Осторожно, тетя! - Наталья Александрова

– Разберемся, Жетон, – проговорил подполковник, – разберемся! Боюсь, ты опять вывернешься, выйдешь сухим из воды… ну, да это суд решит. Мое дело – всех задержать и предоставить материалы… Ну-ка, Ананасов, на него тоже надень браслеты!

– Это просто черт знает что такое! – возмутился Георгий Нахапетович. – Вот и помогай людям после этого!

Калерия Ивановна, сохраняя достоинство, не произнесла ни слова, только окинула незадачливого типа в бакенбардах убийственным взглядом. Зато на подполковника Хохленко она поглядела так нежно, что даже капитан Ананасов умилился. Хохленко улучил минутку, чтобы перекинуться с Калерией Ивановной парой слов, и получил горячую благодарность за ее спасение.

Все это время Лёня Маркиз отсутствовал. Он ошивался поблизости, ожидая, когда же милиция убудет восвояси, встречаться с ними никак не входило в его планы.

Вскоре милиция покинула особняк покойного Анатолия Евгеньевича, уведя всю толпу подозреваемых. Тетя Каля по наущению Лолы сказала, что хочет еще немного побыть здесь, и Лола с Маркизом составили ей компанию.

Калерия Ивановна переходила из комнаты в комнату и удивленно оглядывалась по сторонам.

– Ну это ж надо… – повторяла она вполголоса, – ну это ж прямо удивительно…

– Тетя Каля, что это тебя так удивляет? – не выдержала наконец Лола.

– Та дом этот… это же просто удивительная история!

– Да что с ним, с этим домом?

– Так ведь просто точь-в-точь как мой черноморский дом! Ну вот тютелька в тютельку! Все комнаты, все лестницы на тех же местах, каждая дверь… Прямо будто домой попала!

– Ничего удивительного, – включился в разговор Лёня, – ведь оба дома строил Анатолий Евгеньевич! Вот и построил по одному и тому же проекту… Видимо, так уж ему нравилось.

– Только вот тут, – проговорила тетя Каля, в растерянности остановившись перед глухой стеной, – в моем доме здесь дверь, и за ней комната небольшая, там Анатолий кое-какие книжки держал, называл – маленький кабинет, а Степан Тимофеевич инструменты разные в ней складывал…

– Да что вы говорите? – Маркиз неожиданно заинтересовался, огляделся по сторонам, шагами измерил комнату и вдруг поспешно вышел из дома.

Через несколько минут он возвратился и сказал:

– Я посмотрел, снаружи эта часть дома заметно больше, чем внутри, тут действительно должно быть еще одно помещение.

– Как интересно! – У Лолы тоже загорелись глаза. – Здесь тайник! – Она подошла к стене и начала ее простукивать. – Вроде никаких щелей нет…

– Ну уж и тайник, – недоверчиво проговорила тетя Каля. – Зачем бы это Анатолию тайник понадобился?

– Ну а что? – Маркиз тоже подошел к стене. – Он бизнесом давно занимался, наверняка были в доме ценности и важные документы. Кроме того, вы же видели его семейку? Только из-за них имело смысл в доме тайник устроить!

– Ну и где ж тот тайник? – с прежним недоверием поинтересовалась тетя Каля.

– Где он – понятно, – протянул Лёня, – а вот как в него попасть?.. Не ломать же стену… Тем более, что она вполне может быть бронированной. Ладно, – Лёня отступил от стены, – голыми руками здесь ничего не сделаешь, позвоню Уху, попрошу, чтобы привез инструменты.

Он подошел к столику с телефоном и снял трубку.

– Молчит… – протянул задумчиво и вдруг повернулся к тете Кале: – Калерия Ивановна, Анатолий, ваш второй муж знал номер вашего телефона в Черноморске?

– А как же ж? Это ж и его телефон был!

– Ну-ка, скажите мне этот номер!

Тетя Каля назвала ему шестизначный номер. Лёня набрал его на диске телефона, и вдруг стена комнаты, которую они перед тем безуспешно простукивали, плавно отъехала в сторону, открыв еще одно небольшое помещение без окон.

– Лёня, ты гений! – восторженно воскликнула Лола. – Как это пришло тебе в голову?

Лёня молча показал на телефонный провод, который уходил в стену комнаты-сейфа.

– Ну это ж надо, какая хитрость! – проговорила тетя Каля, подходя к тайнику. – И как это он так жил, что от семьи таился!

– Ну, вы же видели эту семью, – отозвался Лёня.

Он подошел к дверному проему, заглянул внутрь, нашел выключатель и включил в тайной комнате свет.

В небольшой комнате стоял стол с выдвижными ящиками, вращающийся стул и шкаф с картотекой. Лёня выдвинул верхний ящик стола и увидел конверт, на котором было от руки крупно написано: «Калерии».

– Видите, как он в вас верил, – сказал Лёня, – верил, что вы догадаетесь про тайник.

– Что ж тут сложного? – удивилась она. – Дома-то одинаковые…

Лёня молча протянул конверт тете Кале, но та неожиданно отступила на шаг и махнула рукой:

– Прочитай сам… я не могу…

Маркиз удивленно взглянул на эту железную женщину и увидел в глазах у нее какое-то совершенно незнакомое выражение и чуть ли не слезинки.

Разорвав конверт, он громко прочитал:

– «Калерия, раз ты читаешь это письмо, значит, меня уже нет и ты смогла справиться с моей новой родней. Я всегда в тебя верил. И вообще, последнее время я все чаще вспоминаю время, которое провел с тобой в Черноморске, и думаю, что это было лучшее время в моей жизни…»

Лёня услышал подозрительный звук, похожий на шипение и клекот, какие издает иногда неисправный водяной насос. Он оглянулся на тетю Калю и увидел, что та достала огромный клетчатый платок и тихо всхлипывает. Стараясь не смущать женщину неуместным сочувствием, Лёня продолжил:

– «Моя последняя женитьба оказалась большой ошибкой. К сожалению, что-то менять уже поздно, да и ты вряд ли простила мне мой уход…»

– Я простила! – сквозь всхлипывания воскликнула тетя Каля. – Я все тебе простила!

– «По крайней мере, я оставлю тебе значительное состояние. Зная тебя, зная твой сильный характер, я не сомневаюсь, что ты сможешь справиться с управлением компанией и возьмешь ее в свои сильные руки…»

– Мне ничего не нужно, Толенька! – вскрикнула тетя Каля, прижав свои вышеупомянутые сильные руки к бурно вздымающейся груди.

– «Тем более, – продолжал читать Лёня, – что тебе поможет мой юрист Вячеслав Кондратьев, очень надежный и знающий человек. Письмо к нему в этом же конверте, а самое главное – во втором ящике стола документы на передачу тебе акций компании. Ты должна немедленно подписать эти документы, только с твоей подписью они вступают в силу и не могут быть никем оспорены…»

Лёня отложил письмо и выдвинул второй ящик стола, где лежала кожаная папка с документами на гербовой бумаге.

– Подожди, – еле слышно проговорила тетя Каля, – дочитай письмо! Разве там больше ничего не написано?

– Ничего, – отозвался Лёня, – только подпись: «Любящий тебя Анатолий».