Колдуны - Адам Нэвилл

Его дом заминирован. Maleficium.

– Ублюдки.

Том берет план и ищет следующий пункт.

* * *

«Но почему именно этот этаж?»

Он присаживается на корточки рядом с лестничным пролетом, куда доносится тихий голос Фионы и откуда треск древесины наверняка долетит вверх. Жена все еще читает Грейси. Вероятно, потому что их дочь не может уснуть или проснулась расстроенной.

Том смотрит на половицы в холле и пытается понять, как поднять их так же тихо, как это удалось ему на кухне и в гостиной. Те он почти уложил на место, а утром нужно будет закрепить их новыми гвоздями. Здесь доски длиннее и тяжелее.

Третье указание Блэквуда предписывает исследовать фундамент дома от главного входа до черного. Обширное пространство, где, как подозревает старый маг, скрывается еще один предмет, зараженный чарами Мутов. У Тома больше нет ни единой причины не верить старику. Но тут двухметровые доски, так что дыра получится серьезная. Настоящее ущелье.

Его предшественник отделал одну из стен холла и весь потолок по высшему стандарту. И заменил плинтус с таким мастерством, которому Том может только позавидовать. Если артефакт находится под досками на той стороне холла, то, возможно, придется снимать и плинтус.

«Черт».

Готовая половина первого этажа когда-то давала надежду, взгляд на будущие возможности. Если бы не отличный ремонт, который сделал покойный владелец, они бы никогда не купили этот дом. И, несмотря на множество проблем, в доме еще до их въезда имелся, по крайней мере, пол на первом этаже. Скоро не будет даже этого. Разрушая, Том чувствует, что движется назад, возвращается к руинам, которые собирался обратить вспять. Хорошо хоть не успел положить новый линолеум. Просто счастье. Хоть и небольшое.

Далекий голос жены напоминает Тому про ее последнюю фразу – предупреждение. Но действительно ли она уйдет и заберет с собой Грейси, если поймает его за поиском в доме заклятий? Фиона была очень расстроена.

Он не знает, но и ждать завтрашний день, когда девочки уедут, не может. Все эти мучения должны закончиться до того, как станет слишком поздно. Муты проникли в дом прошлой ночью, после полуночи. Снять чары – единственное средство для Тома предотвратить повторное вторжение соседей. Если какой-то спрятанный под полом предмет позволяет Мутам пробираться сюда в измененном виде, то поиск этой вещи вполне может стать вопросом жизни и смерти. Даже для Грейси.

«Моей малышки».

С самого ее рождения, когда воображение сбивалось с пути и рисовало худшую судьбу, которая способна выпасть на долю дочки, Том не мог решить, сумеет ли жить без нее.

Ему хочется плакать.

И тут неожиданная и отчаянная идея раскаляет его мысли до предела. «Что, если мы просто уйдем? Сейчас же? Сегодня вечером просто возьмем несколько сумок и уйдем? Выставим проклятую рухлядь обратно на рынок?»

Том уже почти вскакивает, готовый взбежать по лестнице и отдать приказ о немедленном отходе. Их собственный Дюнкерк или Галлиполи.

Едва он начинает обдумывать план побега, на него внезапно накатывает неприятное воспоминание о манекенах в трейлере. И его скоростной поезд надежды сходит с рельсов.

Отказ от дома не гарантирует безопасности. Мстительность Мутов, безусловно, простирается за пределы этих стен. Он вместе с семьей может немедленно сбежать отсюда и встретить ужасный конец в другом месте. Соседи раздают амулеты клиентам, которые живут и рядом, и вдали. Где бы ни применялись заклинания, они настолько действенные, что клиенты готовы задницы его соседям целовать в знак благодарности.

«Деревья, проклятые деревья». Если бы он не срубил деревья между участками, бегство могло быть вариантом. «Деревья, визг пилы и плач Медеи». Ее горе оборачивается возмездием. Даже Блэквуд боится Мутов. Это Том точно знает.

«Пол».

– Черт.

Сидя на корточках, он крутит в руках лом и поглядывает на лестничный проем. Не осмеливается работать молотком, поскольку это станет концом его брака. Но, если подождать, пока они уснут, затем украдкой поднять доски, а завтра утром заново прибить вскрытый кусок пола, пока девочки не сбегут вниз, собираясь в школу и на работу, тогда все может сойти с рук.

* * *

Тишину нарушают скрип и визг, с которыми из старого дерева выходят длинные гвозди.

Испытывая почти невыносимый страх, Том задерживает дыхание и прислушивается, не проснулись ли Фиона или Грейси.

Не уловив даже шороха постелей наверху, он медленно отрывает первую доску от балок и осторожно кладет ее плашмя на пол.

Том разбит. Пот высыхает и застывает по всей спине до самого копчика, однако, не теряя времени, Том опускается на колени и светит фонариком в углубление.

Паутина, опилки, обрывки газеты, неожиданно светлая половинка кирпича. Но ничего подозрительного.

«Дерьмо».

Стоя на второй половице, которая почти вдвое короче первой, Том вставляет кончик лома в стык. Наваливается всем весом и раскалывает хорошее дерево. Еще три рывка, и раскаленные шипы прожигают позвоночник Тома по всей длине, когда старая древесина стонет, а затем отгибается на несколько сантиметров.

Двигаясь вдоль половицы, он возится с остальными парами гвоздей. Высвобождает доску и открывает вторую полосу темноты под холлом.

На лестнице раздаются шаги.

Том замирает. Смотрит вверх.

Сквозь перила виднеются пижамные штаны Фионы. Затем она появляется целиком. Оглядывается, смотрит вверх и говорит с Грейси, которую не видно:

– Возвращайся в постель!

Дочка подчиняется, и по потолку разносится стук бегущих ножек. Том провожает этот звук взглядом и поворачивает мокрое, покрытое пылью лицо к жене. В ее чертах он читает печальную озабоченность и искорку жалости.

Фиона спускается. Проходит по нетронутой части передней, возле кухни и гостиной. Заглядывает во вторую и видит разломанный пол. Затем проверяет пол на кухне и возвращается к лестнице. Садится на нижнюю ступеньку, но ничего не говорит.

Том роняет лом. Бежит на кухню и возвращается с мертвой кошкой, завернутой в лист газеты, контуры окоченевшего зверька впиваются в кожу руки. В другом кулаке он сжимает ведьминскую бутылку.

Фиона отшатывается от мужа и его жутких артефактов.

Едва не задыхаясь от страшного волнения, Том бросает взгляд вверх по лестнице, чтобы убедиться, что Грейси там нет, затем поворачивается к жене.

– Они были под этими чертовыми полами. Там, где сказал Блэквуд. Мертвый кот. Ведьминская бутылка. Взгляни.

Вместо этого Фиона смотрит на дергающееся лицо Тома.

– Ты близок к тому, чтобы потерять все, но не унимаешься. Я не могу поверить, что ты все еще… Чего тебе непонятно? Я больше не могу этого выносить, Том. Просто не могу.

– Фи, вот поэтому последний