Шалаш в Эдеме - Наталья Александрова

– Это невозможно, – повторила я, – меня везли не отсюда, я дороги не найду, у меня вообще топографический кретинизм.

– Напряги извилины! – посоветовал Слон. – Да побыстрее, скоро стемнеет. Зря мы, что ли, сюда тащились?

От злости в моей голове что-то прояснилось, и я вспомнила, как в телевизионных новостях говорили, что авария произошла в районе тридцать седьмого километра Московского шоссе. На цифры-то у меня память хорошая…

Стало быть, шоссе проходит почти рядом с тем оврагом. И это вполне логично, потому что не стала бы Виктория устраивать собственную смерть где-нибудь в глуши. Ей-то нужно было, чтобы сгоревшую машину нашли поскорее, а в ней – труп. Так что движение-то должно быть на дороге. А так никто и не хватился бы. Или приехали бы через месяц.

– Едем на тридцать седьмой километр, – скомандовала я, – оттуда будем танцевать…

– Ну что, эта, что ли, дорога? – спросил Слон с безнадежностью в голосе.

– Вроде эта… – с сомнением сказала я, – только елок мало…

– Дорога какая была – асфальтированная? – деловито осведомился Кирилл.

– Да нет, гравий, кажется, там был, – протянула я, вспомнив, как что-то било в днище кузова, – а может, это был проселок. Слушай, меня на смерть везли, только мне и дела было – дорогу запоминать!

– Ну, хоть машина какая была, ты помнишь? – Кажется, Слон потерял терпение.

– Помню, – спокойно ответила я. – «Ауди».

– По этой дороге «Ауди» не пройдет, – встрял Кирилл.

– Сам знаю! – Слон круто затормозил и стал разворачивать машину, чтобы выехать на шоссе и снова свернуть.

По обеим сторонам этой дороги тянулся бесконечный мрачный ельник.

– Ну, и где это твое место? – спросил Слон, скосив на меня глаза.

– Где-то здесь… – проговорила я неуверенно.

Он хмыкнул, и я неожиданно разозлилась:

– А ты что думаешь, я спокойно глядела по сторонам и запоминала дорогу? Я, между прочим, ждала смерти и думала, как ее избежать!.. Вот, вот оно!

– Что?! – подскочил Кирилл на заднем сиденье.

– Вот оно, то место!

Дорога сделала поворот, ельник с правой стороны расступился, уступив место оврагу с крутым, заросшим колючим кустарником склоном.

– Точно? – переспросил Слон, притормаживая. – Мы уже столько дорог обследовали…

– На этот раз точно! – отозвалась я, вглядываясь в обочину. – Ну или почти точно… кажется, это здесь…

Я уже ни в чем не была уверена: все ельники и все овраги вдоль этого шоссе были похожи один на другой, как дети в большой дружной семье.

– Ну, смотри! – Слон выключил зажигание и поставил машину на ручник. Я распахнула дверцу, вышла на обочину. И тут меня охватило такое неприятное чувство, что захотелось немедленно вернуться в машину и уехать отсюда как можно дальше. Ну да, наверняка это то самое место, где меня хотели убить, поэтому мне и стало так худо…

Я прошла немного вдоль склона, вглядываясь в густой кустарник.

В одном месте этот кустарник был изломан, склон пересекала глубокая колея, уходившая в глубину оврага. И там, на самом дне, возле огромного замшелого валуна, чернела большая круглая проплешина. Место недавнего пожара. Сгоревшей машины на этом месте не было, наверное, ее увезли для каких-то следственных действий.

Меня невольно передернуло: ведь это место чуть не стало моей могилой…

– Ну что? – спросил Слон. Оказывается, он стоял прямо у меня за спиной.

– Точно, вон оно, то место! – проговорила я неожиданно охрипшим голосом.

Кажется, он понял, что я чувствую. Во всяком случае, Слон придвинулся ближе и заботливо обнял меня за плечи. Я благодарно улыбнулась ему. На душе сразу стало легче. Самую малость. Затем я осторожно высвободилась и медленно двинулась вниз по склону, разглядывая землю слева от оставленной машиной колеи. Где-то здесь я выскочила из нее и спряталась в кустах…

Слон и Кирилл шли за мной, вполголоса переговариваясь.

Я спустилась уже почти на самое дно оврага, почти дошла до валуна, о который разбилась машина Виктории, но все никак не могла найти вход в пещеру.

– Наверное, этот вход завалило землей! – проговорил Слон, догоняя меня. – Иначе его нашли бы или бандиты, или милиция…

– Может быть, – проговорила я, вертя головой. – Слушай, а куда делся Кирилл?

Действительно, Кирилл, который только что плелся по склону рядом со Слоном, как сквозь землю провалился.

Сквозь землю?

Я бросилась к тому месту, где только что видела массивную фигуру неудачливого моряка.

Обежав колючий куст можжевельника, который попытался остановить меня для задушевного разговора, я споткнулась о торчавший из земли корень, потеряла равновесие, попыталась ухватиться за корявый ствол маленького кривого деревца…

И земля ушла у меня из-под ног.

На этот раз я не потеряла сознание.

Пролетев несколько метров по крутой норе, задевая спиной и плечами за корни и выступы стен, я наконец упала на плотный земляной пол и торопливо отползла в сторону.

Сделала я это очень своевременно, потому что буквально через секунду сверху посыпались комья земли, и в темноте рядом со мной, на то самое место, где я только что находилась, плюхнулось что-то тяжелое.

– Ты тут? – послышался в темноте до боли знакомый голос Слона.

– Нет, я провалилась сквозь землю и выскочила на поверхность в Австралии! – отозвалась я.

– Ну, раз шутишь – значит, ты в порядке! – удовлетворенно проговорил Слон. – А где Кирюха?

Из темноты в стороне от нас донеслось негромкое восклицание. Достаточно грубое, чтобы мы могли не сомневаться – это он, Кирилл.

– Зараза чертова! – процедил он сквозь зубы и добавил несколько непечатных выражений.

– О ком это ты так ласково? – поинтересовался Слон.

– Да о зажигалке, мать ее! – прошипел Кирилл. – Не зажигается, сволочь…

В ту же секунду в темноте вспыхнул маленький оранжевый огонек, осветивший довольную физиономию Кирилла:

– Фу, зажглась наконец! – проговорил он удовлетворенно и зажег припасенную заранее свечу.

В ее неровном колеблющемся свете мы встали, отряхнулись и огляделись.

Мы стояли в длинном подземном коридоре с низким сводчатым потолком, так что даже мне, не говоря уже про Слона с Кириллом, приходилось нагибаться. Несомненно, это было то самое подземелье.

Конечно, на этот раз я чувствовала себя гораздо увереннее: сейчас никто за мной не гнался, я находилась не в полной темноте, а самое главное – я была не одна, а в сопровождении двоих крепких и решительных мужчин.