Крепость королей. Расплата - Оливер Петч

— Рад за вас, — перебил его Матис. — Но мы здесь не для того, чтобы восхищаться церквями, а хотим разгадать тайну. Так что идемте-ка внутрь и посмотрим, кто сможет нам помочь.

Он пересек площадь и толкнул створки низкого портала. Те со скрипом подались внутрь.

Агнес вошла в церковь и зябко поежилась. После полуденного зноя внутри оказалось на удивление прохладно. Свет едва пробивался сквозь дорогие разноцветные витражи, и центральный неф, утопающий в полумраке, производил едва не гнетущее впечатление. На высоте примерно четырех шагов тянулась оштукатуренная галерея. Своды покоились на подкосах и были искусно украшены изображениями различных святых. От апсиды с восточной стороны вглубь спускалась лестница. Снизу доносился размеренный шорох. Путники подошли к ступеням, и взорам их открылась крипта, посреди которой в окружении колонн стоял саркофаг на пьедестале. Монах в простой рясе бенедиктинца подметал перед ним пол.

— Гробница святого Гоара, — прошептал Мельхиор. — Святейшее из мест, мы не можем просто пройти мимо. Давайте взглянем на нее.

Менестрель знаком велел следовать за собой. Он спустился по ступеням и, встав перед монахом, прокашлялся.

— Dominus vobiscum[16], — пробормотал старик, не прерывая своего занятия. Лицо его скрывал капюшон.

— Et cum spiritu tuo[17], — ответил Мельхиор. — Простите, что помешали, почтенный. Мы проделали долгий путь, чтобы посетить это место.

Тут монах остановился и поднял голову. Из-под капюшона сверкнули дружелюбные умные глаза, слишком юные для изборожденного морщинами лица. Но внимание привлекали его кустистые брови, которые в полумраке походили на живых, мохнатых гусениц. Он мягко улыбнулся и произнес:

— В таком случае вам повезло. Вообще-то сегодня крипта закрыта — мы готовим ее к празднествам в день святого Гоара. — Он вздохнул. — Но я, видимо, снова забыл запереть церковь. Однако раз уж вы здесь… — Он обвел рукой надгробие, увенчанное тяжелой каменной плитой. — Можете оказать святому необходимые почести. Это не займет много времени.

Агнес взглянула на плиту с рельефным изображением монаха.

— Это святой Гоар? — спросила она.

Старец кивнул.

— Он пришел в эти места, когда римляне неспешно возвращались после покорения других народов. Вероятно, он уберег от гибели немало судов. Кроме того, со своей родины в Аквитании Гоар принес в Пфальц виноградную лозу, — он хитро улыбнулся. — Не самое ничтожное из его благодеяний, хотя сам Гоар жил отшельником и предпочитал чистую рейнскую воду. В этой крипте находилась его пещера. Когда он умер, его последователи построили над ней небольшую церковь. Потом — еще больше, и…

— Простите, святой отец, — рядом с Агнес прокашлялся Матис. — Это все очень интересно. Но вообще-то мы ищем кого-нибудь, кто помог бы нам в одном чрезвычайно важном деле.

— Было бы весьма полезно поговорить с настоятелем этой обители, — добавил Мельхиор. — Может, вы знаете, где нам найти декана?

— Декана? — старый монах вскинул кустистые брови. — И зачем вы его ищете, позвольте спросить?

— Мы проделали сюда долгий путь, святой отец, — вмешалась Агнес. — Мой бывший исповедник говорил, что в Санкт-Гоаре я, возможно, получу ответ на вопрос, который издавна меня мучает.

Монах тихо рассмеялся.

— Многие ищут ответы на свои вопросы, — сказал он затем. — При этом истинный ответ всегда звучит одинаково: Господь. Не обязательно было идти за этим в Санкт-Гоар.

Матис беспокойно переступил с ноги на ногу.

— Послушайте, святой отец. Сейчас не время для наставлений. Перед вами графиня фон Шарфенек, и мы сопровождаем ее в долгих, нелегких поисках, которые привели нас в Санкт-Гоар, — он показал на Мельхиора и на себя. — Мельхиор фон Таннинген — странствующий рыцарь, а я — простой оружейник. Мы пришли из пфальцской крепости Трифельс, расположенной далеко на юге…

Глаза старца вдруг сузились в тонкие щелочки.

— Из Трифельса? — спросил он недоверчиво. — Уж не тот ли странный человек вас послал? Если да, то вы напрасно потратили время. Я не переменил своего мнения.

— Что… что за странный человек? — спросила Агнес. — Он тоже хотел что-то узнать про Трифельс? Говорите же, прошу вас!

Но монах не ответил и принялся дальше мести пол вокруг алтаря.

— Почтенный отец, — попытался теперь Мельхиор. — Это дело чрезвычайной важности…

— Тот человек говорил так же. И мой ответ неизменен: нет.

— С меня довольно! — воскликнул вдруг Матис, да так громко, что голос его эхом прокатился по сводам крипты. — Мы выбрались из стольких передряг, пережили столько сражений, прошли по разоренной земле и несколько раз едва не погибли лишь затем, чтобы попасть в это Богом забытое место. А вы стоите тут и молчите, как баран… Отвечайте уже, где декан! Пусть он сам решит, что можно говорить, а что нет. Говорите, или…

Он грозно двинулся на монаха, но Агнес его остановила.

— Матис, нет! — воскликнула она. — Это грешно.

Не раздумывая, женщина упала перед монахом на колени и молитвенно сложила руки.

— Прошу вас, святой отец, — взмолилась она. — Клянусь всеми святыми, мы явились с добрыми намерениями. Все, что мы хотим, это…

Агнес замолчала на полуслове, заметив, как взгляд монаха вдруг замер на ее руке. В одно из крошечных окошек под сводами заглянул лучик солнца, окружив юную графиню сиянием.

На пальце сверкнуло кольцо.

— Кольцо Барбароссы! — прошептал вдруг монах. Он откинул капюшон и наклонился, чтобы рассмотреть кольцо внимательнее. — Пресвятая Богородица! Пророчество сбылось… Оно и впрямь оказалось у нас! Это все меняет…

Под старыми сводами вдруг воцарилась странная тишина. Монах все рассматривал руку Агнес. В конце концов Матис кашлянул.

— Вам… знакомо кольцо? — спросил он.

Старец молчал. Лишь через некоторое время он взглянул на юношу, словно сейчас только пробудился от сна.

— Конечно, оно мне знакомо. Мне его подробно описывали, — он перевел взгляд на Агнес и окинул ее задумчивым взором. — Кольцо, но не его носительницу. Я и помыслить не мог, что увижу их так скоро… Похоже, времена и впрямь настали тяжелые.

Монах коротко взглянул на Матиса с Мельхиором, потом снова повернулся к Агнес.

— Это ваши спутники? Вы можете им доверять?

— Если не им, то больше некому, — растерялась Агнес. — Но почему…

— Что ж, тогда их тоже стоит посвятить в тайну. Защита будет нелишней.

— Чудесно! — Мельхиор хлопнул в ладоши, и наваждение спало. — Значит, наконец-то все встанет по местам и моя баллада обретет достойный финал. — Менестрель огляделся. — Прошу прощения, но вам бы и в самом деле поскорее отвести нас к декану.