Миллион под брачным ложем - Дарья Калинина

Пока ели запеканку, залитую сметаной (варить соус Лесе было уже просто лень), больше молчали. Трудно обсуждать расследование убийства, когда рот занят такой вкуснятиной. Но как уже говорилось, все в этом мире когда-то заканчивается. Кончилась и Лесина картофельная запеканка с мясом.

Усама подтер кусочком хлеба тарелку (хорошо, что фарш был куриный!) и сказал:

– Все очень и очень вкусно. Но ведь кто убил Алекса, мы с вами так и не узнали! Духи нам не помогли!

Подруги засуетились и зашипели на Усаму. Им совсем не хотелось, чтобы остальные их поклонники узнали, какой глупостью они тут занимались. Но мужчины поняли слова Усамы по-своему. И Вектор произнес:

– Вообще-то у нас есть одна запись…

И он взглянул на коллегу. Виктор пожал плечами и кивнул.

– Запись, – уже увереннее продолжал Вектор, – тех посетителей, кто приходил к Лесе.

– Итак, есть кое-что интересное. Верней, кое-кто.

– Вы что, следили за моей квартирой? – встрепенулась Леся.

– Только в интересах следствия.

– Ничего себе! А мне почему не сказали?

– Зачем?

– Как это зачем? Ведь если вы следили за моей квартирой, то и я там тоже есть. На вашей пленке. Ведь так?

– Естественно.

– Безобразие! – вспылила Леся. – Вы были обязаны меня предупредить! У меня есть права! И я их знаю!

Излишне говорить, что злилась она не за какие-то там мифические права личности на частную собственность, а исключительно потому, что боялась, как она там вышла на этой пленке. А вдруг ее засняли, когда она в растоптанных шлепанцах на босу ногу, да еще и не причесанная, и не накрашенная появилась на площадке с мусорным ведром в руках? Господи, да это же будет настоящая катастрофа! Она с ведром и без туши на ресницах! Господи, даже представить себе страшно такую картину! А если эти Галстуки ее еще и засняли, да она тогда… она из них свою запеканку буквально по кусочку назад выдавит!

Но все оказалось не так уж страшно. Галстуки милосердно показали лишь отрывок записи. И на нем было видно, как Леся долго топчется у дверей квартиры, звоня в собственный звонок.

– Ты что, забыла ключи от дома? – удивился Висюлькин, наблюдая эту картину.

– А кому ты звонишь? – с отчетливо звучащей в голосе ревностью спросил Усама. – Кто там у тебя дома был в это время?

– Никого. То есть… Это же не я вовсе звоню к себе в дверь!

Оба мужчины уставились на Лесю с немым укором. Мол, нельзя же так бесстыдно врать. Вот же ты, на пленке все четко видно.

– Это не я! – упиралась Леся. – Я ничего подобного не делала.

– И верно, это не она! – поддержала подругу Кира. – У Леси отродясь не было такого спортивного костюма. Она и спортом никогда в жизни не занималась. Зачем ей костюм? На диване в нем перед телевизором валяться?

Последнее замечание, на взгляд Леси, было явно лишним. Но что верно, то верно. Такого спортивного костюма у нее отродясь не водилось. И такие кроссовки она бы тоже ни за что в жизни не купила. Даже издалека было видно, что они из искусственной замши. И строчки на них прошиты криво. Фи! Дешевка!

– Какое уродство! Разве можно так дурно одеваться. Вроде бы симпатичная девушка, а совсем за собой не следит.

– Но мордашкой она вылитая ты!

– И фигура!

– И рост!

– Леся, у тебя случайно нет сестры?

Леся помотала головой.

– Это не сестра, – сказала она. – Ой! Я поняла. Это… Это Лена Пахомова!

– Совершенно верно, – кивнул Вектор. – Тщательно разыскиваемая по подозрению в убийстве Елена Пахомова – собственной персоной!

– Но что она делает у меня под дверью? – сообразила Леся. – Что ей тут нужно?

– Полагаю, девушка хотела увидеться с тобой.

– Но зачем?

И тут Леся задрожала. Ой, ой! Если это Елена Пахомова все-таки убила Алекса или участвовала в его убийстве, то ясно, что она и к Лесе приходила отнюдь не чайку попить. А зачем? Неужели она хочет и ее убить?

– Вполне возможно.

– Но за что? – простонала Леся. – За что она со мной так?

– Опытные убийцы предпочитают не оставлять свидетелей в живых.

– Каких свидетелей?

– Ты была в номере, где убили Алекса.

– Но я же ничего не видела!

– А Елена этого может и не знать. И даже, напротив, может думать, что ты видела ее. И видела, как она убивает Алекса.

– Но я спала!

– Притворялась!

– Ой! Ой! Ой! – заскулила вконец перепуганная и деморализованная Леся. – Какой кошмар! Как вы думаете, она еще вернется?

Галстуки синхронно пожали плечами.

– Наверное, вернется. Ведь она тебя не дождалась.

– Вернется, – пролепетала Леся. – А когда?

– Надо полагать, скоро.

– А кстати, когда это было? – вмешалась в разговор Кира, видя, что Леся совсем побледнела от страха. – Когда Елена приходила сюда?

– Сегодня. В шесть часов вечера.

– Надо же! – изумилась Кира. – А в пять тридцать пять мы вышли из ее собственного дома.

– Когда-когда? – заинтересовался Висюлькин. – В пять тридцать пять?

– Ровно так. Минута в минуту.

– И долго вы там пробыли?

– Прилично. Около часа.

– И потом поехали домой?

– Сразу же. Нет, еще в магазин зашли.

– В два магазина, – уточнила Леся. – И еще в кондитерскую.

– Съели там по эклеру.

– Вообще-то я на диете. Но очень уж есть захотелось. И стресс опять же.

– Значит, дома вы были?..

– В начале седьмого.

– На пленке зафиксировано время, когда Елена Пахомова ушла из поля видимости видеокамеры. Это было ровно в двадцать минут седьмого.

– Точь-в-точь! – воскликнула Кира. – Мы с Лесей как раз в это время поднимались по лестнице.

– Интересно, – задумался Висюлькин. – Вы приходите в гости к подозреваемой в убийстве девушке. А подозреваемая через час приходит уже к вам. На простое совпадение это, извините, не похоже.

– А на что похоже?

– Похоже на то, что этой Елене кто-то сообщил о вашем приходе. И она поспешила нанести ответный визит… Лесе. Но, увидев, что Леся идет домой не одна, а в сопровождении подруги, Пахомова передумала. И просто сбежала.

При мысли, чем лично для нее мог закончиться визит убийцы, Леся похолодела. Какое счастье, что она пришла сегодня вместе с Кирой. Страшно себе представить, что было бы с ней, явись она одна.