданом вовсе не обязательно.

– Я знаю.

Она выразительно посмотрела на него. Дескать, в общении с ним она не ищет личную выгоду. Ей от него нужно другое… Что именно, тут он должен догадаться сам.

– В общем, на жизнь не жалуешься, – заключил он.

– Нет. Все хорошо… – Какое-то время она о чем-то напряженно думала, затем спросила: – Я так понимаю, ты весь в работе?

– В общем, да.

– Я слышала, в городе разборки какие-то были? Стреляли, убивали…

– Ага, стрелялки. И убивалки.

– Тебе чуть не досталось, да?

– Что-то в этом роде…

– Я, это, чего спрашиваю… Работы сейчас, наверное, очень много?

– Из-за этого? Нет, с этим все улажено. Виновные установлены, дело, считай, закрыто…

Богдан кражами занимался, а сейчас лето – люди по морям разъехались, по дачам, их квартиры домушники ударными темпами чистят. Гастролеров много. Потому количество преступлений растет, процент раскрываемости падает. А показатель по этой части – бумажный бог, которому поклоняются все, от рядового опера до начальника ГУВД. Потому и приходится бегать, сбивая каблуки и стирая подошвы.

Помимо краж, приходилось заниматься и бандитами. Недели две назад Богдан участвовал в задержании сразу двух банд – Камиля и Шмеля. Точную информацию дал Радилов, и Петухов толково все организовал, спецназ милицейский подключил. Омоновцы сработали четко, без всякой стрельбы задержали полтора десятка бандитов с одной стороны, столько же – с другой. Правда, оружие нашли только у людей Шмеля. У Камиля стволы находились в багажнике, поэтому предъявить ему было нечего, и его бойцы, не считая «оруженосцев», отделались легким испугом.

Камиля выпустили из СИЗО, но далеко он не ушел. Расстреляли его прямо у ворот. Следы привели к авторитету по кличке Керчь. Однако преступление раскрыл майор Очагов со своими операми. Богдан точно сказать не мог, но, возможно, наводку оперативно-розыскное бюро получило от Радилова. А может, этот жук банально подставил Керчь, как сделал он это с Кипятком и Жбаном.

Так или иначе, Керчь сейчас в СИЗО, а его людей разогнали бойцы Радилова. Сделали они это аккуратно, без стрельбы. Но драки были, и вспыхивали они прямо на улицах Советского района. Зато сейчас все спокойно. И точки покойного Кота уже отходят под фирму «Купол». Радилов ставил свой «купол» над бизнесом самого богатого в городе района. Но впереди у него, по планам, весь Народовольск. Ему и Петухов уже симпатизирует, и начальник городского УВД. И Очагов перед ним, возможно, в долгу. А в фирму «Купол» идет набор сотрудников. Как и предполагал Богдан, предпочтение отдавалось бывшим сотрудникам МВД, армейским спецназовцам и лицам, проходившим военную службу в горячих точках. И кто скажет после этого, что Радилов бандит?..

Но не нравится он Богдану. Может, не Радилов покушался на его и Пляцкова жизнь, но все равно, что-то нечисто в нем. И это не считая подо-зрений в убийстве Улехова и Янцовой. Хотел бы Богдан вывести Радилов на чистую воду, и он обязательно сделает это, если вдруг представится случай. Что вряд ли. Слишком уж осторожно работает Радилов. И четко. Так просто его не возьмешь…

– А что не закрыто? – спросила Лада.

– Да много чего. Кражи, грабежи…

– А на службу очень спешишь?

– А что? – внимательно посмотрел на нее Богдан.

Похоже, Лада подводила его к какой-то щекотливой просьбе.

– Может, съездим куда-нибудь? А то я тут уже одурела со скуки, – поспешила оправдаться она.

– И куда ты хочешь, чтобы я тебя пригласил?

Богдан ей уже не нужен – они не зависят друг от друга, и теперь между ними нет преград. Она делает шаг ему навстречу, он будет идиотом, если шарахнется в сторону.

– Жарко что-то, искупаться бы…

Лада посмотрела в сторону, чтобы он не увидел смущения в ее глазах. Ей пришлось переступить через себя, чтобы сделать столь щепетильный намек.

– Да, жарко… Я знаю одно хорошее место, только ехать далеко, минут сорок от города. Зато вода там теплая и чистая. И людей нет… И еще там шашлык по пути жарят, можно будет перекусить…

– Ну, если вода теплая и чистая…

Лада обрадовалась, но на Богдана не посмотрела. Стыдно ей, что напросилась на непристойную, в общем-то, поездку. После того как старлей предложил ей уединенное место, стало ясно, что купание – всего лишь прелюдия к самому интересному. На речку Лада не собиралась, потому и купальника у нее не будет. Но об этом она скажет после, когда уже поздно будет возвращаться за ним…

Даже в самый разгар лета вода в Каме холодная, да и грязная к тому же – вся система Менделеева в ней. Богдан знал одну речку, которая впадала в Каму, – она не глубокая, поэтому хорошо прогревалась. И полянку одну знал с хорошим берегом; день рождения Батарова там отмечали, шашлык был, пиво…