Тень стрекозы - Татьяна Полякова

Есть, сидя на полу, здесь не предлагали, так что мыустроились на громоздких стульях. Взглянув в окно, я убедилась, что сад имелместо, он был во дворе дома, куда выходили окна. Впечатление такое, что вресторане мы одни. Все кабинки, в которые я успела заглянуть, пока шла сюда,были свободны. Подошла девушка в кимоно, я оставила Ковалева делать заказ, асама направилась в туалет.

Они сидели в самой первой кабинке, рядом с проходом на кухню— Вадим Аркадьевич ко мне спиной, чему я порадовалась, а слева от него оченьстранный тип. Странность относилась к цвету его лица — такой бледнющейфизиономии мне видеть еще не приходилось. Темные круги под глазами, иссиня-белаякожа, очень темные глаза. Возможно, из-за расширенных зрачков они казалисьабсолютно черными. Так изображали чахоточных в немом кино, или так выглядятупыри в современном. Я подумала, что упырь подходит все-таки больше. Мывстретились взглядом лишь на мгновение, но я сразу поняла, он не только заметилменя — он знает, кто я. Но вида не подал, просто отвел взгляд и кривоусмехнулся. Если упырь узнал меня, значит, успел поинтересоваться моей особойили был знаком со Светланой. Сердце сладко заныло в предчувствии долгожданнойудачи. Хотя, если вспомнить о том, как погибла Светка, а за ней и Агнесса,удача представлялась довольно сомнительной.

Пробыв в туалете пару минут, я вернулась к Ковалеву.

— Он беседует с парнем, по виду выходцем с того света.Очень бы хотелось заполучить его фотографию, — вздохнула я.

— Каким образом?

— У меня фотокамера на телефоне, но если я вторичнопойду в туалет…

— Давай телефон, — кивнул Алексей Дмитриевич. Каким пользоваться, не спросил, из чего я заключила, что мент он хоть и бедный, нопродвинутый. Вернулся он даже быстрее, чем я ожидала. — Держи.

— Они тебя видели?

— Нет, конечно.

— А меня он узнал.

— Кто?

— Упырь. Занятно, правда?

— Упырь нашего ведуна утешает. Говорит, нет повода длябеспокойства.

— Если он обо мне, то не прав. Я как раз хороший поводбеспокоиться.

— Это уж точно, — с энтузиазмом кивнул Ковалев.

Пока мы ожидали заказа, мужчины разговор закончили, ВадимАркадьевич стремительно прошел мимо, на меня не взглянул. Алексей Дмитриевичнахмурился.

— Черт, поесть не успеем, — посетовал он,поднимаясь.

— Придется остаться, раз заказ сделали, —вздохнула я. — Неловко уходить. К тому же Вадим Аркадьевич от нас никудане денется.

— Не скажи. Вдруг скончается скоропостижно?

— А можно без пессимистических прогнозов? — рассердиласья.

— Можно. Я просто напоминаю, что Агнесса погибла какраз после твоего визита к ней.

Алексей Дмитриевич достал из кармана мобильный и принялсякому-то звонить. Оказалось, другу Всеволоду. Слегка стыдясь, поведал о нашемзнакомстве с Вадимом Аркадьевичем и об удивительной встрече с ним в ресторане,где он, в свою очередь, встречался с неким господином, похожим на вурдалака.Всеволод, как и ожидалось, в восторг не пришел и даже немного погневался, потомдрузья обменялись мнениями уже спокойно, и наконец Алексей Дмитриевич разговорзакончил. Нам принесли заказ, и мы с удовольствием приступили к трапезе.Правда, Ковалев без конца приставал с вопросами: что едим? Но вопросы я быстропресекла — заказ делал он сам, вот бы тогда и спрашивал у официанта.

— Мне было неловко признаться, что ничего я в их кухнене смыслю, — буркнул он. — И я выбирал наугад.

— Думаешь, я в их кухне смыслю? Ешь, что дали, и незабивай голову.

Саке ему не понравилось, но в целом обед он одобрил.

— Только порции какие-то маленькие.

— У меня такое впечатление, что в детстве вы, господинбоевой офицер, недоедали, — съязвила я.

Выйдя из ресторана, мы не обнаружили джипа, и я слегказаволновалась. Но Ковалев его все-таки высмотрел, когда мы выехали на проспект,и я порадовалась.

— Куда теперь? — спросил Ковалев.

— В редакцию газеты, где я когда-то работала.

— Зачем?

— Надо фотографию распечатать. Если повезет, что-нибудьузнаем об этом типе.

Я позвонила Лилии Кудрявцевой, оказалось, она еще в офисе.Ковалев идти со мной не захотел. Сначала это меня разозлило: ему леньподняться, а мне потом пересказывай весь разговор близко к тексту. Но вскоре янашла в его лени положительный аспект: моя машина под присмотром.