Прощение славянки - Фридрих Незнанский

– Не бзди, Макар, я сам боюсь, – сплюнул сквозь зубы Дима. – Прорвусь.

– Ну ты чеканутый! Все, кончай базар, мне хилять пора.

За дверью послышался скрип ступеней. Бандиты затихли, прислушиваясь. Тихие голоса в подъезде выдавали присутствие нескольких человек.

– Мусора… – едва слышно прошептал Сивый и увлек за собой Диму Большого в комнату.

– У тебя есть винтарь?

– В машине оставил. У меня только пукалка и жало.

– У меня тоже. В багажнике «калаш». И гранат несколько.

– Как отходить будем?

– Через балкон.

Прозвенел дверной звонок. Бандиты попятились к балкону и выглянули наружу. Темень, хоть глаза выколи.

– А где фонари? – злобно прошипел Дима.

– Это двор, фонари со стороны улицы. Здесь снегу навалом. Я днем смотрел. Не дрейфь!

Он первый перевалился через перила и тяжело рухнул вниз. Дима перелез через перила, сгруппировался и, согнув ноги в коленях, прыгнул вниз, ожидая, что переломает себе ноги. Но лишь провалился по пояс в сугроб. Рядом шебуршился Сивый, поднимаясь и отряхивая с себя снег.

– Слышь, братан, моя тачка у подъезда. А там менты точно в засаде сидят. Вот херня, у меня там автомат.

– Не боись, Димон. Ща я тебя выведу к гаражам, там соседская тачка. Моя тоже в гараже стоит, через бокс, переложим мой боезапас – и ходу.

Они выбрались из сугробов и рванули по дорожке. Сивый оглянулся:

– Зырь, на балкон выперлись. Но хрена увидят.

– Так они же дотумкают, что мы с балкона сиганули.

– Не факт. Может, я проветривал, а ушел давно. У меня на входной двери даже засова нету. Обыкновенный английский замок. На первый взгляд не поймешь, с какой стороны закрывается. Они же дверь выломали.

Бандиты добежали до гаражей, где тоже было темно, один сиротливый фонарь освещал небольшой пятачок.

– Иди за мной, – потянул Диму за рукав Сивый, и они свернули на еще одну едва заметную тропинку. Сивый быстро открыл свой гараж, забрал свой арсенал, потом фомкой сорвал замок соседского гаража, переложили оружие в машину соседа. Сел за руль, но заводить мотор не стал.

– Толкани машину! – сказал он корешу, а сам выкрутил руль, чтобы она легко покатила с небольшой горки на дорогу. И только там завел мотор.

– Лучше бы на твоей тачке погнали! – упрекнул кореша Димон, с отвращением рассматривая старенький «Москвич».

– До первой ментуры? Ты не смотри, что этому «москвичонку» лет десять. Дядя Миша его вылизывает, целыми днями под ним лежит.

– Такой он мазевый, этот «Москвич», что под ним лежать надо днями.

– Профилактикой занимается. Тут мотор – зверь. Он новый купил. Хвастался, что у вдовы какого-то жмурика. Машина вся всмятку, а мотор целехонек.

Мела метель, ветер свистел, как Соловей-разбойник, Сивый невозмутимо крутил баранку, а Диму Большого колотило, как с большого бодуна.

– Че это у тебя трясун, как будто ты сломался? Совсем слетел с катушек? – В голосе Сивого Димон услышал нотку сочувствия, и это его взбесило.

– Закрой свое хайло! – грубо рявкнул Дима. Ему самому было неудобно, что он не может совладать с нервным напряжением.

– Не кыркай, – спокойно ответил Сивый. – Пока сидишь со мной, у тебя есть шанс. Ишь расфордыбачился… Мне вообще-то совсем в другую сторону.

Они уже выехали на автостраду, и Дима немного успокоился. Оба молчали.

– Далеко до твоей серячки? – наконец прервал тишину Сивый.

– Час езды.

– Ну скоро уже приканаем. Я вот думаю, может, у вас там тоже привалиться? Пока менты лютуют…

– Валяй, если моя матрешка не вытурит. Ей групповуха не по кайфу.

– Сговоримся.

Дорога была пустынная, раза два навстречу промчались огромные трейлеры. Бандиты совсем уже успокоились. Пока не увидели пост ГАИ. Он возник из темноты, как призрак, от которого бежишь в страшном сне. Из будки вышел гаишник и знаками велел остановиться. Сивый начал сбрасывать газ, но Димон заорал:

– Жми! Газуй! На кой хрен тормозишь?! – Глаза у него были совсем бешеные, и Сивый нажал на газ. В такую погоду запросто можно не только оторваться от преследования, но и спрятаться где-нибудь в пути. А так – еще неизвестно, что за намерения у гаишника. Может, у него уже ориентировка на бандитов. Тогда кранты.

Машина с визгом рванула, гаишник что-то заорал вслед, подбежал к своей машине. Из будки выскочил еще один в милицейской куртке, запрыгнул следом за первым в машину, и началась погоня.

– Жми! Жми! – орал как заведенный Димон. Но Сивый и так выжимал из машины все, на что она была способна.

– Где-то здесь поворот направо, там роща, зырь, можем там ухариться!

Сивый почти наклонился к лобовому стеклу, чтобы разглядеть поворот направо. Наконец ему показалось, что он видит рощицу в стороне от дороги. Он погасил фары, чтобы их не видели с дороги, и рванул напролом по занесенной снегом боковой дороге. Машину повело юзом, он изо всех сил вцепился в руль, чтобы удержать его в руках, и заметил стволы деревьев, когда было уже поздно. Но он успел утопить ногой тормоз. Сначала их бросило вперед, машину с глухим ударом сильно стукнуло об дерево, но ремни безопасности их удержали. Оба обалдело смотрели вперед на разбитое вдребезги стекло. Мелкие осколки засыпали всю панель машины и ее капот, колени тоже были усыпаны осколками. В машине свистел ветер.

– Ч-че т-такой к-колотун? – спросил сиплым голосом Димон. У него стучали зубы и судорога свела челюсти.

Сивый оглянулся.

– Считай, на природе отдыхаем.

Димон тоже оглянулся. Заднего стекла как не бывало.

– Вот сука! – выругался он. – Прикандехали! Давай выбираться, дальше пешком потрюхаем.

Они с трудом выбрались из машины. Со стороны Сивого дверца машины уперлась в дерево, а Димон так и не справился со своей дверцей, которую заклинило от удара. Пришлось выползать через переднее окно.

– Все руки изрезал, – пожаловался Сивый Димону, вытирая кровь об штаны.

Завывал ветер, метель залепляла снегом лицо и глаза. В темноте совершенно непонятно было, куда идти.

– Где твоя хреновая деревня? – заорал Сивый. У него уже тоже закончилось всякое терпение.

– Щас… Скажу… – прохрипел Димон, не представляя, где они находятся.

– А дорога где?

– Откуда приехали…

Сивый затоптался на месте, кружа вокруг машины, пытаясь сообразить, откуда они приехали. Когда они съехали с дороги на заснеженную целину, их так заносило, что он не смотрел по сторонам, лишь бы справиться с рулем. Выбрав наконец направление, он потряс Димона за плечи. Тот стоял как истукан и дрожал от холода.