Рубиновое наследство - Марина Серова

Мужчина засмеялся. Громко. Раскатисто. После чего ладонь вернулась на кружку.

– Этот парень тот еще заноза, правда? Я не собираюсь вдаваться в подробности хитросплетений наших отношений. Лишь скажу, что я всегда считал его слишком проблемным, но он же такой яркий и харизматичный, клиенты сами за ним бегать готовы. Теперь вместе с полицией.

– Вы боитесь, они придут и за вами? Только не говорите, что собираетесь меня нанять, чтобы его устранить. – Я фыркнула. Мне не впервой во время дела слушать попытки преступников переманить меня на свою сторону. Как будто я собираюсь заниматься их грязной работой.

– Я не собираюсь вас во что-либо ввязывать. Я не Марсель, я веду спокойную, тихую жизнь. И в отличие от него мне есть чем рисковать. Но раз уж из всех людей, подсказку к которым вы могли найти, судьба привела вас именно ко мне, то так уж и быть. Решайте сами, что дальше делать с этой информацией.

Он протянул мне лист, вырванный из блокнота, после чего удалился вслед за женой. Я осталась одна в полном недоумении. Если бы я начала бегать за каждым безумцем, которого повстречала на протяжении этого дела, то обеспечила бы себе кругосветное путешествие до скончания времен.

Глава 52

Покинуть Шотландию оказалось куда сложнее, чем Францию. В нужное мне место самолеты каждый день не летали, так что на уик-энд я оказалась запертой на острове, на котором так и ожидаешь встретить приз-рака.

Глупо было предполагать, что я действительно смогу расслабиться, пока надо мной нависает незаконченное дело. К вечеру воскресенья карта города отпечаталась в моей голове до последней церквушки. И как бы это ни было иронично, но в конце концов дорога вновь привела меня к дому Абердина. Даже смотреть в его сторону не буду, просто сокращу путь через кладбище. От парка меня отделяли высокий забор со скрипучей калиткой и старые кресты, покосившиеся на сырой, покрытой мхом земле. На полпути глаз зацепился за бледную фигуру, чье лицо закрывали длинные черные волосы. Женщина дернулась, резко подскочив с лавки в мою сторону.

– Зачем вы вернулись?

Глубокие черные глаза внимательно изучали мое лицо. Как же ее зовут? О ней совсем не было информации на форумах.

– Простите, я не хотела вас потревожить. Я и не думала вторгаться в ваш дом.

Только не говорите, что эти двое зачем-то владеют полузаброшенным кладбищем.

– Осака? – Точно. Этот город мелькал в информации о нескольких компаниях, которыми владеет ее муж. Судя по вскинутым бровям, я оказалась права. Она подошла вплотную, оказавшись такой крошечной и хрупкой, совершенно чужой среди людей, которые украшают свои дома пистолетами.

– Вы меня не беспокоите. Я знаю, зачем вы приехали к моему мужу. А еще я знаю, какое учебное заведение окончили, на кого работали и где сейчас живет ваш отец.

Все это было сказано с максимально нейтральным выражением. Зато у меня лицо исказилось в ту же секунду. Ладно, первый вопрос, сейчас такие вещи легко проверяются, да и на второй можно ответить, имея достаточное количество связей. Но вот последний. В нем сомневалась даже я сама.

– Видимо, вы решили, что я здесь на роли хорошенькой, симпатичной мордашки. Не стоит недооценивать людей только из-за безобидной внешности. Думаю, Марселю тоже бы стоило усвоить этот урок.

Из кармана широкого пальто показался кинжал, очень похожий на тот, который и привел меня в это дождливое место. Только здесь центральной темой в гравировке и вышивке стали японские журавли. Оружие легло в мою ладонь. Оно было идеально сбалансированным, словно его изготовили специально под мои пропорции.

– Я не буду покупать ваш товар. Мало ли, откуда вы его взяли.

– Это подарок. Я сама его изготовила. От первого чертежа до последней жемчужины на крыльях. Абердин – скорее лицо нашей компании. В нем видят человека, которому можно доверять. Я вас понимаю. Женщинам тяжело в бизнесе. Нас часто не воспринимают всерьез, если наше дело не в выпечке тортов или пошиве платьев.

– Женская солидарность?

– Называйте как хотите. Но не забудьте про мою личную неприязнь к вашей цели.

Спасибо, конечно, этой странной семейке за помощь, но мне стоило изрядного количества нервных клеток подготовить документы на их игрушку менее чем за сутки до вылета. В перерывах я едва успевала писать тете Миле отчеты о моем путешествии, не забывая опускать детали, которые ей лучше было не знать.

Поездка выдалась долгой. На место я прибыла уже поздним вечером. Город этот был чудным. Удивительный микс из построек самых разных эпох: от средневековых соборов до современных многоэтажек. Людей здесь жило не так много, где-то три сотни тысяч человек, поэтому место выглядело спокойным, а по ночам даже немного безжизненным.

У меня никак не получалось представить Марселя в этом антураже. Ему нужны помпезность, роскошь, а самое главное – общество, которое будет им восхищаться.

На дороге выделялись редкие квадраты света, исходящие из окон жилых домов. Под ногами лениво расползался туман. Обычно я надеюсь застать цель врасплох, но в этот раз хотелось бы верить, что Марсель теперь потерял всякий сон. Как-никак его объявили в розыск за контрабанду и экономические преступления. Другой вопрос в том, что меня ждет в несколько раз увеличенная охрана.

В голове постоянно вертелись мысли о тайных агентах, уже спешащих рассказать о моем прибытии. Оставалось лишь вслушиваться в каждый звук и держать себя в руках. Единственным место поблизости, куда можно было заселиться посреди ночи, оказался хостел, в котором еще и пришлось будить администратора. Спать я, конечно, не собиралась, но нужно было где-то оставить рюкзак и перепроверить снаряжение: фонарик на пояс, патроны в револьвер, нож в скрытый карман. Незачем здесь задерживаться.

Дом представлял собой старый особняк, окруженный лишь непроглядным лесом, пробираться сквозь который приходилось практически на ощупь. По крайней мере, в этот раз точно не придется беспокоиться о случайных пострадавших.

Я ожидала увидеть целую группу захвата еще на подходе, но меня встретил лишь шелест крыльев случайно разбуженных птиц. Благодаря очкам ночного зрения удалось высмотреть камеры по всему периметру, вероятнее всего, датчиков