Цена вопроса. Том 1 - Александра Маринина

«Господи, Никитич! Прямо преследует меня это имя – Никита, век бы его не слышала!» – с неожиданным отчаянием подумала Анна.

– К нам должны люди подъехать… – начал было Роман, но Никитич с усмешкой перебил его:

– Так уже приехали. Я их погулять отправил.

– Куда?

– А вон в лесополосу. Им там в самый раз будет.

– В такую погоду? – вырвалось у Анны, которая даже представить себе не могла, как можно гулять на таком ветру и под дождем. И вообще, как это так: люди приехали по делу, сделали тебе одолжение, согласились помочь, а их отправляют куда-то…

Она собралась было громко возмутиться и объяснить этому закамуфлированному Никитичу, что воспитанные люди так не поступают, но внезапно почему-то вспомнила Пьера Безухова, который, плохо разбираясь в светских приличиях и правилах поведения в обществе, утешал себя, когда чего-то не понимал, простыми словами: «Наверное, так оно и должно быть». Анну и эта его манера отстраняться от оценок, и сам Пьер ужасно раздражали. Конечно, когда она впервые читала «Войну и мир» еще школьницей, она ничего этого не видела и не понимала, обращая внимание в основном на любовные аспекты, а вот в институте, да и потом, когда нужно было писать работы по Толстому, возвращалась к роману не один раз и всегда негодовала на Пьера, полагая его бесхребетным и безответственным.

Анна не успела додумать мысль до конца, когда услышала ответ Никитича:

– Им погода не страшна, они на машине. Да там с одного взгляда все понятно: они сейчас в таком периоде, что мать родную продадут, только бы наедине побыть. Видели бы вы, как они обрадовались, когда я сказал, что вы еще не приехали! Ну я и подумал: пусть дети порезвятся, там место тихое.

Анна не выдержала и прыснула.

«Хорошо, что я вякнуть не успела, – подумала она. – А то выглядела бы как дура со своими нравоучениями».

Она бросила взгляд на Романа и удивилась: лицо капитана вовсе не было веселым, как она ожидала. Наоборот, Дзюба как будто даже помрачнел.

Они внесли вещи и покупки в дом, и Никитич повел их на, как он сам выразился, обзорную экскурсию. На первом этаже располагалась гостиная, переходящая в столовую с небольшой барной стойкой, на втором – три маленькие спальни, в каждой имелся отдельный санузел, в подвале – сауна и бильярдная. За барной стойкой виднелась дверь, ведущая, как пояснил Никитич, в служебные помещения и кухню. Одни гости предпочитали привозить продукты и готовить сами, для других приглашали поваров.

– Это откуда же такое роскошество взялось? – спросил с любопытством Роман. – Кто хозяин дома и для кого он его строил?

Никитич поведал, что дом когда-то давно, лет двадцать назад, еще до дефолта 1998 года, построил для себя быстро разбогатевший на транспортном бизнесе житель Сереброва, возмечтавший заиметь красивую удобную дачу у воды. После дефолта с бизнесом стало сложно, дом пришлось сначала продать задешево, потом участок с постройками был передан под видом «подарка» еще кому-то, и, в конце концов, после нескольких перепродаж оказался в собственности у сына нынешнего главы администрации Шолоховского района. То есть по документам владельцем числится сынок, а по факту – домом распоряжается папаша, предоставляя его тем, кому хочет оказать возмездную или безвозмездную услугу. Конечно, содержание и самого дома, и обслуживающего персонала стоит денег, но…

– Им и без того есть, где украсть, – философски заметил Никитич. – Они, видно, посчитали и вычислили, что дешевле оплачивать дом и обслугу и пускать сюда нужных людей по мере надобности, чем тратиться на взятки этим же людям или на подарки. Так для вас повара вызывать? А то, я гляжу, вы своих продуктов навезли…

Анна снова открыла было рот, чтобы отказаться от повара, потому что она сама прекрасно умеет готовить, но вовремя остановилась.

– Вызывайте, – кивнул Роман. – Не для того я свою красавицу сюда вез за тридевять земель, чтобы она у плиты стояла. Мы более приятными вещами займемся.

– Ну да, ну да, – с понимающим видом усмехнулся Никитич.

«Все-таки я безнадежная дура, – с отчаянием подумала Анна. – Чуть все дело не испортила».

Инженер-охранник ушел, еще раз напомнив, что обращаться к нему можно с любыми просьбами и проблемами, Дзюба понес сумки с вещами наверх, оставив внизу только два ноутбука – свой и Анны, сама же Анна прошла за барную стойку и начала раскладывать покупки по шкафчикам. Осмотрела кофемашину, прикинула, что, пожалуй, справится с ней без проблем, хотя с такой моделью никогда дела прежде не имела. Интернет – полезная штука, там всегда можно найти инструкцию по эксплуатации любой техники.

Когда раздались шаги спускающегося по деревянной лестнице Романа, она задала вопрос, который мучил ее на протяжении последних пятнадцати минут:

– Гудвин, а почему тебе не понравилось, что Никитич отпустил ребят погулять? У тебя такое сердитое лицо сделалось, когда он рассказал про них…

Анна уже мысленно приготовилась к тому, что Дзюба опять будет отнекиваться, говорить, что ей показалось, или врать, что он в ту минуту просто подумал о чем-то совсем другом… В общем, не хочет он с ней откровенничать, не собирается ничего ей рассказывать и объяснять, будет использовать ее как половую тряпку.

– То, что отпустил погулять – нормально, чего им тут сидеть, нас дожидаться. А вот то, что они – влюбленная парочка, меня огорчило.

– Почему?

– Потому что они будут не о деле думать, а о том, как вырваться на свободу и уединиться где-нибудь. Толку от них – ноль. Недосмотрел Аркадий… Он же обещал толковых ребят, видно, положился на чей-то выбор, а тот, кто для Аркадия людей выбирал, пошел у них на поводу. Наверное, выбрал одного толкового, а тот попросил в напарники свою пассию. Короче, вырвались ребятки на вольные просторы.

Он досадливо поморщился и с чувством стукнул кулаком по барной стойке.

– Вот не зря меня мама учила: не ври – беду накликаешь.

– А при чем это? – не поняла Анна.

– А при том. Моя мама – врач, и она с самого детства мне внушала: «Никогда не прикрывайся болезнью. Сегодня люди поверят, что болезнь у тебя есть, а завтра в это поверит сама болезнь и придет к тебе». Как я оказался в Сереброве? По легенде, якобы у меня в Сереброве девушка, то есть ты, и я хочу по-быстрому все дела в Тавридине провернуть и потихоньку свалить к тебе на несколько дней. Такому количеству людей это вранье в уши вливали – вот оно и вернулось ко мне бумерангом, получил вместо толковых помощников ретивых любовников. Черт! Времени у нас в обрез, а вместо двух человек реально работать будет только один, да и тот в основном про койку будет мечтать.

Он хотел прибавить что-то еще, но осекся, услышав звук двигателя: в ворота въезжала машина.

– Вот и они, легки на помине, – проворчал Роман. – Пойду встречать.

Он двинулся к двери. В эту минуту он казался обиженным и разочарованным ребенком, которому вместо обещанного мороженого дали сухой кисловатый невкусный творог. Анна смотрела на его широкую, обтянутую тонким джемпером спину, и внезапно поняла, что сочувствует ему и очень хочет помочь. От всей души хочет!