Ромео с большой дороги - Дарья Донцова

– Вероятнее всего.

– Она типа пшеницы? Стебель и колос?

– Прости, никогда не видела сою, – призналась я, – но до сихпор считала ее членом семьи бобовых.

– Хорошо, – закивала Ирка, – пусть по-вашему, навродезеленого горошка. Но как из нее сосиска вышла?

– Да так… – туманно ответила я. – Вырастили, смололи,сдобрили перцем, луком, и получилось лучше некуда.

– Мусик, – завопила Машка, врываясь в кухню, – а чем тутпахнет?

– Сосисками, – радостно ответила я. – Быстро садитесь, ужена стол накрыли.

Маруська развернулась и закричала:

– Зая, а где Дегтярев?

– Пошел руки мыть, – послышался голос Ольги. – Фу, Банди, недери мне колготки лапами!

– Смотрите, Хуч у кого-то из сумки стащил жвачку! –завозмущался Кеша.

– Одно не пойму, – гаркнула за моей спиной Ирка.

– Ну что еще? – подпрыгнула я. – Кстати, сделай одолжение,не рассказывай нашим, что сосисочки растительные. Ладно? Это сюрприз. Пустьсначала съедят, а я потом правду сообщу.

– Не понимаю, – монотонно бубнила домработница.

Я вновь начала злиться.

– Все очень просто. Не следует, внося блюдо с сосисками,сразу оповещать присутствующих: ужин вырастили на поле.

– Не, другое не ясно.

– Что?

– Если сардельки…

– Сосиски!

– Один черт, – не уступила Ирка. – Так вот, если сарделькииз гороха, то почему они не зеленые?

– Не знаю.

– Их, наверное, подкрасили, – протянула Ирка.

– Нет. Это стопроцентно натуральный продукт, без всякойхимии.

– Тогда им следует выглядеть зелеными, – уперлась Ирка.

Я сначала растерялась, но потом нашла достойный ответ:

– Бобы бывают белыми, красными, коричневыми. Усекла?

– Пусть по-вашему, – тоном вредной учительницы подхватилаИрка. – А сыр с творогом? Они как получились?

– Как сосиски.

– Добавили перец и лук?

– Вероятно, – кивнула я, вылавливая надувшиеся трубочки.

Похоже, консультант из магазина не обманул. Очень частообычные колбасные изделия, побывав в кипятке, лопаются и теряют привлекательныйвнешний вид, а соевые сейчас смотрелись замечательно.

Домашние мигом расхватали дымящиеся сосиски и началисосредоточенно жевать.

– Ну как? – гордо поинтересовалась я.

– Ничего, – вяло ответила Зайка. – Хотя нет, жуткая гадость!

– Замечательные рыбные колбаски, – быстро сказал Тёма. – Онииз судака?

– Рыбные? – захихикала Машка. – Капустные! Скажи, Кеш?

Аркадий отложил вилку.

– Немного странный вкус, – дипломатично заявил он. – Но кновому всегда настороженное отношение, следует привыкнуть и лишь потом делатьвыводы. Порой случается так: вроде видишь белое, а спустя пять минут оно ужечерным кажется.

Я опустила глаза в тарелку. А еще некоторые люди утверждают,что профессия не накладывает на человека несмываемый отпечаток. Вот оно,доказательство обратного. Став адвокатом, Кеша научился разговаривать самымдиковинным образом: вроде сказал «да», но если подумать, то оно смахивает на«нет». И еще загибает витиеватые обороты: белое, через пять минут кажущеесячерным. Это что же такое?

– Ясное дело, – как всегда без спроса, вклинилась в мирнотекущую беседу Ирка, – белое завсегда пачкается, пять минут еще много. Вон,Ванька только что рубашку переодел, и уже пятно на ней.

– Случайно получилось, – подал голос из кухни наш садовник,– не хотел, а измарался. Можно мне конфетку съесть?

– Ешь, – быстро разрешила я, не задумываясь, о какихсладостях идет речь.

– И все-таки они рыбные, – робко заговорил Тёма. – Ладно, несудак, тогда щука.

– Нет, я ем сейчас брокколи! – твердо заявила Маня.

– Ерунда, это курица, – затараторила Ольга. – Причем старая.

– Баранина! – безапелляционно воскликнул полковник. – И явнонемолодая, со специфическим запахом. А на тарелке что?

– Сыр, – сквозь зубы пробормотала я. – Необыкновеннополезный.

Маруська и полковник одновременно потянулись к блюду, гдебелели нарезанные куски.

– Можно еще конфеток? – загудел Иван.

– Сделай одолжение, – меланхолично ответила Зайка, пытаясьсправиться с сосиской, – съешь все шоколадки и не приставай.

– Они не из какао, – решил прояснить ситуацию Иван, – надраже похожи.

– Тем более лопай, – разрешила я.

– Мало уже в баночке осталось, – признался садовник. – Вдругкто еще захочет?

Зайка возвела глаза к потолку.

– Отвянь! – рявкнула Ирка. – Чего к людям примотался?Сказано, глотай бомбошки.

Иван нервно засопел, ему явно не по душе пришлась грубостьсупруги. Но в их семейной паре руль держит женская половина, поэтому садовникпредпочел сейчас промолчать.

– И сыр из баранины, – констатировал полковник.

– Вот такого не может быть, – засмеялся Кеша, – от баранамолока не получить.

– И от козла тоже, – хихикнула Маня.

– А вы попробуйте, – предложил Александр Михайлович.

Брат с сестрой схватили с тарелки ломти.

– На мой вкус, он из ваты, – через мгновение сообщил Кеша.

– Вроде орехами пахнет… – засомневалась Машка.

– Рыба, – ожил Тёма, – стопроцентный лосось!

Не успел «сыночек» захлопнуть рот, как от куска, которыйпроходимец держал в толстой руке, отломился большой шматок и шлепнулся на пол.