Стрела Гильгамеша - Наталья Николаевна Александрова

— А в чем дело?

— Боб залег на дно. И не пускает пузыри, чтобы его по ним не засекли.

— Почему? Что случилось?

— Это он сам расскажет. Он просил вас прийти. Прямо сейчас.

— Хорошо, я приду, только оденусь…

— Я вас провожу.

— Спасибо, но уж как-нибудь найду дорогу. Я у него много раз была.

— Нет, он в другом месте. Та его берлога спалилась.

Накануне Боб привычным жестом закинул в рот горсть орехов, добавил к ним печенье, захрустел и поднес к глазам чип, который дала ему Надежда Николаевна. Воспользовавшись увеличительным стеклом, он разглядел длинную цепочку цифр, букв латинского и греческого алфавита и других знаков. Тогда он включил самый мощный из своих компьютеров и ввел в него один за другим все эти знаки.

Компьютер на мгновение притих, потом по экрану побежали ровные ряды цифр. Строки бежали все быстрее и быстрее, и скоро от их мелькания у Боба зарябило в глазах. Он несколько секунд удивленно следил за экраном, но потом опомнился и попытался остановить процесс.

Компьютер, однако, не слушался управления. Цифры на экране слились в сплошное мерцающее облако, и вдруг из системного блока повалил дым.

— Пипа суринамская! — с ужасом выпалил Боб и бросился выключать из сети все системники и приборы.

Он метался по подвалу, спотыкаясь о провода и выдергивая вилки из розеток, и через несколько минут в его офисе наступила небывалая тишина. Однако к этому времени едва не половина приборов и устройств уже вышла из строя.

Боб смотрел на безвозвратно погибшую технику со смешанным выражением — с испугом, отчаянием и в то же время с каким-то странным восторгом, с каким смотрит человек на поток вулканической лавы, уничтоживший его дом, с мистическим восторгом, какой вызывают у нас проявления беспримерного могущества стихии.

Час спустя он подкараулил во дворе Димку и поманил его пальцем.

Парнишка стремглав бросился к своему кумиру и выпалил:

— Боб, а я тебе писал в мессенджере, но ты не ответил…

— Тсс! — прошипел Боб. — Не пиши мне и не звони, все мои контакты забудь. Сбегай к той тетке, которую ты ко мне привел, к своей соседке… ну, которая приносила такое вкусное печенье…

— К тете Наде…

— Вот-вот. Приведешь ее туда, где я пережидал неприятности в прошлом году, ну, помнишь, когда на меня наехали люди Паука.

— Помню, само собой!

— Вот, приведи ее туда.

Димка бросился выполнять приказ, а Боб напоследок крикнул ему в спину:

— И не пользуйся никакой электроникой!

— Прежняя берлога Боба спалилась, — повторил Димка с удовольствием от причастности к важным делам и событиям. — Он теперь на запасной площадке, я вас туда провожу. Только, тетя Надя, скорее — дело срочное, не терпит этих… отлагательств!

Надежда, заинтригованная, быстро оделась и отправилась вслед за Димкой. В кондитерский магазин она не пошла, рассудив, что обстоятельства не вполне подходящие.

Димка провел ее через два проходных двора и привел в третий, посреди которого возвышался круглый холм, покрытый густой пожухлой травой.

Надежда время от времени замечала в окрестных дворах такие холмы. Кто-то рассказал ей, что под ними скрыты бомбоубежища системы гражданской обороны, построенные еще во времена Карибского кризиса, но она как-то об этом не задумывалась.

Но сейчас Димка направился именно к этому холму. Обошел его и остановился возле заржавленной металлической дверцы. Оглянувшись и удостоверившись, что рядом нет никого, кроме Надежды Николаевны, постучал в дверцу условным стуком — три сильных удара, два послабее, потом снова три сильных.

Ничего не произошло.

Димка повторил серию ударов в той же последовательности.

На этот раз дверь надсадно заскрипела, приоткрылась, и из-за нее донесся хриплый недовольный голос:

— Ты что стучишь, что стучишь? Я вот тебе сейчас по голове постучу, будешь тогда знать!

— Дядя Лимонадыч, это я, Дима, я к Бобу пришел! — выпалил парнишка в дверной проем.

— Какой я тебе Лимонадыч? — проговорил голос из двери. — Я — Артур Леонардович! Трудно запомнить, что ли? Кажется, самое обыкновенное имя!

— Трудно…

— А насчет Боба… Не знаю никакого Боба, и Гороха не знаю…

Откуда-то из глубины холма донесся приглушенный голос:

— Лимонадыч, пусти их! Это ко мне!

Дверь открылась.

На пороге стоял приземистый дядечка лет шестидесяти, похожий на гнома из сказки про Белоснежку. У него на носу криво сидели круглые металлические очки.

— Кто такие? — строго осведомился, оглядев пришельцев с ног до головы. — Какая у вас форма допуска?

— У меня лично вторая… — машинально ответила Надежда, вспомнив свое прошлое в научно-исследовательском институте.

— Вторая — это хорошо, — благосклонно проговорил гном. — Со второй я вас допускаю. А вот у этого молодого человека форма имеется?

— Имеется, имеется, все у него имеется! — донесся из-за спины гнома голос Боба. — Пропусти уже их, Лимонадыч, не выделывайся!

— Лимонадыч, Лимонадыч… — проворчал гном. — Трудно, что ли, запомнить — я Артур Леонардович…

Тем не менее он отступил в сторону, пропуская Надежду и ее малолетнего спутника.

Они вошли и оказались в длинном полутемном коридоре, по потолку которого были развешаны тусклые лампочки в колпаках из металлической сетки.

— Идите вперед, никуда не сворачивая! — напутствовал гном.

Надежда пошла и вскоре оказалась перед лестницей, ведущей куда-то вниз.

Поскольку других вариантов не было, она стала спускаться. Димка поспешал за ней.

Спустившись по лестнице до конца, они оказались в большой квадратной комнате, на стенах которой висели выцветшие плакаты, объяснявшие, как следует вести себя в случае радиоактивного заражения местности.

Еще возле стены были разложены несколько прорезиненных балахонов — комплекты химзащиты.

Из-под потолка донесся искаженный динамиком голос Артура Леонардовича:

— Прежде чем войти в защищенную зону, наденьте костюмы химзащиты!

— Вот это? — Надежда с ужасом взглянула на прорезиненный балахон.

— Да не слушайте вы его! — проворчал Димка.

— Не слушайте Лимонадыча! — повторил за ним голос Боба из второго динамика. — Заходите ко мне!

Надежда оглядела комнату и нашла в дальней стене дверь со штурвалом на ней, больше похожую на те, какие бывают на кораблях и подводных лодках.

Димка на правах старожила подскочил к железяке и несколько раз повернул ее.

За первой дверью обнаружилась еще одна такая же. Надежда хотела было открыть ее, но Димка проговорил:

— Тут шлюзовая система, проход не откроется, пока мы не закроем первую.

— Ничего себе!

Надежда закрыла первую дверь, и тогда Димка открыл вторую.

Они вошли в большую, ярко освещенную комнату, посредине которой в неудобном старом кресле сидел Боб.

— Ну, Надежда Николаевна, страшное дело! — приветствовал ее Боб. — Такие силы задействованы — мама не горюй! Всю технику мне перепортили!

— Ой, извини, — испугалась Надежда, — я не