Раскол - Рагнар Йонассон

– Я хочу рассказать тебе одну необычную, но правдивую историю, – начал он, – которая закончилась здесь, в Хьединсфьордюре, более полувека тому назад…

45

– Спасибо, что пришли, – произнесла Исрун.

Лаура сидела напротив нее в небольшом кафе недалеко от телестудии. Исрун выбрала столик в углу заведения, чтобы они могли спокойно поговорить, не привлекая внимания, хотя в настоящий момент, кроме них, в кафе других посетителей не было. Она предложила Лауре встретиться под предлогом подготовки интервью с Мартейнном.

– Всегда пожалуйста, Исрун, – ответила Лаура; в ее голосе слышалась тревога, что было для нее нетипично.

– Знаете, – протянула Исрун, делая глоток капучино, – я хотела с вами еще кое-что обсудить.

– Обсудить со мной?.. – испуганно переспросила Лаура.

– На днях я беседовала с вашим давним приятелем Ноуи. Он рассказал мне одну занимательную историю, которая… окажись она правдой, сможет разрушить карьеру нашего с вами премьер-министра, – с нарочито драматичной интонацией сказала Исрун.

Лаура застыла как истукан, не притронувшись к кофе. Исрун чувствовала, что поднажми она еще чуть-чуть – и эта поднаторевшая в политических играх лиса сдастся на ее милость. Она выложила карты на стол:

– Вы тогда все сочинили о том, что Снорри якобы участвовал в нападении на женщину, и Мартейнн принимал активное участие в распространении лживых слухов, чтобы расчистить себе дорогу к креслу председателя партии и премьер-министра.

– Нет! – вскрикнула Лаура. Ее голос дрожал, а взгляд был направлен не на Исрун, а куда-то вверх. – Мартейнн тут ни при чем! Не смейте обливать его грязью! Я не позволю втянуть его в скандал, который желтая пресса пытается раздуть на основе досужих сплетен. – Она обхватила чашку дрожащими руками и, едва не расплескав кофе, поднесла ее к губам.

– Мартейнн тут ни при чем, – повторила ее слова Исрун. – Значит, это была исключительно ваша идея?

Лаура дернулась и смахнула со лба огненно-рыжую челку:

– Ну…

Она наговорила уже достаточно и теперь, как показалось Исрун, раздумывала, взять ли всю вину на себя.

– Да… – через пару мгновений продолжила Лаура, а потом сказала еще более твердо: – Да.

– То есть вы запустили слух, что Снорри напал на ту женщину?

– Да, – опустила глаза Лаура.

– Зачем?

– У меня не было злого умысла… понимаете? Я не думала, что все так обернется. Снорри к тому времени уже совсем опустился. Его отцу прочили должность премьер-министра, а сынок был просто тикающей бомбой замедленного действия – рано или поздно он все равно разрушил бы карьеру Этлерта. Я лишь ускорила события.

– Для того чтобы премьерское кресло досталось Мартейнну?

– Да, но также и для того, чтобы спасти репутацию партии. Теперь мы находимся в очень сильной позиции: популярность Мартейнна на пике, и ему предстоит управлять страной еще много лет. А если бы премьером стал Этлерт, мы бы уже давно потеряли лидерство, – пробормотала Лаура.

– Цель оправдывает средства.

– Вот именно, – едва слышно сказала Лаура.

– Это вы донесли фальшивые слухи до Этлерта?

Покраснев, Лаура кивнула.

– А что же Снорри? Его убили! – Исрун невольно повысила голос. – Он погиб из-за того, что этот горемыка, Эмиль, считал его виновным в нападении на его невесту.

– Я не понимаю, как это могло произойти! – выкрикнула Лаура. – Мы… я прекратила все кривотолки, как только цель была достигнута и Этлерт покинул свой пост.

– Эмилю позвонил Ноуи, ваш приятель. Он поверил в ваши россказни, и ему не давала покоя совесть. Он хотел, чтобы Эмиль узнал правду. Не у всех такой железный характер, как у вас, – саркастично заметила Исрун.

– Вот черт! Значит, это Ноуи виноват в смерти Снорри. Если бы он держал язык за зубами…

– Боюсь, тут я с вами не соглашусь, – произнесла Исрун. – Почему вы приняли настолько важное решение за Мартейнна? Потому что верили в него или вас связывало нечто большее?

– Вас это совершенно не касается, – смутилась Лаура.

– И Мартейнн обо всей этой истории не ведал ни сном ни духом?

– Он не имел об этом ни малейшего понятия! – пылко заявила Лаура. – Это кристально честный человек. Мы же, его соратники, вынуждены время от времени принимать жесткие решения ради пользы дела. Вот и все.

– А как вы могли быть уверены, что Снорри не станет все отрицать?

– Он… ну, Мартейнн и Снорри были в те времена хорошими приятелями. Мартейнн знал – и рассказывал мне, – что Снорри мог пьянствовать неделями. Когда случилось это несчастье, он как раз находился в очередном запое. Я решила не упускать возможности: полиция никого не арестовала, так что ситуация играла нам на руку; по крайней мере, время на то, чтобы убедить Этлерта сложить полномочия, у нас было.

Исрун все меньше верилось, что за Мартейнном не было никакой вины, как это пыталась преподнести Лаура.

– А Снорри так и не узнал об этих слухах?

– Ну как же, насколько я понимаю, они обсуждали случившееся с отцом – об этом Мартейнн говорил. Снорри, естественно, не мог с точностью сказать, где находился в тот вечер. У него был провал в памяти. Он лишь уверял, что никому не причинял никакого вреда, хотя стопроцентной уверенности на этот счет у него не было. Этлерт не стал испытывать судьбу и немедленно ушел из политики. Ну и разумеется, были предприняты все меры, чтобы об этом деле не пронюхала полиция. Так что выиграли все: Этлерту уже все равно пора было задуматься о завершении карьеры, а Мартейнн пользовался не меньшей популярностью, и было очевидно, что в сложившихся обстоятельствах именно ему выпадет руководить народным правительством. Так все и случилось.

– Выиграли все? Снорри больше нет в живых.

– Но не я же его убила! – выкрикнула Лаура, а после секундной паузы сказала более сдержанно: – Вы расскажете об этом в новостях?

– Можете даже не сомневаться, – ответила Исрун, поднимаясь со стула.

– С должности уйду я. Мартейнн не имеет к этому никакого отношения.

Исрун заплатила за капучино и вышла из кафе, не сказав Лауре ни слова на прощание.

46

Исрун сидела в кабинете у главного редактора Марии, которая в тот субботний день выполняла также функцию выпускающего редактора.

– Ну рассказывай, – обратилась она к Исрун. – Что у тебя за эксклюзив?

– Вся правда о похищении ребенка, – не без гордости сообщила та.

Она уже успела подготовить репортаж, которому, несомненно, было обеспечено место в топе новостей.

Теперь уже было очевидно, что никакого интервью с премьер-министром не состоится: в последнюю минуту его администрация отменила встречу без объяснения причин, ограничившись лаконичным извинением от министерского чиновника. Лаура, вопреки своему обыкновению, от контактов со СМИ воздержалась.

– Что-то новенькое? – поинтересовалась Мария.

– Безусловно, –