И пес с ним - Спенсер Куинн

– Да, сумма примерно в этих пределах, – подтвердил Берни.

Никсон рассеянно почесал затылок. У меня тоже внезапно появился зуд за ушами, поэтому я немедленно принялся чесать голову, сначала передней лапой, потом, более основательно, задней – это всегда дает нужный результат.

– Большие деньги, – хмыкнул Никсон. – Список кредиторов укорачивается. – Он достал из нагрудного кармана огрызок карандаша, замызганный блокнот со спиральной пружиной и начал что-то записывать. – Во-первых, братья Спирелли из Модены… – Никсон лизнул карандаш; мне вдруг нестерпимо захотелось сделать то же самое. – Во-вторых, Альби Роуз. Правда, поговаривают, он намерен отойти от дел, так что, может, и не захотел связываться. Ты знаком с Альби?

– Слышал о нем.

– Был женат восемь раз!

– Вот как? Не знал.

– Все жены до одной – танцовщицы из Вегаса, трех звали Тиффани.

– В Вегас тоже тянутся кое-какие ниточки.

– Тогда попробуй поговорить с Альби, у него там бизнес.

– Ему, случайно, не принадлежит какой-нибудь кинотеатр?

– Не исключено. Альби – культурный человек.

Берни удивленно посмотрел на Никсона.

– Я бы даже сказал, интеллектуал.

– Понятно. Кто еще?

Никсон зажмурился и сморщил лицо. Некоторые люди таким образом пытаются выдавить из себя мысль; лучше бы они этого не делали.

– Есть еще Марцеллус Клэй из Саншайн-Сити. В последнее время он разнообразил сферу интересов – перевозка нелегалов, кокаин, кража документов, – но все равно в любое время готов ссудить деньгами. – Никсон открыл глаза, поморгал, сделал запись и заложил карандашный огрызок за ухо. Как бы до него дотянуться? – Пожалуй, все. – Никсон вырвал лист из блокнота и протянул его Берни.

– Не знаешь никого из русских? – спросил мой напарник.

– Не знаю и знать не хочу, – ответил Никсон. – Ну так что, подыскать для тебя старенький «порше»?

– Все будет зависеть от стоимости.

– Деньги, деньги… – вздохнул Никсон. – Понимаю, это не мое дело, но, может быть, тебе стоит поднять расценки?

Да уж, Берни, пожалуйста. Сейчас мы не берем за услуги ровным счетом ничего. Ну что это за бизнес-план?

Альби Роуз жил в огромном доме, самом большом из всех, что я видел. Дом скорее походил на дворец и был окружен высоченным забором. Широкоплечий тип с кобурой на бедре провел нас через здоровенные зеленые газоны к такому же здоровенному бассейну, рядом с которым в шезлонге лежал тучный старик в малюсеньких плавках. Его загорелая почти до черноты кожа лоснилась от крема. По цвету и форме он в точности напомнил мне индейку, которую Леда как-то передержала в духовке на День благодарения. Я постарался не смотреть на него.

– Мистер Роуз? – окликнул старика тип с кобурой.

Тот открыл глаза – недобрые и колючие; они сразу же мне не понравились.

– Ты и есть Берни Литтл? – спросил он.

Мой напарник кивнул.

Альби Роуз жестом отослал охранника. Тот обошел бассейн, встал у трамплина – наверняка зажарился в своем черном костюме. Я и сам изнывал от жары; бассейн выглядел очень заманчиво.

– Навел о тебе справки, – сказал Альби, все так же лежа на спине. – Получил интересные отзывы.

Берни снова кивнул.

– Эта псина, часом, не натренирована бросаться на людей?

– Нет, что вы.

Псина? Он обозвал меня псиной? Я переместился поближе к бассейну.

– Не люблю насилия, – сказал Альби.

– Я тоже, мистер Роуз, – сказал Берни.

– Просто Альби. «Мистер Роуз» я только для жен. А что касается насилия, иногда без него просто не обойтись, верно, Фостер?

– Да, сэр, – отозвался охранник.

– Уверен, это не наш случай, – произнес Берни.

– Садись.

Берни подтянул к себе другой шезлонг и присел на краешек.

– Если я правильно понял, вы в некотором смысле финансист, – осторожно сказал он.

– В самом прямом. Сколько тебе надо?

– Нисколько. Просто хочу разобраться в тонкостях бизнеса.

– Зачем?

– Чтобы эффективнее работать с клиентурой.

Альби внимательно посмотрел на Берни, потом сел.

– Фостер!

Фостер быстро подошел и поднял спинку шезлонга Альби, потом вернулся на свое место у трамплина. Старик провел рукой по дряблой груди и стряхнул несколько капель пота. Я учуял кислый запах, похожий на вонь перезрелого сыра, который Берни однажды принес домой. Какое-то время мой нос не улавливал ничего, кроме запаха перезрелого сыра, волнами исходящего от Альби.

– Продолжай, – велел он.

– Допустим, некто просит у вас денег, скажем, пятьсот тысяч. Что происходит дальше? – спросил Берни.

– Я говорю «да» или «нет».

– От чего зависит ваш ответ?

– От чего угодно.

– Например?

– Например, человек избегает моего взгляда или, наоборот, слишком пристально смотрит в глаза, – пожал плечами Альби. – Нытику тоже не дам, не люблю нытиков. Или вот кто-то пришел без галстука…

– Без галстука?

– Если приходишь ко мне просить денег, будь добр надеть галстук. Я старомоден.

– А цель займа имеет значение?

– Цель займа?

– Ну, то, для чего, собственно, нужны деньги.

– Для выживания. Деньги всегда нужны для того, чтобы выжить. По-другому не бывает.

– Представим, что вы соглашаетесь одолжить пятьсот тысяч, а заемщик не соблюдает сроки возврата платежей.

– У-у, это определенный стресс, – протянул Альби. – Такими вопросами занимается Фостер.

Фостер неподвижно стоял у трамплина.

– Можно узнать его методы? – поинтересовался Берни.

– Когда-то Фостер играл в бейсбол, – сообщил Альби, – считался перспективным игроком. В шестом раунде «Доджеры» вывели его из строя. С тех пор у него осталась бита.

– «Луисвильский кулак», – подал голос Фостер. Говорил он негромко, однако его было слышно на другом конце бассейна.

– У меня тоже сохранилась бита, – сказал Берни. – Много стрессов за последнее время?

– Нет, – сказал Альби. – Уже несколько лет все гладко. О талантах Фостера ходит молва.

Фостер коротко поклонился.

– Простите, босс, но я полагаю, что здесь по большей части срабатывает философия, – сказал он.

– Философия? – Мой партнер поднял брови.

– В пяти словах, – кивнул Альби. – Имей дело только с наличными.

– Не приведете пример?

– Дантисты, – сказал Альби. – Обожаю дантистов. Хорошо зарабатывают, ищут, куда бы вложить средства, стопроцентно промахиваются, обретают вечный покой.

– А как насчет застройщиков?

– Никогда с ними не связываюсь.

– Почему?

– Только что объяснил – работаю исключительно с наличными. Откуда им взяться у застройщиков? Мечтатели, конечно, – для моего бизнеса мечтатели самое то, но ведь помимо глупых радужных фантазий нужно иметь при себе еще кое-что!

– Наличные? – со вздохом спросил Берни.

– А ты понятливый, – сказал Альби. – Считай, что урок бесплатный.

Берни кивнул тем самым кивком, который подходил в любой ситуации.

– У меня тоже есть к тебе вопрос, – продолжил Альби. – Кто из застройщиков тебе платит?

– Никто, – ответил Берни. – Застройщик фигурирует в деле.

– Кто такой?

– Дэймон Кифер. У него крупный проект в Пума-Уэллс.

– Пума-Уэллс… – задумчиво проговорил Альби. – Одна из моих жен, кажется, Тиффани… или это была другая Тиффани, с большими титьками?