Стандарт возмездия - Чингиз Абдуллаев

— Мы будем в Бухаре вовремя, — уверенно сказал Ахмед.

— Я буду вас ждать там, — закончил говорить Гаджи-Султан.Ахмед убрал телефон, обернулся к Цапову. — Нас ждут завтра вечером в Бухаре.

— Если доедем благополучно, — проворчал Цапов, и почти сразуже зазвонил его собственный телефон.

— Как дела, Константин? — услышал он голос АфанасияСтепановича.

— Все в порядке, — ответил Цапов.

— Как ваш караван?

— Идем на Бухару, — в отличие от Ахмеда, он был в оченьневыгодном положении, так как его напарник все понимал.

— Как себя ведут местные?

— Неплохо.

— Ничего подозрительного? — настойчиво допрашивал АфанасийСтепанович.

Когда речь шла о таких деньгах, доверять нельзя было никому,даже своим компаньонам.

— Пока все нормально, — дипломатично ответил Константин.

— Вы в машине вместе? — догадался Афанасий Степанович — Да.

— Ты помнишь, что я тебе говорил о ребятах?

— Помню, — односложно отвечал Цапов.

— Мы проверяли через наших людей в милиции. Путь караванаотслеживают и московские организации. Понимаешь, что это значит? У тебя вкараване стукач. И этот стукач кто-то из троих ребят Горелого.

— Из двоих, — поправил его Цапов.

— Ах, да, — вспомнил Афанасий Степанович, — действительно,из двоих.

Хотя, может, по божьему закону пуля попала именно в сексота,никто точно знать не может. В общем, будь осторожен. В Бухаре вас будут ждать.Я сам встречу караван вместе с Гаджи-Султаном.

— Понял, — он уже собирался попрощаться, когда егособеседник вдруг довольным голосом сообщил напоследок:

— А хозяин их уже богу душу отдал.

— Что? — не понял Цапов.

— Кончился Горелый. Сгорел как спичка. Нет его больше. Тыребятам пока не говори. Если ребята хорошие, мы их к себе возьмем, а еслигнилые, то сгорят, как их хозяин. Будь здоров.

Цапок понял, что Горелого убрали. Он не сомневался, что этопроизойдет, но не думал, что так быстро. Он положил мобильный телефон в карман.За окнами по-прежнему темнела ночь. Машины шли медленно, осторожно. Дорога былане очень хорошей, а ночью могло произойти все, что угодно.

Он задремал в четвертом часу утра, когда вдруг почувствовалрезкий толчок. Машина остановилась, и он быстро открыл глаза, сразу хватаясь заоружие. Ахмед разговаривал по телефону, что-то гневно выговаривая. Потом убралтелефон и повернулся к Цапову.

— Ехать дальше нельзя, — нервно сказал он.

— Что случилось?

— Впереди засада, — объяснил Ахмед, — мы выслали вперед однумашину как разведчика, и наши люди только что мне позвонили. Со стороныБешкента в нашем направлении движутся несколько автомобилей. В них вооруженныелюди. Они встретятся с нами через час на дороге.

— Что думаешь делать?

— Поедем на север, — нахмурился Ахмед, — если сожгут ещеодну машину, то будет плохо, совсем плохо. Я не за себя боюсь, мы сумеемотбиться. Но они тогда догадаются, что именно мы везем. Нельзя допустить, чтобымы потеряли еще один автомобиль.

— Ты думаешь, они хотят напасть на нас только из-за этого?

— Конечно. Раз они решили повторить, значит, не уверены, чтоименно мы везем груз. Хотят точно проверить. Придется ехать через реку, прямоздесь, у Кашкадарьи.

Машины повернули на север. Теперь приходилось надеятьсятолько на удачу. Автомобили шли медленно, слишком медленно, что раздражало ивсех находившихся в караване людей. Через полтора часа они наконец оказались уреки.

Первый автомобиль резко затормозил. Следующий за нимбольшегрузный гигант заскрипел тормозами, выворачиваясь в сторону. Третьямашина остановилась на полном ходу, также сворачивая в сторону, чтобы неврезаться в другой автомобиль. При этом водитель с трудом удержал руль, ноплохо закрепленный груз ударился о борт машины, и из раскрытой двери выпали дваящика. Следующая за ним «Нива» с треском ударилась о ящик и остановилась.

Все, ругаясь, начали выходить из автомобилей. Ахмед несколькораз ударил по лицу нерадивого водителя, едва не погубившего весь караван. Вседесять человек, сопровождавшие груз, столпились у обрыва.

— Ищите спуск к реке, — приказал Ахмед своим людям.

— А вы подберите ящики, — обратился Цапов к своим. Оба парняотправились за ящиками и обнаружили, что один ящик разбился. Николай подозвалЦапова.

— Там разбился один ящик, — показал он на образовавшуюся вящике щель.

Цапов задумчиво наклонился над ящиком. Слава сел рядом с нимна корточки.

— Даже обидно, — признался Слава, — добро пропадает. Онпротянул руку, макнул ее в просыпавшийся порошок и, поднеся ко рту, слизнул. Налице отразилось недоумение. Он еще раз макнул палец в белый порошок и слизнул.Потом повернул изумленное лицо к Цапову.

— Это сахарный песок, — убежденно сказал Слава. Цаповмолчал. Стоявший за его спиной Коля тоже взял щепоть белого порошка ипопробовал.

— Сахар, — убежденно сказал он, — это настоящий сахар. Обапарня с явным недоверием глядели на Цапова. Тот спокойно поднялся.

— Все правильно, ребята, — сказал он негромко, — мы веземсахарный песок. Все так и должно быть.

— Как это сахарный песок? — растерялся Коля.

— Значит, мы из-за этого сахара жизни кладем? — разозлилсяСлава, ногой ударяя по ящику. — Из-за него и Кирилл погиб?

— Настоящий груз идет следом за нами, — объяснил Цапов, — номы знали, что его попытаются перехватить в пути. Поэтому мы выехали раньше, подвидом настоящей колонны, чтобы привлечь внимание к себе.

— И мы из-за этого умирали? — крикнул Слава.

— Иначе мы бы не взорвали автомобиль, — сухо ответил Цапов,— а вы умирали за большие деньги. Вам платят деньги, чтобы вы перевезли груз.Какая вам разница, какой именно груз?

— А где настоящий караван? — спросил Коля.

— Идет следом за нами, — повторил Цапов, — но мы не хотелиоб этом говорить, пока не были уверены, что сумеем привлечь внимание именно кнашему каравану. А за нами следом идут другие машины с нашей охраной. Вы должныбыли догадаться, почему так скоро пришла помощь.

— Дурацкая выдумка, — с отвращением заявил Слава, —подсунули сахар, обманули как котят, подставили под пули, дали холостыепатроны. Да я тебя сейчас…