Одной смерти мало - Наталья Александрова

– Извини, – проговорила она, вклинившись в стрекотание Антонины, – мне нужно кое-куда отлучиться…

– Куда? – спросила та, удивленно подняв брови. – В туалет? Ну ладно, я тебя подожду, ведь мы еще не договорили…

Надежда проскользнула между двумя девушками, наряженными сфинксами с Египетского мостика, и устремилась в коридор, где виднелась дверь с женским силуэтом.

Правда, перед этой дверью выстроилась огромная очередь. Вот так всегда – офис огромный, а туалет один.

Надежда оглянулась.

Антонина Семизарова караулила ее перед выходом.

Тут Надежда заметила одну из Ростральных колонн. Придерживая корабельный нос из папье-маше, одетая колонной девушка куда-то шла по коридору.

«Ага! – сообразила Надежда. – Наверняка она знает, где здесь есть служебный туалет!»

– Надя, ты куда? – Чертова Антонина углядела-таки Надежду.

Надежда метнулась за угол, опасливо оглянулась и устремилась вслед за «колонной».

Свернув во второй по счету коридор, девушка поднялась по узенькой металлической лесенке и вошла в неприметную дверь.

Надежда последовала за ней и действительно оказалась в туалетной комнате.

«Колонна» стояла перед зеркалом, пытаясь снять шляпу, увенчанную красным плюмажем.

– Давай, я помогу! – предложила Надежда свои услуги.

– Спасибо, – пропыхтела девушка. – Не представляете, до чего неудобная шляпа… Это вы? Что вы здесь делаете?

Надежда удивленно заморгала, сняла наконец шляпу и уставилась на ее обладательницу.

Это была Вера.

– Я-то сюда с мужем пришла, а вот ты как здесь оказалась? – проговорила Надежда, оправившись от удивления.

– Я? – Вера замялась. – Да я вообще-то случайно… Дашка попросила ей помочь… Дашка, соседка моя… ну вы же ее помните, она еще покойную Лидию изобразила!

– Да помню, конечно… хорошая девка, бойкая…

«Не в пример некоторым», – подумала Надежда и выразила эту мысль на лице, однако Вера не заметила. Или сделала вид.

– Ой, – спохватилась Вера, – мне пора обратно, снова колонной работать… Дашка меня, наверное, обыскалась…

С помощью Надежды она пристроила на прежнее место картонную шляпу и осторожно выплыла в коридор, придерживая корабельные носы.

Надежда Николаевна последовала за ней.

Спустившись по лесенке, Вера и Надежда прошли по безлюдному коридору, свернули за угол.

– Куда-то мы не туда зашли, – проговорила Надежда, оглядываясь. – Я здесь не проходила. Какие-то трубы, провода…

– Да, вроде мы прошли нужный поворот, – согласилась Вера.

Женщины вернулись, дошли до развилки коридоров. Вера задержалась, поправляя накренившуюся шляпу, Надежда завернула за угол… и замерла на месте: навстречу ей трое людей в черном волокли вяло упирающегося Кирилла. У Кирилла был подбит глаз, разбиты губы, полуоторван воротник рубашки. Увидев идущую навстречу женщину, он вдруг истошно завопил, указывая на Надежду Николаевну:

– Она! Это она у них главная! Она мертвую Лиду ко мне в квартиру привела! Она Веру прячет! Держите ее!

Люди в черном переглянулись. Старший мигнул одному из своих подчиненных, и тот шагнул навстречу Надежде.

Надежда резко развернулась и бросилась наутек. Наткнувшись за углом на Веру, она крикнула:

– Бежим!

Вера, не задавая никаких вопросов, устремилась за ней. При этом от ее костюма оторвался один из корабельных носов и упал под ноги выбежавшему из-за угла преследователю. Тот споткнулся и упал, что дало убегающим женщинам несколько секунд форы.

Пробежав по коридору до следующего поворота, они свернули за угол и налетели на «памятник Екатерине».

– Ты куда пропала? – пробасила «императрица», поймав Веру за край одежды. – Наши все в зале…

– Спрячьте меня, государыня! – вскрикнула Надежда. – За нами гонятся какие-то бандиты!

– Давай сюда! – «Императрица» приподняла край своей пышной юбки, Надежда юркнула под нее и затаилась. Под юбкой было темно, душно и пыльно, и у Надежды сразу зачесалось в носу.

Едва «Катерина» поправила юбку, из-за угла выбежали двое людей в черном. Их глазам предстала странная картина: посреди коридора возвышался памятник великой императрице, рядом с ним неподвижно застыла Ростральная колонна.

– Эй, мужики, – проговорила «императрица» мужским голосом, – закурить не найдется?

– А ты тут тетку в зеленом костюме не видел? – осведомился один из боевиков, протягивая «памятнику» пачку сигарет.

«Сам ты зеленый! – возмущенно подумала Надежда. – Этот костюм оливковый! Впрочем, для мужчины что зеленый, что оливковый…»

Додумать эту мысль она не успела, потому что от пыли в носу зачесалось просто невыносимо, и она громко чихнула.

– Это что такое?! – Человек в черном задрал юбку императрицы.

– Что вы себе позволяете? – заверещал «памятник». – Хам!

– Да вот же она!

Надежда на четвереньках выбралась из-под юбки, попыталась улизнуть, но один из преследователей ухватил ее за воротник. «Ростральная колонна» попыталась помочь подруге, но силы были явно неравны, и через несколько минут «люди в черном» уже вели обеих авантюристок по служебному коридору.

Их втолкнули в просторный кабинет.

В углу уже стоял с мрачным видом побитый Кирилл. За большим письменным столом сидел крупный, внушительный мужчина средних лет с пышной седой шевелюрой. За его спиной стоял молодой человек в кашемировом свитере и модных узких очках.

Седовласый удивленно взглянул на вошедших:

– А это что за маскарад? Кого вы привели?

– На всякий случай! – доложил один из сопровождающих. – Они убегали…

– Это та женщина, о которой я говорил! – вскинулся Кирилл, уставившись на Надежду Николаевну.

– А вторая?

Сопровождающий ловким движением снял с Вериной головы маскарадную шляпу.

– Да это же она, Вера! – завопил Кирилл. – Я говорил вам, что она жива! Это она, она украла ваши деньги!

– Врет! – возразила Вера. – Они с Лидией подставили меня! Они украли деньги, а меня хотели убить…

– Отчего же не убили? – холодно осведомился седовласый.

– Случайно… – Вера шмыгнула носом, вспомнив свои жуткие похождения.

Седовласый внимательно оглядел женщин и проговорил:

– Ну что ж, сейчас вы мне расскажете свою версию событий, и мы посмотрим, какая из них достовернее…

– Я так понимаю, что вы – Иван Васильевич Елисеев? – осведомилась догадливая Надежда.

– Правильно понимаете, – подтвердил седовласый. – Меня нетрудно узнать. Итак, жду ваших объяснений…