Откуда взялся этот Клемент? - Кит А. Пирсон

— Так уж и любого?

— Ага, кроме Тейлор Свифт.

— Какой еще Свифт?

— Забудьте. Вам она все равно не понравится.

— Так-так… «Куин», «Семь морей Рая».

— Принято!

Когда комнату оглашает пение Фредди Меркьюри, Клемент растягивается до ушей.

— Вот голос, а? Обожаю «Куин».

Мне не хватает духу сказать ему, что Меркьюри уже двадцать с лишним лет, как умер.

Клемент делает новую заявку:

— А можешь поставить «Как в тумане» Джонни Мэтиса?

— Запросто. Одну секунду.

Оказывается, эту песню кто только ни пел. Я просматриваю результаты поиска, нахожу исполнение Мэтиса и нажимаю воспроизведение.

Все три минуты и сорок четыре секунды Клемент сидит, уставившись в пространство. После окончания песни он не шевелится и не произносит ни звука.

— Никогда раньше не слышала. Потрясающая песня, Клемент.

— А я впервые услышал ее в шестидесятых, — задумчиво отзывается он. — Кое-кто поставил. На проигрывателе «Дансетт», как сейчас помню. Мы гоняли пластинку, наверное, тысячу раз.

— Кое-кто?

— Ага.

— Дайте угадаю, кое-кто женского пола?

Клемент поглаживает усы и сникает, самую малость.

— Да, — вздыхает он.

— Хотите поговорить об этом?

— Вообще-то нет.

Клемент стряхивает с себя грусть и берет банку с пивом.

— Поставь-ка что-нибудь пободрее, пупсик.

Я включаю случайную подборку и убавляю громкость, чтобы музыка звучала лишь фоном. Проблема двадцати тысяч фунтов никуда не делась и все еще требует обсуждения.

— На случай, если завтра мы ничего не найдем, запасного плана у нас по-прежнему нет, верно?

— Я работаю над этим.

— Чем-нибудь поделитесь?

— Пожалуй, тебе лучше не знать, пупсик.

— Я так понимаю, речь идет о чем-то незаконном?

— Возможно.

— А что-нибудь не связанное с риском оказаться за решеткой вы можете предложить?

— Но я способен помочь тебе только тем, в чем разбираюсь, а разбираюсь я в основном в вещах… сомнительных, скажем так.

— Просто здорово. И почему мне только не послали мультимиллионера с чемоданом наличных?

— Боюсь, смысл помощи состоит несколько в другом.

— Это был риторический вопрос.

— Какой-какой?

— Не важно. Что ж, в любом случае сомнительный план лучше никакого.

— Вот это другое дело. Еще винишка?

Я уже и со счету сбилась, сколько за сегодня выпила вина. Несомненно, пора и остановиться.

— Нет, спасибо. Пожалуй, пойду спать. День сегодня выдался долгим.

— Тоже верно. Опять в ванне устроишься?

Я чувствую, что краснею.

— Э-э… Нет, не сегодня.

— Вот и хорошо. Думаю, ночью мне понадобится сбегать в туалет.

— Может, будет удобнее в гостевой спальне?

— Сама смотри, пупсик. Мне-то и на диване неплохо.

Прошло всего лишь двадцать четыре часа, как Клемент вломился в мою жизнь, а я уже, не задумываясь, предлагаю ему спать в соседней комнате. Замка в моей спальне нет, да и через окно оттуда не удерешь.

Все это, по идее, должно меня беспокоить. Но только по идее.

Что бы ни говорили мои инстинкты, я постепенно начинаю верить Клементу. Чему я не верю, так это причине его появления и сказочкам о предыдущей жизни целое поколение назад. Но если у меня и впредь будет получаться отделять одно от другого, счастливый исход истории вполне вероятен.

27

На часах начало десятого.

Будит меня не будильник, а обосновавшееся в гостевой спальне, судя по всем признакам, семейство бородавочников.

Даже будь у меня желание поваляться подольше, заснуть под несмолкающее хрюканье, доносящееся через лестничную площадку, все равно невозможно.

Что ж, встаю и направляюсь в ванную. Даже не удосуживаясь вести себя потише, принимаю душ и топаю обратно в спальню одеваться.

Хрюканье меж тем не смолкает.

Стучусь в дверь гостевой комнаты.

— Клемент! Почти полдесятого! Вы проснулись?

Ответа нет.

Снова стучусь, уже погромче.

— Клемент!

Хрюканье прекращается.

— Надеюсь, вид у вас приличный. Я вхожу!

Открываю дверь и осторожно вступаю в темную комнату.

И очень быстро раскаиваюсь, зажимая нос рукой.

— Боже мой, Клемент! Воняет как протухшей капустой!

— Прости, пупсик, — сипит он. — Это все пиво, у меня от него газы.

Ретируюсь на безопасное расстояние на площадку.

— Будете выходить, откройте окна!

С напрочь испорченным аппетитом спускаюсь на кухню — куда более ароматную, надо заметить, — ставлю чайник и достаю чашки. Сверху доносится звук закрываемой двери в ванную, за которым следует серия охов и стонов. Я немедленно включаю радио.

Приготовив чай, устраиваюсь за столом. Через пару минут появляется Клемент.

— Доброе утро, пупсик.

— Открыли окна в спальне?

— Ага, и в ванной тоже. Если тебе понадобится наверх, то лучше подождать минут десять.

— Ужас какой. Простите мне бестактность, но вы руки-то вымыли?

— А как же! Хочешь понюхать?

— Спасибо, верю на слово. — Я киваю на кухонную стойку. — Приготовила вам чай.

— Ага, спасибо.

Клемент берет чашку и присоединяется ко мне за столом.

— Я так понимаю, этим наш завтрак и ограничится.

— Правильно понимаете. Но поскольку во время ужина мы будем заняты, обед можно устроить посытнее.

— А что сегодня за день?

— Воскресенье.

— Тогда у нас барбекю?

— Хм, боюсь, нет. Я собиралась на часок уехать, повидаться с мамой. А на обратном пути могу купить что-нибудь в супермаркете.

— Ты никак на кражу со взломом покушаешься?

— Почему это?

— Сама же сказала, что сегодня воскресенье. Супермаркет будет закрыт.

— Вовсе нет, Клемент. Сейчас супермаркеты по воскресеньям работают. Как и магазины и пабы.

— Правда, что ли? А пабы так и закрываются после обеда?

— После обеда? Нет. В основном они работают весь день и без выходных.

— Хм, получается, в воскресенье можно неплохо провести время.

— Ах, какая досада, что у вас ни гроша.

— Подожду тогда здесь. Телик-то можно посмотреть?

— Конечно, Клемент. Кстати, по-моему, Карл запрограммировал автоматическую запись «Матча дня». Хотите посмотреть?

— Я могу посмотреть вчерашнюю передачу?

— Да.

— Круто! Ее по-прежнему ведет Джимми Хилл?

— Нет, кажется, Гари Линекер.

— Что еще за Линекер?

— Такой, с большими ушами. Чипсы любит, даже в их рекламе снимался.

Во взгляде Клемента отражается полнейшее непонимание. Я достаю из буфета буханку хлеба.

— Хотите тост?

— А консервов с фасолью нет?

— Лично мне представляется, что консервированная фасоль — последняя еда, к которой вам стоит притрагиваться. Вы так не думаете?

— Может, тогда макаронные колечки завалялись?

— Тост с маргарином — вот все, что я могу вам предложить. А, джем еще где-то должен быть.

— Не, спасибо. Трех тостов с маслом вполне достаточно.

Опускаю три ломтика хлеба из непросеянной муки в тостер и надавливаю на рычаг.

— Какие-то пожелания на обед?

— Да я всеядный, пупсик. Только всякие фрики мне не по вкусу.

— Фрики? А, фрикадельки?

— Ага. Бьюсь об заклад, их делают из свиных задниц или чего-то такого.

— Поняла, учту.

В ожидании приготовленных тостов я