Драйв, хайп и кайф - Дарья Калинина

Осторожно выглянув, они увидели, как Митя с Яной по очереди наклоняются и кричат всякую чушь в какую-то длинную металлическую трубку с раструбом на конце.

Папа позеленел от ярости. И так как он всегда не отличался терпеливостью, то отдернул то, что он считал пологом, и завопил:

– Это еще что такое?!

Разумеется, от резкого движения с полога поднялась целая туча пыли. И Саша не смог удержаться и чихнул. Вышло это у него просто оглушительно. Саше показалось, что у него даже глаза брызнули на пол. Но нет, это были просто слезы, которые обильно потекли у него из глаз. Но его отец аллергией на пыль не страдал. И потому он свирепо надвигался на онемевших и перепуганных Яну с Митей.

В руках у Мити была та самая длинная трубка, один конец которой уходил в пол, но он даже не подумал ею воспользоваться для самозащиты. Стоял, дрожал и совсем не производил впечатления опасного человека.

Лева это тоже понял и произнес уже менее страшным голосом:

– Что это вы тут затеяли?

Яна жалобно пискнула и попыталась спрятаться за своего жениха. Но тот вовсе не пожелал принять удар на себя и опрометью кинулся бежать. Но Саша догнал его и, чихая на весь чердак, схватил Митю за шкирятник и заставил вернуться. При этом он немножко забрызгал Митю своими соплями, но даже не счел нужным извиниться за это.

– Они пугали тетушку Фету! Доводили старушку до умоисступления с помощью вот этой штуки!

И мама выдернула из пола трубку, в которую по очереди кричали Яна с Митей.

– Один ее конец они просунули через перекрытия в квартиру тетушки и пугали старуху!

Отец повернулся к притихшим негодяям:

– Зачем вы это делали?

Те молчали.

– Развлекались?

Снова молчание.

– Клянусь, если вы не заговорите, я проткну вас обоих этой трубкой насквозь!

Саша даже залюбовался своим отцом. Как же грозно он сейчас выглядит! Конечно, Саша знал, что отец его – добряк из добряков и никого не способен проткнуть ни насквозь, ни как-то иначе. Но Яне с Митей это было откуда знать? Они струсили так отчаянно, что чуть не падали в обморок.

– Подожди, Лева, – перебила Марина своего мужа. – Не кричи на ребят. Они просто глупо шутили? Да? Это так?

Обрадованные ее поддержкой, мерзавцы затрясли головами в знак согласия. Но не на того напоролись. Лева не собирался принимать эту версию.

– Они целенаправленно добивались, чтобы у старухи съехала крыша! Зачем? Чем она вам так не угодила?

Митя покосился на Яну, а затем произнес:

– Это все она затеяла. Ни минуты покоя мне не давала, все время ныла, чтобы я придумал, как выселить бабку из ее квартиры. Просто свихнулась. И меня с ума свела своим нытьем!

– Вы хотели выселить Елизафету Федоровну из ее квартиры?

– Мы хотели с ней обменяться.

– Но зачем?

– У нас точно такая же квартира. Пусть бы старуха переехала в нее.

– Повторяю вопрос, зачем?

Яна с Митей молчали.

– Если ваши две квартиры совершено идентичны, зачем вам было выживать старуху из ее собственной? – задумчиво произнес Лева. – Должно быть, между этими двумя квартирами какое-то отличие.

– И мне кажется, я знаю, какое.

И Марина обвела рукой пространство вокруг себя.

– Посмотри! Чердак! Он же огромный.

Ее муж повернулся к притихшим соседям:

– Вы хотели заполучить квартиру тетушки, потому что над ней есть чердак?

– По документам – это общее помещение, – буркнул Митя.

– Но мы узнали, что его с легкостью можно приватизировать, заплатив в казну совсем небольшую сумму, – добавила Яна.

– И тогда, объединив квартиру тетушки и этот чердак, вы получали в свою собственность почти в два раза боˆльшую площадь? Так? Купили стандартную квартиру, а сделали из нее двухэтажные апартаменты!

Яна с Митей были вынуждены подтвердить, что да, это так.

– Ну вы и мерзавцы. Вас обоих надо живьем в землю закопать, и то этого будет мало! Надумали ограбить старуху! Пусть старушка перебирается в нашу квартиру, над ней-то чердака нету. А мы из ее квартирки в два раза большую сообразим. Вот молодцы! Вот умники! Чуть до сумасшествия старуху не довели. Она ведь уже и впрямь в дальнюю дорогу стала собираться. Местечко себе на кладбище присматривать стала. Вот какие славные ребятки! Как хорошо все придумали!

Но чем дольше нахваливал Лева своих пленников, тем печальней и бледней они оба делались. Кажется, только сейчас до них стало доходить, какое подлое и гнусное дело они затеяли. Саше стало казаться, что еще немного, и они оба заплачут.

– Значит, все эти визиты умерших родственников, их голоса и призывы – это все ваших рук дело?

– Да. Яна имитировала женские голоса, я – мужские.

– И как вы узнали, под кого нужно подделываться?

– Расспросили бабу Лизу. Старики обожают вспоминать былое. Ваша тетушка с удовольствием рассказала нам и про маму с папой, и про дядю Мишу, и про дядю Яшу.

– А недавний приход прабабушки Таты в полосатом платье? Тоже ваших рук дело?

– Яна своими руками сшила себе похожее платье.

– Похожее на что?

– На фотографию.

– Ага! Значит, исчезновение альбома с фотографиями родственников Елизафеты Федоровны – это тоже ваших рук дело?

– Мы все вернем! – поспешно воскликнул Митя.

– Клянемся, – добавила Яна, хлюпнув носом. – Все фотографии вернем в целости и сохранности. Мы с ними ничего не делали, только посмотрели.

– Еще бы вы не вернули. Ну, рассказывайте, что было дальше. Оделась Яна в платье прабабушки Таты, а потом?

– Потом через люк в потолке кухни она спустилась в квартиру старухи. И поговорила с ней.

– И Елизафета Федоровна не узнала свою соседку?

– Яна загримировалась. Она умеет.

– И все же вы здорово рисковали. Одно дело – пугать голосами, находясь на безопасном расстоянии. И совсем другое – вот так внаглую сунуться в квартиру. Вам повезло, что Елизафета Федоровна вас не раскусила.

– Вы нас не выдадите? – с надеждой прошептала Яна. – Не расскажете, что это мы ее пугали?

Марина переглянулась с мужем и сыном.

– Ну? – произнес Лева. – И что мне с вами делать?

– Отпустить. Мы больше не будем.

– Идите, – строгим голосом произнес Лева. – Идите, и чтобы я больше вас не видел.

Яна с Митей не заставили повторять дважды. Одна секунда, и духу их на чердаке больше не было.