Дом с привидением - Анна Михалева

— Я только переоденусь, — Сашка отворила дверь своей комнаты.

Павел все еще держал ее за руку. Во взгляде его было что-то странное, что-то напоминающее о недавнем поединке, какие-то затухающие и слабо вспыхивающие искры чувств, которые он хотел утопить в притворной нежности, обращенной к ней. Она видела, как он старается изо всех сил скрыть то, что рвется из него наружу. Старается, и, может быть, впервые за все время их знакомства у него это не получается. На краткий миг, пока он еще не совладал с собой окончательно, Сашка успела прикоснуться к его обнаженной мягкой душе, которую он столь тщетно таил под панцирем холодной невозмутимости. И это прикосновение напугало ее. Она не поняла его и осознала, что никогда не поймет. Он другой. Он не такой, как Серега, отец или она сама, словно он и не человек вовсе. Но кто он?

«Тайна, — вспомнилось ей пророчество Ко Си Цина, и она почему-то добавила от себя, — страшная тайна…»

— Вообще, хорошо бы уехать прямо сейчас, — пролепетала она отяжелевшим языком, — очень не хочется еще раз сталкиваться с Серегой.

— С Серегой? — донеслось издалека, прозвучавшее как: «А кто это?»

Она робко повела плечом:

— Тебе понравилось драться с ним?

— Я не дрался с ним…

С этим трудно было спорить. Сашка попятилась в комнату. Павел уверенно шагнул следом за ней.

— И все-таки, лучше бы вам… — Тут она повернула голову и замерла на полуслове.

Комната имела такой вид, словно через нее прошел ураган разрушительной силы: створки шифоньера распахнуты, ящики комода выдвинуты, кровать и та перерыта чьей-то торопливой рукой. На полу вперемешку валялись вещи, подушки, книги и бумаги.

— Кошмар! — выдохнула Сашка и инстинктивно прижалась к Павлу, ища защиты непонятно от чего. Видимой опасности не наблюдалось, но ей все равно стало страшно. Ее мир — тихий, скрытый, как в раковине, в стенах родной комнаты — кто-то разрушил в одночасье и превратил стройный порядок ее жизни в хаос. Впрочем, жизнь всех обитателей многострадального дома уже с неделю не что иное, как хаос. Чего же удивляться, что все бушевавшие страсти материализовались в обыкновенный бытовой беспорядок.

— Нужно хоть иногда прибираться, — усмехнулся Павел, обнимая ее и прижимая к себе покрепче.

— Прибираться… — растерянно повторила она. — Боюсь, что уборкой тут не ограничится. Уж легче в другую комнату переселиться.

— Интересно, в других комнатах то же самое? — как бы невзначай спросил Павел, скорее всего подумав о собственном жилище.

Ответили ему тут же. Но это была не Сашка. Из другого конца коридора взвыла Виола:

— Это что такое?!

Видимо, она тоже только что вошла в свою комнату.

— Понятно, — Павел кивнул и прикрыл дверь. — Пусть они пока сами разбираются.

— Не будем им мешать? — Сашка почувствовала, что колени ее начинают предательски слабеть, а губы расползаются в дурацкой, неестественной улыбке. Ей не было весело, она вообще не могла определить, что чувствует. Но чувство это стремительно поглощало все ее сознание, заставив подчиниться чужой воле. Ее руки потянулись к Павлу, скользнули по спине и обвили его теплую шею. Она успела удивиться той проворности, с которой ее пальцы умудряются перебирать его чуть влажные волосы. А после она уже ничему не удивлялась. Она перестала соображать, потому что губы его — горячие и мягкие — приникли к ее губам, а его ресницы щекотнули ее щеки… словом, мысли исчезли и более ее не тревожили.

* * *

Аркадий Петрович глубоко вздохнул и прислушался. Далеко, где сосновый бор переходил в обыкновенный, лиственный лес, щебетали птицы. Их радостный гомон, предшествующий закату и смене жары на прохладные сумерки, наполнял ветер легкой музыкой. А в беседке было все еще душно, пруд сонно испарялся.

— Почему никто не купается в бассейне? — Аркадий Петрович удивленно вскинул бровь.

— Ну… — майор Ляпов усмехнулся, неумело скрывая неловкость, — еще мало времени прошло с того, как… в общем, вам известны обстоятельства…

— Александра очень любила загорать там с друзьями, — Мамонов снова вздохнул.

— Бассейн наполнили водой, но к нему никто и близко не подходит. А кроме того, я уведомил охрану…

— Послушайте, — Аркадий Петрович резко повернулся к Ляпову, — неужели вам самому не противно говорить таким языком? «Известны обстоятельства», «уведомил охрану»… Тьфу! Вы б еще «с» добавляли, — он усмехнулся и снова передразнил: — Ах, позвольте-c… Попробуйте разговаривать по-человечески.

Ляпов, к концу его речи совсем растерявшийся, вдруг выпрямился и вяло усмехнулся:

— Не могу-с, — он нажал на последнюю «с», — меня уже на пороге вашего дома пот прошибает-с.

— Ох, оставьте, — устало отмахнулся Мамонов, которому шутка явно понравилась. — Лучше скажите, как ваши дела продвигаются.

— Позвольте заметить, что продвигаются ваши дела, отнюдь не мои, — Ляпов снова улыбнулся.

— И куда мы все движемся? В бездну, я полагаю?

— Ну, зачем же так уныло? — майор принялся с интересом разглядывать ствол ближайшего дерева. Продолжил он бесцветно и тихо, словно вспоминал вслух давно прошедшие малопримечательные события. — Вы просили выяснить, не угрожает ли что-нибудь вашей сестре Виктории Петровне. На сегодняшний день я пришел к выводу, что ей ничего не грозит.