Театр теней - Наталья Александрова

– Ну, парень, ты даешь! Босс у нас крутой – если безприказа сунемся, мало не будет!

– Но если покушение провороните – тоже мало небудет, – справедливо заметил Олег.

– А откуда у тебя такая информация? – сподозрением спросил мордатый.

Олег еще больше помрачнел:

– Из конфиденциального источника. Больше ничего сказатьне могу.

– Сам ничего сказать не можешь, а от меня хочешь, чтобыя приказ нарушил, – угрожающе проговорил мордатый собеседник Олега.

Олег почувствовал, что нужно ему уходить отсюда подальше, исделал шаг в сторону. Но, видно, он заронил в голову мордатого искру сомнения,потому что тот постоял немного, потом подошел к старшему охраны – коренастомучеловеку средних лет и что-то зашептал ему в ухо. Старший тоже вполголоса емуответил и некоторое время они негромко препирались. Наконец начальник охраныкивнул и подошел к закрытой металлической двери. Набрав в грудь побольшевоздуха, он осторожно приоткрыл дверь.

Заглянув внутрь помещения, он тут же распахнул дверь настежьи, махнув рукой своим подчиненным, бросился в зал. Охранники вбежали следом.Олег, подхваченный общей волной, приблизился к дверям. Но как профессионал онпонимал, что в такой момент нельзя соваться под руку, поэтому в зал не вошел,но от двери увидел страшную картину: на бетонном полу морга лежали, одно надругом, два тела, не подающих признаков жизни. С трудом растащив их в разныестороны, охранники убедились, что оба человека мертвы – Павел Власов задушен,багрово-синее лицо его искажено судорогой удушья и гримасой страха, второй трупне имел видимых внешних повреждений, но его желто-серое лицо наводило на мысль,что этот человек умер уже давно.

Власову попробовали сделать искусственное дыхание, но оченьбыстро убедились, что сделать ничего невозможно и что, скорее всего, у негосломаны шейные позвонки.

Все произошло очень быстро, дверь снова закрыли, и начальникохраны тихо матерясь, двинулся к заместителю Власова, который растерянносмотрел на дверь, еще не осознав ситуацию, но чувствуя, что происходит что-тонепредусмотренное протоколом. Мордатый знакомый Олега обшаривал труп Власова внадежде отыскать хоть какую-нибудь улику.

– Что за черт? – недоуменно вскрикнул он.

Из нагрудного кармана торчал кокетливо свернутый дамскийкружевной платочек, испачканный засохшей коричневой кровью.

Олег круто развернулся и бросился к машине, по дорогеприхватив Надежду:

– Едем скорее отсюда, а то они меня сейчас возьмут воборот – что за информация, откуда я ее взял, да не причастны ли мы с вами кпокушению… Оцепят здесь все, потом и не уедешь!

– Но ведь они могут вас и позже найти, – осторожновставила Надежда.

Вряд ли, разговаривал со мной один этот, мордатый, а он,насколько я помню по Нижнему Новгороду, не дурак. Обратился я к нему? А онвовремя не отреагировал, так зачем ему себя самого подводить, тем более чтонаказать кого-то обязательно накажут. В морге никого кроме покойников не было?Не было. Охрана у дверей стояла? Стояла. Стало быть, либо они не разгляделипокойника, что он еще не совсем покойник и может функционировать, либопропустили кого-то в дверь. И так, и так охране влетит. Так зачем ещеупоминать, что, дескать, предупреждали их, а они не отреагировали?

– Хорошо бы так было, как вы считаете.

– Так и будет, – уверенно пообещал Олег. – Незря они дверь сразу закрыли, сор из избы выносить не будут, чтобы в прессуничего не просочилось. Вас куда отвезти?

– Слушайте, не сочтите меня неблагодарной, но мне быочень хотелось побывать в той квартире на Петроградской, где вчера я виделась сколдуном.

– Опять! – вздохнул Олег. – Неугомонная выженщина, ничему вас жизнь не учит.

– Но я же была там, у него в квартире, понимаете –была! – не унималась Надежда.

– Вы уверены, что вам это не показалось? –осторожно спросил Олег.

– Молодой человек! – строго сказала Надежда. –Понимаю, конечно, что вы наняли меня в няни к своему ребенку. Но это совершенноне значит, что я уже выжила из ума.

– Что вы, Надежда Николаевна, я совершенно так недумаю, – кротко возразил Олег. – Если бы я считал, что вы выжили изума, я бы ни за что не доверил вам своего ребенка.

Вот именно. Так что попрошу вас быть повежливее. Никогда яне теряла память в метро, такого за мной не водилось. Конечно, все когда-нибудьслучается в первый раз… но эпизод с часами доказывает, что я действительно былав той квартире на Петроградской, что мне это не приснилось. Или вы думаете, чтоя так заснула, что ездила взад и вперед с одной конечной станции на другую? Такработники метрополитена меня разбудили бы и высадили.

– Спокойно, Надежда Николаевна, я чувствую, куда выклоните. Хотите, чтобы я отвез вас сейчас туда, на квартиру к этому магу? Азачем, позвольте спросить, это вам нужно?

– Сама не знаю, – откровенно ответилаНадежда. – Видите ли, я в уме уже нарисовала картину всей цепочки убийств.Как я ее понимаю. Остались, правда, некоторые неясности.

– И вы хотите, чтобы вам тибетский маг всеобъяснил? – съехидничал Олег. – Вряд ли он станет с вамиразговаривать.

Надежда подумала, что захотел же ведь маг с ней разговариватьв тот, первый раз. Зачем-то он мысленно велел ей прийти в ту странную квартиру,когда просто мог что-то сделать с ней на расстоянии.

– Даже если предположить, что вы правы насчет мага, тозадачу свою он выполнил, и вам, я так понимаю, отчет давать не собирается.

– Я должна найти ту квартиру, а то я и сама сомневаюсь,не приснилось ли мне это все, – призналась Надежда.

Они проехали мимо станции метро «Петроградская», вот иплощадь, вон магазин модной одежды.

– Теперь налево по этой улочке, – без колебанийскомандовала Надежда. – А теперь помедленней, а то я заплутаюсь. Значит,так… несколько домов я проскочила… вот, та самая подворотня.

Машина медленно свернула в подворотню.

– Не то! – вскрикнула Надежда. – Там былосбоку что-то рыжее.

– Что еще рыжее? – ворчал Олег. – Этак мы довечера проездим.

В следующей подворотне Надежда удовлетворенно показала емуна выкрашенную ярко-рыжей краской железную дверь прямо под аркой. Они оставилимашину во дворе и в следующий двор пошли пешком. Надежда без всяких сомненийпересекла двор и направилась к угловой парадной. Олег молча шел за ней.Поднимаясь по грязноватой, но достаточно широкой лестнице, Надежда пыталасьотыскать в памяти что-то знакомое. Вот оно – грязное окошко, в которое оназаглянула тогда.

– Вот сейчас на стене появится надпись «Клёфа –дура!», – уверенно сказала Надежда.

Олег шел впереди, но возглас, который он издал, увидевнадпись, показал Надежде, что она была права.