Делай, как я! - Джанет Иванович

- Это связано с охотой за головами?

- Дела с недвижимостью, - ответил Рейнжер. – Встречаюсь со своим адвокатом. У него бумаги для меня на подпись.

- Ты покупаешь дом?

Он открыл передо мной дверь.

- Офисное здание в Бостоне.

«У Россини» - лучший ресторан в Бурге. Приятное сочетание уюта и элегантности с льняными скатертями на столах, салфетками и изысканной пищей. Несколько человек в костюмах сидели в небольшом, обшитом дубом баре в конце зала. Несколько столиков было уже занято, и в течение получаса помещение заполнилось.

Рейнжер провел меня к бару и представил своему адвокату.

- Стефани Плам, - повторил адвокат. – Это имя мне знакомо.

- Я не собиралась поджигать то похоронное бюро, - стала я оправдываться. – Это был несчастный случай.

Он потряс головой.

- Нет, не то. – Он улыбнулся. – Я понял. Вы были замужем за Дикки Орром. Он накоротке с нашей фирмой.

- Дикки во всем короток, - подтвердила я. Особенно с нашей женитьбой. Свинья.

Спустя двадцать минут Рейнжер закончил дела, адвокат прикончил выпивку и удалился, а мы переместились за столик. Сегодня Рейнжер был весь в черном. Черная футболка, черные брюки, черные ботинки и черная ветровка из гортекса. Он не снял ветровку, и все в зале понимали, почему. Рейнжер не из тех, кто держит оружие в бардачке.

Мы сделали заказ, и Рейнжер откинулся на стуле.

- Ты никогда много не рассказываешь о своем замужестве.

- А ты вообще никогда много не рассказываешь ни о чем.

Он улыбнулся.

- Из скромности.

- Ты когда-нибудь был женат?

- Давным-давно.

Такого ответа я не ожидала.

- Дети есть?

Он смотрел на меня целую минуту, прежде чем ответил:

- У меня есть дочь. Ей девять лет. Живет с матерью во Флориде.

- Ты с ней когда-нибудь видишься?

- Когда бываю в тех местах.

Кто был этот человек? Он владел офисным зданием в Бостоне. И являлся отцом девятилетней девочки. Я с трудом могла втиснуть эти новые сведения в мои мысленные представления о Рейнжере, как о вооруженном до зубов сыщике и охотнике за головами.

- Расскажи о бомбе, - спросил Рейнжер. – У меня возникает чувство, что я не поспеваю за твоей жизнью.

Я поведала ему свою теорию.

Он все еще сидел, развалившись на стуле, но линия рта его ожесточилась.

- Бомба – это нехорошо, Милашка. Они вносят беспорядок. Путают все карты.

- Есть соображения?

- Ага, ты думала когда-нибудь взять отпуск?

Я сморщила нос:

- Отпуск я не могу себе позволить.

- Я дам тебе аванс за выполнение служебных обязанностей.

Я почувствовала, что краснею:

- Насчет этих самых обязанностей…

Он понизил голос: - За обязанности, о которых ты беспокоишься, мне не приходится платить.

Дааа уж.

Я стала поглощать пасту.

- Никуда я не поеду. Я не собираюсь бросать дядюшку Фреда. И где я оставлю Рекса? И Хеллоуин на носу. Не могу я его пропустить. Я люблю Хеллоуин.

Хеллоуин – мой любимый праздник. Люблю бодрящий воздух, тыквы и жуткие страшилки в виде украшений. Когда я была ребенком, то меня не волновало, сколько я соберу конфет. Я балдела от костюмов. Может, это что-то говорит обо мне лично, но наденьте на меня маску, и я сойду с ума от счастья. Не эти уродливые резиновые потные штучки, которые закрывают всю голову. Я люблю такие, которые надевают на глаза и делают тебя похожим на Одинокого Рейнджера. И еще круто раскрасить лицо.

- Конечно, я не ввязываюсь больше в эти игры «кошелек или жизнь», - произнесла я, вонзаясь в кусок сосиски. – Я теперь иду в дом к родителям и раздаю конфеты. Мы с бабулей Мазур всегда наряжаемся в костюмы, когда приходят детишки. В прошлом году я была Зорро, а Бабуля - Лили Мунстер. Думаю, в этом году она нарядится какой-нибудь из Перчинок (девушки из легендарной группы Spice Girl –Прим.пер.).

- Могу себе представить тебя в роли Зорро, - хмыкнул Рейнжер.

Зорро на самом деле мой любимый персонаж. Зорро - крутой чувак.

Поскольку за все платил Рейнжер, я взяла тирамису. Ну и потому что от тирамису в «Россини» можно испытать оргазм. Рейнжер, разумеется, пропустил десерт, не желая отравлять свое тело сахаром и увеличить свои валики на плоском, как стиральная доска, животе. Я слизала последние крошки и остатки крема и полезла под скатерть осторожно проверить верхнюю застежку своих джинсов.

Я не фанатею насчет веса. По правде сказать, у меня даже весов нет. Я сужу о своем весе по тому, как сидят джинсы. И неприятно признаться, что эти джинсы совсем не подходили. Да, мне точно нужна диета получше. И программа упражнений. Прямо завтра. Начиная с утра никаких больше поездок на лифте на второй этаж, никаких пончиков на завтрак.

По дороге домой в машине я изучала Рейнжера, в свете уличных фонарей и вспышках встречных огней просматривались детали. Он не надел перстней. Часы на левом запястье. Широкая нейлоновая повязка. Сегодня никаких гвоздиков в ушах. Вокруг глаз сеточка морщин. Следствие не лет, а солнца. По моим лучшим подсчетам ему было где-то между двадцатью пятью и тридцатью пятью. Никто точно не знал. И никто не знал о его происхождении. Он легко вращался в низах Трентона, говоря на их языке, чем показывал близость к меньшинствам. Сегодня и следа не было от того Рейнжера. Сегодня вечером он больше походил на дельца с Уолл-стрит, чем на обитателя пресловутой Старк Стрит.

До дома мы ехали в молчании. Рейнжер въехал на мою стоянку, и я быстро осмотрелась на предмет каких-нибудь страшных типов. Не обнаружив никого, я открыла дверь, даже не дождавшись, когда машина остановится. Не было смысла оставаться дольше в темноте наедине с Рейнжером, испытывая судьбу. Последний раз я достаточно сделала из себя дурочку, когда почти наклюкалась.

- Ты спешишь? – спросил, удивившись, Рейнжер.

- Срочные дела.

Я подвинулась, чтобы вылезти из машины, а он схватил меня за загривок.

- Будь осторожна, - предупредил он.

- Л-л-адно.

- И носи с собой пистолет.

- Ага.

- Заряженный.

- Ладно, заряженный.

Он отпустил шею.

- Приятных сновидений.

Я вбежала в дом и поднялась по лестнице, бросилась в квартиру и набрала номер Мери Лу.

- Мне требуется помощь в слежке сегодня вечером, - сказала я Мери Лу. – Ленни может посидеть с детьми?