Крестом и булатом. Вторжение - Дмитрий Черкасов

— Не понял, — сказал Чубаров.

— Что не понял?

— Про виртуальность...

— Это просто... На самом деле мы с властью почти не сталкиваемся. Они существуют отдельно, мы — отдельно. Непересекающиеся множества. Если строго рассудить, то современные чиновники из руководства страны на людей не оказывают никакого влияния. Каждый выживает сам по себе. Если, конечно, хочет... Я не беру в расчет бюджетников. Они по собственной инициативе дурью маются. Или бабки срубают за счет других, как менты...

— Но жить то надо, — развел руками Янут, — Что то жрать, детей кормить, где то работать...

— Это не ответ.

— Почему?

— По кочану. Чтобы нормально питаться, не обязательно работать на госпредприятии. Деревни вымерли, там дома по тыще рублей стоят. Возьми купи и живи там, на подножном корму. Всяко лучше, чем на дядю горбатиться... Овощи, фрукты, скотина. А также млеко и яйки, — Влад спародировал немецкого унтер офицера вермахта из советского фильма. — Вы же хозяйство держите, и ничего. Никто из вас не стонет... Надо только захотеть. Себя перебороть. Иначе кранты.

— Не все на земле работать умеют, — возразил Чубаров.

— Сие есть отмазка для тех, кто вообще трудиться не хочет. Научиться всему можно, стоит только захотеть. Мы все, между прочим, не профессиональные вояки, а выполняем задачу, диверсионной группы. И не вопим о том, что это не наше дело. Ибо если не мы, то кто?..

Собравшиеся на дне овражка казаки умолкли, обдумывая услышанное.

Вдалеке заполошно застрекотала сорока. Туманишвили резко перевернулся на живот и посмотрел в направлении звука.

— Не дергайся, — Филонов легонько ткнул Егора кулаком в плечо. — Это она орет на птенцов. При опасности крик другой...

Грузин успокоился.

— Недавно со стариком одним говорил, — Михаил перевел разговор на другую тему, — о давних временах... Много интересного услышал. Старику сто семь лет, а память как у молодого. Он мне рассказывал про бойца одного, что в начале века тут шороху наводил. Штабс капитан Николай фон Фрейман*...

* См. готовящиеся к выходу в свет романы Д. Черкасова «Штабс капиган», «Амурская сотня» и «Пластуны» (прим. редакции).

Влад удивленно поднял брови, но ничего не сказал.

Фамилия ему была хорошо знакома. И не понаслышке. Но для Рокотова явился новостью тот факт, что его прапрадед Николай Рудольфович фон Фрейман за свою насыщенную событиями жизнь успел отметиться даже на Кавказе. Про участие далекого предка в русско японской и Первой мировой войнах Владислав знал. Как и про то, что прапрадед, уже будучи генералом, несколько лет служил военным комендантом Ташкента.

Но не про Кавказ. Сто лет прошло, а о нем все еще помнят. Чудны дела Господни...

— Немец? — спросил Никита.

— Нет, наш человек. Казак, — серьезно ответил Чубаров.

«Вот это да! — поразился биолог. — Рудольфыч еще и казаком был! Ну ни фига себе! Кому сказать — не поверят. Скажут, придумал... Хотя жизнь такая штука, что задачки покруче любого детектива подбрасывает...»

— И чо он творил? — Филонов придвинулся поближе к рассказчику.

— Чучмеков гонял, — Михаил устроился поудобнее и обхватил руками колено. — Один раз он попал в та акую передрягу! Это случилось ровно через месяц после того, как фон Фреймана назначили командиром заставы. А дело было так...

* * *

Ларс Йоргенсен пошуровал затянутой в трехпальцевую перчатку рукой внутри углубления рядом с обечайкой аварийного люка «Мценска» и нащупал вентиль трубопровода высокого давления. Отпирающий механизм отсутствовал. Из трубы пятисантиметрового диаметра торчал лишь многогранный выступ.

Норвежец постучал по вентилю специальным пластиковым молотком. Вверх вырвалось несколько мелких пузырьков.

— Ульве, — водолаз оттолкнулся от корпуса затонувшего ракетоносца и отплыл на метр, удерживаемый в круге света мощным многожильным кабелем. — Нужен ключ на три четверти дюйма.

— Роджер*, — пискнул наушник гидрофона.

* Роджер — понял (сленг).

Кислородно гелиевая смесь, которой норвежцы дышали на стометровой глубине, имела один безопасный побочный эффект — здоровенные мужики начинали говорить тоненькими писклявыми голосами, будто манерные девчонки из младших классов.

Ульве Пике расстегнул болтающуюся на ремне плоскую сумку, чуть стравил воздух и опустился к Йоргенсену.

Ларс попытался зацепить многогранник ключом, но головка только царапнула по самой верхней кромке металлического выступа. Норвежец протянул инструмент обратно Пиксу и прижал подбородком кнопку вызова диспетчера.

— Да? — мгновенно отозвалось спасательное судно.

— Проблема. Нужен ключ на три четверти с изогнутой рукоятью.

— Параметры?

— Двойной прямой угол в десяти сантиметрах от обреза головки. Высота изгиба — пять.

— Ждите, — диспетчер отключился. Йоргенсен неподвижно завис в толще воды, экономя силы. Сто метров — это не шутка. Каждое движение отнимает в десять раз больше энергии, чем на поверхности. Чтобы отвернуть два десятка шурупов и добраться до трубопровода, водолазам пришлось потратить почти два часа, и все из за странного технического решения русских конструкторов, запрятавших датчик давления под массивную стальную пластину. Хотя разумнее было его разместить в более доступном месте.

Вечно русские создают трудности на пустом месте.

Сначала разогнали спасательные службы, вынудили своих профессионалов глубоководников уйти в зарубежные фирмы, уничтожили вспомогательные суда, а затем устроили крупномасштабные учения, задействовав в них весь подводный флот. Причем зачем то загнали огромный атомный крейсер на мелководье, где ему толком не развернуться и не погасить скорость при экстренном погружении.

С «Мценском», по мнению Йоргенсена, произошло что то странное.

Не мог новейший ракетоносец водоизмещением в двадцать четыре тысячи тонн утонуть из за столкновения со старой миной, как русские заявили поначалу. Бред это, отмазка для тех, кто ничего не смыслит в современных подводных лодках. Как не мог взрыв двигателя перекисно водородной торпеды разрушить прочный корпус первого и второго отсеков.

Остается столкновение.

Но с чем?

Субмарины НАТО на полигон не заходили, айсбергов в это время года в Баренцевом море нет. Да и не станет опытный капитан направлять лодку на таран льдины. Сумасшедших штурманов АПРК не бывает. Это майору норвежской военной разведки Ларсу Йоргенсену было хорошо известно — сам десять лет отслужил на подлодке.

Русские что то мудрят.

Сначала очень долго тянули с приемом западной помощи, всё вели какие то бесконечные консультации, требовали бессмысленных гарантий от правительства Норвегии, что оно не станет прикрывать разведывательную операцию имитацией спасательной.