Черная перепелка - Анна Дубчак

— Господи, ну какая же ты дура!!!!!

Наташа схватила Тамару за плечи и встряхнула, как большую растрепанную куклу.

Тамара, сверкая счастливыми глазами, расхохоталась.

Они стояли в тесной прихожей Наташиной квартиры, куда Тамара зашла с видом победительницы.

Конечно, ее было не узнать. Сбросив шубу, она осталась стоять в облегающем черном платье, смелое декольте позволяло увидеть полушария ее пышного бюста. В ушах ее покачивались роскошные длинные, до плеч, золотые, восточного орнамента серьги. Некогда уложенные в высокую прическу волосы теперь походили на растерзанную серую паклю. Одна щека Тамары, щедро напудренная, была ярко-красной.

— Мне позвонили и сказали, что тебя избили! Прямо в холле больницы! Что на тебя набросились и таскали за волосы, это правда?

— Ну да, правда! — Тамара просто сияла.

— Ты спятила, да? У тебя крыша поехала? Зачем ты это сделала? Зачем оставила отпечатки пальцев на этой злосчастной заточке? Тамара, ты слышишь меня?

Наташа и сама уже едва сдерживалась, чтобы не ударить ее, не разукрасить злым румянцем вторую щеку подруги.

Раздался звонок, это пришла Соня. Брови ее были подняты до самой кромки волос на лбу — она была так удивлена, так потрясена, что не сразу и заговорила. Просто стояла впритык к расхристанной и дурашливо улыбающейся Тамаре и только качала головой.

Наташа схватила за руку Тамару и потащила в комнату. Поставила ее в центре и обошла со всех сторон. Затем приблизилась и задрала подол черного, доходящего до середины колена, платья. Черные прозрачные чулочки на бедрах заканчивались кружевными липучками.

— Это ты еще не видела моего корсета! — И Тамара ловкими движениями, скрестив снизу руки, ухватила себя за подол платья и легко потянула вверх, открывая тело и показывая подружкам черный тугой кружевной корсет с маленькими атласными бантиками, розочками…

— Тамара, ты сбрендила? — наконец подала голос Соня. — Сначала мне позвонили из больницы, Валентина из инфекционного рассказала, что случилось в больнице. И не успела я оправиться, как звонишь ты, Натка! Что они с тобой сделали, Тамара?

Тамара показала несколько синяков на руках, затем, пожав плечами, сказала:

— Они заплевали мне шубу. А потом, когда я добралась все-таки до ординаторской и сняла шубу, плевали мне прямо на платье… А одна, не скажу кто, подошла и влепила мне пощечину. Вот, смотрите! — Она ткнула себя острым красным ногтем в щеку. — Мне показалось, что у меня в голове произошел взрыв! Вся больница сбежалась посмотреть на меня!

— Еще бы! — вздохнув, Наташа сбегала на кухню и принесла из холодильника бутылку водки, затем расставила рюмки. Разлила. — Они же увидели убийцу их любимого доктора! Да я сама чуть не сошла с ума, когда мне сказали, что это ты убила Макса!

— Но ты же поверила?

— Конечно, поверила! Я же не слепая, думаешь, не видела, какими глазами ты на него смотришь? Но, признаюсь честно, если бы мне сказали, что у вас с ним роман — ни за что не поверила бы.

— Но почему? — истерично взвизгнула Тамара и тут же залпом отправила в рот водку. Выдула, как дракон, водочный дух изо рта и закашлялась. — Почему? Что во мне не так?

— Тома… Ты не обижайся… — Соня посмотрела на подругу с жалостью. — Но ты же намного старше его, к тому же мы никогда не видели на тебе такое. Я и не знала, что у тебя такая роскошная фигура, просто мы не обращали на тебя внимание. А сейчас ты просто светишься! Да ты помолодела лет на двадцать!

— Смотри, у нее и морщин-то нет, — сказала Наташа, присматриваясь к лицу подруги. — Так ты скажи хотя бы нам правду: у тебя что, действительно был роман с Максом или ты все это придумала?

— Интересные вы люди! — смахнув слезы, произнесла каким-то не своим голосом Тамара. — А для кого, спрашивается, я покупала это белье? И чего ради мне было устраивать весь этот спектакль? Да, я на самом деле была там, в доме Марты однажды рано утром, когда они еще спали… Я хотела увидеть, как они спят…

— А я понимаю тебя, — вдруг сказала Соня. — Томочка, ты присядь, тебя вон трясет всю… Сядь. Наташа, дай ей какую-нибудь шаль или плед, пусть она укроется. Я понимаю тебя, Томочка, ведь он, Макс, поступил с тобой как настоящая свинья!

— Соня, что такое ты говоришь? — Наташа, нахмурившись, прикрыла плечи Тамары пледом, укутала ее. — Как ты можешь о Максе такое сказать и обозвать его свиньей?

— Могу, потому что он сначала спал с нашей Тамарой, а потом попросил у нее разрешения встречаться у нее дома с этой Милой. Это что, по-мужски? Разве так можно? Он что же, решил, что у нее нет сердца? Что она сделана из железа? А потом еще попросил, зная, что она не может ему ни в чем отказать, украсть у меня ключи от дома… со всеми вытекающими последствиями…

— А это правда, что у тебя все стены в спальне в его фотографиях?