Экстрим на сером волке - Дарья Донцова

Я приехала домой расстроенная, вошла в столовую и попыталасьизобразить на лице необычайную радость. Понятно, спокойного вечера неполучится, за длинным столом собрались почти все домашние — большая редкость вбудний день. Но что еще более странно, они сосредоточенно молчат. В центрестолешницы стоит овальное блюдо с остатками запеканки. Остальные куски удомочадцев на тарелках. Судя по всему, ужин удался.

— Муся, — встрепенулась Маня, — садись скорей!

Ты только попробуй!

Я подцепила вилкой кусочек запеканки, сунула его в рот изастонала от восторга.

— Из чего это сделано?

— Вкусно? — робко спросила Марина, сидевшая напротив меня.

— Невероятно. Вроде суфле.., нет, крем, нет… Что это?

— Угадай, — пробурчала с набитым ртом Зайка, — лично я несумела.

— Я предположил, что это сыр, — усмехнулся Кеша, — но непопал.

— Творог, — воскликнула я, жадно поглядывая на тарелку Мани,где лежал еще один, пока не тронутый ломтик неземного лакомства.

— Нет, — тихо ответила Марина.

— Манка?

— Снова пальцем в небо, — захихикала Машка.

— Ну, сдаюсь.

— Рис, — сообщила Зайка.

— Не может быть!

— Правда, — кивнула Марина. — Я еще умею из него пирожныепечь.

— Это ты сделала?

Девушка кивнула.

— Понимаете, я увлекаюсь кулинарией, собираю рецепты, у меняих несколько тысяч. Вот недавно научилась делать торт из абрикосов, там верх изжеле.

Может, хотите попробовать?

— Да! — заорали все.

— Нехорошо получается, — я решила образумить домочадцев, —пригласили Марину в гости и теперь делаем из нее повара.

— Так когда еще мы подобную вкуснятину поедим, — проявиладетский эгоизм Маня, — кстати, Марина, думается, тебе у нас надо подольшепожить, дом большой, и мы гостей любим.

Марина рассмеялась:

— Вот здорово! Я как раз работу ищу! Возьмите меня к себеповаром.

— Кухарка у нас есть, — быстро сказала я, — хоть она и неумеет так вкусно готовить, расставаться с ней мы не намерены. Кстати, может,тебе пойти учиться на повара?

— Скорей уж ей надо идти в кулинарный техникум профессором,— усмехнулся Кеша.

Неожиданно сбоку донесся писк. Я повернула голову и увиделаклетку с мышами. Самая толстая особь, нареченная по непонятной для меня причинеГерманом, нервничала, глядя на стол сквозь прутья. Около вожака сидела всясемейка: меланхоличная Анна Ивановна, вертлявая Люся, элегичная Агата и бодрыйФиларет.

— Вроде они чем-то недовольны, — пробормотала я.

Маня кивнула.

— Точно, еду ждут. Такие умные, сразу поняли, где миска стоит.

В тот же миг я углядела на краю обеденного стола круглуюплошечку с серо-желтыми зернышками и мелко нарубленными кусочками сыра.

— Вы у них стоицизм воспитываете? — удивилась, я. — Положиликорм и не даете?

— В жизни мышей должны быть страдания, — бодро отозвалсяКеша, — личность, постоянно живущая в покое, быстро умирает. А вот если безконца дергать ее, тогда она протянет три срока.