Аллергия на убийства - Сельма Эйчлер

— Я даже думать об этом не могу, ровным голосом сказала Барри. После чего закрыла лицо руками и расплакалась. И хотя в первую нашу встречу я тоже ухитрилась довести её до слёз, сейчас всё было совершенно иначе: она не всхлипывала, а всем телом содрогалась в беззвучных рыданиях, выдававших терзавшую её боль.

Когда Барри наконец подняла голову, вид у неё был неописуемый. вся краска, которую она щедро наложила на лицо с утра, смешалась со слезами, и щёки теперь пестрели многоцветьем: чёрный, красный, лиловый, зелёный… Схватив со стола льняную салфетку (бумажными в этом доме не пользовались), она вытерла глаза. Затем, порывшись в кармане жёлтой юбки, достала пачку платков.

— С тез пор как умерла Кэтрин, без них никуда, — сообщила она, высморкавшись.

— Мне очень жаль, что заставила вас пройти через это.

Барри вымученно улыбнулась:

— Вы нечестно играете, миссис Шапиро, знаете? Спекулировали Тоддом. Если с ним что-то случится, это меня добьёт.

— Я чувствовала, что долж… — только и успела я сказать в свою защиту. Барри продолжала, будто не слыша:

— Ваши слова не были для меня таким уж откровением. Нет-нет, не в том смысле, будто я знала что-то. Не знала. Но случай с машиной… Как только это произошло, меня тут же кольнуло, не могла ли Сондра… не причастна ли она к этому. Видите ли, когда Кэтрин застала нас целующимися, Сондра очень расстроилась. Боялась, что Кэтрин проговорится бабушке, если мы что-нибудь не предпримем. Так она и сказала — «что-нибудь не предпримем». Мне от этих её слов стало как-то неуютно, и я спросила, что она имеет в виду. А она ответила… точно не помню, но что-то вроде «Я не имела в виду ничего плохого, так что не смотри так испуганно». Клялась, что всего лишь раздумывала, не поговорить ли с девочкой.

— Ну и как — поговорила?

— Насколько я знаю, нет.

— Скажите, а сколько времени прошло с поцелуя, который видела Кэтрин, и то того, как её чуть не сбила машина?

— Всего несколько дней. Это меня и насторожило.

— А вы спрашивали Сондру, не приложила ли она к этому руку?

— Язык не повернулся. Когда она пришла к нам на следующее утро, я рассказала ей о происшествии. Но не знала, как подступиться с расспросами. Ведь все верили, что это чистая случайность, да и я сама тоже, в общем-то. С другой стороны, уж слишком всё совпало по времени. Понимаете?

— Да, конечно.

— Как бы то ни было, я пыталась поднять этот вопрос, ну… выяснить, не могла ли она иметь отношение к истории с машиной. Но знаете, это очень непросто — тактично обвинить человека, вместе с которым собираешься прожить жизнь, в покушении на убийство. А потом Сондра сама об этом заговорила. Дескать, она надеется, что я не думаю, будто она тут замешена. И я ответила — нет, конечно, и что наверняка Кэтрин всё выдумала насчёт того, что машина хотела её сбить. Тогда Сондра взяла меня за руку и испытующе посмотрела, она это умеет. Сказала, что очень любит меня и никогда не смогла бы причинить зло никому, кто мне дорог.

— И вы решили, что она говорит правду?

— Разумеется. Наверное, потому, что хотела ей верить. И потом, все были так убеждены, что это случайность… они и меня убедили. Или я сама себя убедила…

— А когда умерла Кэтрин? Вы не подумали, что Сондра может иметь к этому отношение?

— Нет! Я же не думала, что её убили! — воскликнула Барри. — Да и с чего? Она ведь была так больна и, судя по всему, умерла от болезни!

— А что вы думаете сейчас?

— Что вы правы — насчёт убийства, насчёт Сондры, насчёт всего. Мечтала бы, чтоб вы ошибались, но — нет.

— Послушайте, мне нужна ваша помощь, чтоб заставить Сондру ответить за убийство Кэтрин.